Чтение 36–й страницы книги ~~

проходческое оборудование. Кардинал Дэзире возбужденно носился по площадке
и в сотый раз делал триангуляцию, выбирая все новые и новые точки засечек.
Наконец все было готово. Кардинал торопливо отслужил мессу.

- С Богом! - шумно вздохнув, произнес дон Ансельм.

Лазерный бур передней машины дрогнул, повернулся и начал шипя погружаться в
серый пепел, который вскипал и растекался горячими лужами. Но лужи не
превращались в застывшие лепешки, а тут же опять распадались на мириады
маленьких чешуек пепла, и ветер уносил их прочь. Погибший мир хотел
остаться призраком, на его поверхности уже никто не сможет оставить свой
след.

К исходу следующего дня одна из машин добралась до бывшего дворца Тирана,
погребенного под пятисотфутовым слоем пепла и каменных натеков в семи милях
от лагеря. Второй оставалось еще более двух миль до Священной Зоны Первой
Посадки. Ее работу решили не останавливать. Доны, слуги, экипаж - все,
кроме дежурной и заступающей смен, - разбились на бригады и вкалывали как
проклятые. Никому не хотелось задерживаться на этой планете хоть на час
дольше, чем было возможно. Наконец и вторая машина достигла цели. И вот на
седьмой день пребывания на планете, когда вечерняя смена уже заканчивала
раскопки, готовясь передать участок ночной, сенсоры Сивого Уса
зафиксировали под слоем обвалившегося камня какой-то кусок металла
правильной кубической формы. Он расшвырял наваленные глыбы, обнажив
вплавленный в камень металлический ящик, несколькими вспышками лучевого
пистолета обколол по краям прикипевшую породу, тщательно ощупал находку и
вызвал капитана:

- Уважаемый дон Диас, мне кажется, мы обнаружили кое-что для всех нас
небезынтересное.

Прежде чем капитан успел ответить, в наушниках послышался возбужденный
голос кардинала:

- Что, дон Шарлеман, что вы обнаружили?

- Я могу предположить, Ваше Святейшество, что этот предмет больше всего
напоминает сейф.

- Ничего не трогайте, сын мой, только ничего не трогайте, я сейчас же буду
у вас.

Спустя двадцать минут кардинал вбежал в очищенный от застывших каменных
натеков зал. Дон Шарлеман, чей скафандр был по макушку изгваздан в саже и
пепле, шагнул вперед и указал на стену. Кардинал повернулся и на
полусогнутых ногах осторожно двинулся к находке. Дрожащими руками счистив
пепел и сажу с передней дверцы куба, он невольно вскрикнул:

- О боже, знак университета Симарона! Это, несомненно, сейф экспедиции
Дагмар. На кристалле Неергета есть упоминание о том, что в нем были
какие-то кристаллы с материалами раскопок... Очень важные... Теперь никто,
даже кардинал Сименс, не сможет сказать, что экспедиция не удалась. -
Кардинал прикусил язык, поняв, что сболтнул лишнее. - Прошу прощения,
друзья мои, я так взволнован, что несу всякую ерунду. - Он повернулся к
Сивому Усу: - Сын мой, это надо немедленно доставить на корвет.

Вечером на палубах только и разговоров было, что о находке. Все гадали, что
же оказалось внутри. Наконец, уже далеко за полночь, на орудийной палубе
появился дон Ансельм. Доны, забившие коридор, ведущий к его каюте, тут же
обступили старого адмирала:

- Ну что, адмирал, что там?

- Чего нашли, Толстый Ансельм?

- Есть что-нибудь?

Но толстяк, загадочно улыбаясь, попытался проскочить к себе. Дон Киор не
выдержал такого издевательства и, загородив своим объемистым брюхом проход
в каюту адмирала, заорал:

- А ну говори, старая перечница, а то, клянусь святым Исидором, я живо
откручу твою самодовольную башку!

Дон Ансельм расхохотался:

- Бог мой, как ты грозен. Пивной Бочонок! - Он обвел взглядом
присутствующих и торжественно произнес: - Мы нашли два кристалла. На одном
святая Дагмар полностью продублировала ту информацию, которая была на
кристалле Неергета-великомученика. А другой... - Он сделал паузу и закончил
нарочито равнодушно: - Другой - всего лишь отчет антропо-археологической
экспедиции.

Но провести ему никого не удалось. Дон Киор набычился и толкнул его брюхом:

- А ну, не финти. Толстый Ансельм вздохнул:

- Кардинал мне голову оторвет.

- Если он собирался хранить все в тайне от команды, - ухмыльнулся Пивной
Бочонок, - то перся бы сюда на каком-нибудь из своих кораблей-монастырей. А
коль связался с донами, так пусть или делится своими открытиями, или хрен
получит что-нибудь еще, пока мы все не посмотрим и не пощупаем. - Дон Киор
опять ухмыльнулся. - Да ладно тебе, можно подумать, что кардинал об этом не
знал!

Толстый Ансельм неопределенно пожал плечами и вновь вздохнул:

- Там выводы святой Дагмар о результатах раскопок в Священной Зоне Первой
Посадки. - Он поежился в замешательстве. - Короче, там не было никаких
посадок, ни первых, ни последних, это место битвы с Врагом, причем вели ее
не люди. Битва длилась один день, и Врага выкинули с планеты, как
нашкодившую кошку. Правда, там изображены только Алые князья... вернее, не
совсем алые... разноцветные... а троллей, казгаротов и прочей нечисти
вообще не видно.

Несколько мгновений стояла мертвая тишина, потом кто-то прошептал:

- Вечный...

Дон Ансельм покачал головой:

- Не знаю. Во всяком случае, произошло это около ста тысяч лет назад, во
времена, когда наши предки с голым задом носились по лесам и оврагам
матушки-Земли.

С этими словами Толстый Ансельм, в свою очередь толкнув дона Киора брюхом,
так что тот отлетел в угол, проворно скрылся в каюте.

На следующий день к кардиналу началось паломничество. Тот, узнав, что
адмирал все рассказал донам, пришел в ярость, но поделать уже ничего не
мог. Доны толкались у дверей каюты, вваливались толпами, требуя
благословения или исповеди, но тут же начинали жадно расспрашивать о
кристаллах святой Дагмар. Кардинал проклял тот день и час, когда ему пришло
в голову привлечь к экспедиции благородных донов, известных своим буйным
нравом и презрением к любой субординации. Так продолжалось до следующей
находки.

Это случилось на двенадцатый день. На сей раз находка обнаружилась во
дворце. Раскопки там оказались очень трудным делом; было видно, что Тиран
защищался яростно. Весь дворец представлял собой, по существу, одну
огромную сплавленную глыбу. Сенсоры скафандров часто оказывались бесполезны
в этом хаосе камня, сажи, угля и металла, спекшихся в жуткую массу, и доны
иногда вынуждены были откладывать в сторону лучевые пистолеты и работать
обычным кайлом. Временами в камнях попадались пустоты в форме человеческого
тела, а на некоторых оплавленных глыбах остались светлые силуэты от
испарившихся мужчин, женщин или детей. Наконец удалось пробиться на самый
нижний уровень. В глубоких катакомбах под дворцом, прорубленных в
первородных скалах, кое-где сохранились полости. В одну такую,
заэкранированную протекшей сверху серебряной жилой, возможно образовавшейся
из расплавленной серебряной посуды на кухне дворца, и свалился Пип. Он
крепко стукнулся затылком о шлем и даже на несколько мгновений потерял
сознание, а когда очнулся, то увидел, что лежит в углу довольно большого
каземата, вырубленного в скале. В его дальнем конце стоял стол,
заставленный проржавевшим оборудованием, а рядом, на стуле, за давно
потухшим дисплеем какого-то прибора, изогнулось высохшее женское тело. Все
говорило за то, что это был один из случайно сохранившихся тайных дворцовых
покоев, а женщина, несмотря на то что ее труп оказался за дисплеем прибора,
могла быть кем угодно: от уборщицы до наложницы из гарема Тирана, случайно
оказавшейся здесь в последний момент.