Чтение 58–й страницы книги ~~

- Ну... понимаешь... Последнее время было туговато, но ты ведь меня знаешь.
Как только получу гонорар, все будет в полном блеске!

Усатая Харя усмехнулся:

- А ты знаешь меня. Если не все в полном блеске, я не найму корабль. Тебе
нужно время? Я готов подождать. Но когда я прибуду на борт, у тебя даже
гальюн должен сиять, как медный колокол, и лупить дерьмом по противнику!

Хромой Носорог вздохнул:

- Дай мне неделю.

- Идет.

Тут у стола появился сам хозяин с полным подносом снеди:

- Вот, благородные господа, лучшее, что вы найдете на Таире. Последнее
время мы вынуждены готовить только в определенные часы, но для вас...

Дон Крушинка хитро сощурился:

- А ну выкладывай, чего надо?

- Благородные господа, - залебезил хозяин, - говорили столь громко, что я
волей-неволей услышал, что господин, - последовал учтивый поклон в сторону
Усатой Хари, - собирается заняться наймом. Я бы мог предложить комнаты...
Со значительной скидкой.

- Чтобы цены взвинтить и остальных ободрать как липку? - грозно спросил дон
Крушинка, а потом расхохотался: - Ладно, прощелыга, можешь начать считать
барыш. Но я у тебя буду жить бесплатно, понял?

Хозяин скорчил гримасу, но, когда Усатая Харя с грозным видом повернулся в
сторону двери и сделал вид, что поднимается из-за стола, тут же замахал
руками:

- Конечно! Конечно! Какой разговор! Почту за честь!

- То-то, - кивнул дон и принялся за обед.

К исходу месяца Усатая Харя сформировал первую эскадру. Доны валили валом.
Цены в тавернах и гостиницах взлетели до небес. Таирцы никогда не упускали
возможности облегчить карман ближнего. Дон Крушинка назначил командующего и
послал эскадру на маневры в район Нового Симарона. Спустя три дня его
посетил специальный представитель госдепартамента Содружества Американской
Конституции, напомаженный хлыщ средних лет с презрительно поджатыми пухлыми
губками.

- А знаете ли вы, - начал он с места в карьер, - что на Нововашингтонском
совещании Большой восьмерки было принято решение о...

Договорить он не успел. Усатая Харя взъерепенился:

- Да кто ты такой, сопляк! Я бил Врага, когда ты еще на горшке сидел, и бил
все годы, что ты протирал штаны за конторским столом!

Он вскочил на ноги и наполовину вытянул шпагу из ножен. Хлыщ побледнел и
забормотал:

- Я - представитель правительства Содружества Американской Конституции, вы
будете иметь большие неприятности...

- Что?! - взревел дон Крушинка и полоснул шпагой по саморегулирующемуся
поясу типчика. - Да я тебя сейчас...

Посланник взвизгнул и, придерживая сваливающиеся штаны, вылетел на улицу.
Позже, по зрелом размышлении, Усатая Харя понял, что отправить сюда этого
типчика додумался очень умный человек: очевидно, на такую реакцию он и
рассчитывал.

Все приличия были соблюдены, Содружество выразило протест и может умыть
руки. У, лицемеры чертовы! Раздраженно швырнув шпагу, так что она ушла на
дюйм в дубовый стол, дон Крушинка заорал хозяину:

- Водки!

Тот испуганно забормотал, что в нынешние тяжелые времена торговля с Русской
империей переживает определенные трудности и многие товары исчезли из
продажи. Но Усатая Харя знал, что причина в другом. Как и всякое импортное
пойло, водка была достаточно дорога, а хозяин обязался кормить и поить его
бесплатно. Он разозлился еще пуще:

- Слушай, ты, дерьмо, мне плевать, где ты найдешь водки, но если через пять
минут на столе не будет...

- Клянусь святым Николаем Коперником, узнаю старого дружка! - раздался
вдруг от дверей знакомый бас.

Усатая Харя замер, потом медленно повернулся и расплылся в улыбке:

- Пивной Бочонок! Сивый Ус! Ба, и Счастливчик тут! Живой еще, не кончилось
твое везение?

Старые друзья обнялись. Дон Крушинка повернулся к стойке и рявкнул во всю
мощь своих размявшихся во время перепалки с этим дерьмовым представителем
легких:

- А ну, бургундского, живо!

- Что-то ты соришь деньгами, не считая, прямо как госдепартамент, -
прищурился Сивый Ус.

- Не напоминай, - поморщившись, прорычал Усатая Харя, - только что имел
беседу с типчиком оттуда.

Троица вновь прибывших переглянулась и захохотала.

- Вы чего? - насторожился дон Крушинка.

- Сейчас из таверны вылетел какой-то штатский, придерживая брюки, - пояснил
Сивый Ус, - а Пивной Бочонок возьми да и ляпни: "Бежит, как дипломат при
звуке пушек".

Тут заржал и сам дон Крушинка:

- И что, знатно бежал?

- Только пыль столбом, - добродушно подтвердил Сивый Ус.

Они чокнулись фужерами с мигом принесенным хозяином бургундским, которое
было все же дешевле водки, и выпили по первой за встречу.

- Вы как? На своем корабле?

- Да почти что, - кивнул дон Киор. - Корабль не наш, но мы там уже
прижились. С той поры как я на него попал, столько всего было... - Пивной
Бочонок усмехнулся и хлопнул Счастливчика по плечу. - Клянусь святой
Сикстиной, только благодаря Счастливчику и выкарабкались... Правда, не
все... - Он обнажил голову. - Упокой Господи душу старины Толстого
Ансельма.

Все встали и тоже сняли шапки. Толстого Ансельма знали как хорошего вояку и
честного дона.

- Да, - сказал Сивый Ус спустя минуту, - он всегда достойно нес свои
паруса.

Когда вновь сели за стол, Усатая Харя спросил немного снисходительным
тоном:

- Ну и где же вы развлекались? За последнее время я только и слышал жалобы,
как трудно нынче живется благородным донам, а никто не хочет высунуть нос
дальше фортов Мертвого пояса. Тоже мне вояки!

Дон Киор повернулся к двери таверны и махнул кому-то рукой. Когда к столу
приблизился сутулый, черноволосый дон, Пивной Бочонок повернулся к дону
Крушинке и торжественно произнес:

- Позволь тебе представить дона Диаса, по прозвищу Упрямый Бычок, капитана