Шарлотта Бронте

Шерли

Роман "Шерли" английской писательницы Ш.Бронте (1816-1855) получил на
родине широкую известность - он много раз переиздавался, его экранизировали
в кино и на телевидении, по нему готовили радиопередачи.

Вот уже полтора столетия читателей волнует история любви двух героинь
романа к одному мужчине, их трагическая судьба.

{1} - Так обозначены ссылки на примечания соответствующей страницы.

Оглавление

Глава I. Левиты

Глава II. Фургоны

Глава III. Мистер Йорк

Глава IV. Мистер Йорк (Продолжение)

Глава V. Домик в лощине

Глава VI. Кориолан

Глава VII. Священники в гостях

Глава VIII. Ной и Моисей

Глава IX. Брайермейнс

Глава Х. Старые девы

Глава XI. Филдхед

Глава XII. Шерли и Каролина

Глава XIII. Дальнейшие деловые отношения

Глава XIV. Шерли ищет успокоения в добрых делах

Глава XV. Изгнание мистера Донна

Глава XVI. Троицын день

Глава XVII. Школьный праздник

Глава XVIII, которую любезный читатель может пропустить

Глава XIX. Летняя ночь

Глава XX. На следующий день

Глава XXI. Миссис Прайор

Глава XXII. Две жизни

Глава XXIII. Вечер в гостях

Глава XXIV. Долина смерти

Глава XXV. Западный ветер

Глава XXVI. Старые ученические тетради

Глава XXVII. Первый "синий чулок"

Глава XXVIII. Феб

Глава XXIX. Луи Мур

Глава XXX. Исповедь

Глава XXXI. Дядюшка и племянница

Глава XXXII. Школьник и лесная нимфа

Глава XXXIII. Мартин берется за дело

Глава XXXIV. Домашние неурядицы

Глава XXXV, в которой дело продвигается, но не намного

Глава XXXVI, написанная в классной комнате

Глава XXXVII. Заключительная

Комментарии

"ГЛАВА I"

Левиты{5}

За последние годы на севере Англии появилось великое множество младших
священников; особенно посчастливилось нашей гористой местности: теперь почти
у каждого приходского священника есть один помощник, а то и больше. Надо
полагать, что они сделают немало добра, ибо они молоды и энергичны. Но мы
собираемся вести повествование не о последних годах, мы обратимся к началу
нашего столетия; последние годы подернуты серым налетом, выжжены солнцем и
бесплодны; забудем же о знойном полудне, погрузимся в сладостное забытье, в
легкую дремоту и в сновидениях увидим рассвет.

Читатель, если по этому вступлению ты предполагаешь, что перед тобой
развернется романтическое повествование, - ты ошибаешься. Ты ждешь поэзии и
лирических раздумий? Мелодрамы, пылких чувств и сильных страстей? Не
рассчитывай увидеть так много, тебе придется довольствоваться кое-чем более
скромным. Перед тобой предстанет простая будничная жизнь во всей ее
неприкрашенной правде, нечто столь же далекое от романтики, как понедельник,
когда труженик просыпается с мыслью, что нужно скорее вставать и приниматься
за работу. Возможно, в середине или в конце обеда тебе подадут что-нибудь
повкуснее, но первое блюдо будет настолько постным, что и католик - и даже
англо-католик{5} - не согрешил бы, отведав его в страстную пятницу: холодная
чечевица с уксусом без масла, пресный хлеб с горькими травами и ни куска
жареной баранины.

Итак, за последние годы север Англии наводнили младшие священники, но в
тысяча восемьсот одиннадцатом или двенадцатом году такого наплыва не было:
младших священников тогда насчитывалось немного; не было еще ни приходской
кассы вспомоществования, ни благотворительных обществ, способных
позаботиться об одряхлевших приходских священниках и предоставить им
возможность нанять молодого деятельного собрата, только что окончившего
Оксфорд или Кембридж. Нынешних преемников апостолов, учеников доктора
Пьюзи{6} и членов коллегии миссионеров, в те дни еще пестовали под теплыми
одеяльцами и няни подвергали их животворному обряду омовения в умывальном
тазу. Увидев их тогда, вы не подумали бы, что накрахмаленная пышная оборка
чепчика обрамляет чело будущего носителя духовного сана, предопределенного
свыше преемника св. Павла, св. Петра или св. Иоанна. И вы бы, уж конечно, не
разглядели в складках их детских ночных рубашонок белый стихарь, в котором
им предстояло впоследствии сурово наставлять своих прихожан и повергать в
полное изумление старомодного священника, - этот стихарь так бурно колыхался
теперь над кафедрой, тогда как прежде он лишь чуть шевелился внизу.

Однако и в те скудные времена помощники священников все же
существовали, но лишь кое-где, как редкостные растения. Впрочем, один
благословенный округ Йоркширского графства мог похвастать тремя такими
жезлами Аарона{6}, которые цвели пышным цветом на небольшой площади в
каких-нибудь двадцать квадратных миль. Сейчас ты их увидишь, читатель. Войди
в уютный домик на окраине города Уинбери и загляни в маленькую комнатку, -
вот они обедают. Позволь тебе их представить: мистер Донн, помощник
священника из Уинбери; мистер Мелоун, помощник священника Брайерфилда;
мистер Суитинг, помощник священника из Наннли. Владелец этого домика - некий
Джон Гейл, небогатый суконщик, у которого квартирует мистер Донн, любезно
пригласивший сегодня своих собратьев отобедать у него. Подсядем к ним и мы,
посмотрим на них, послушаем их беседу. Сейчас они поглощены обедом; а мы тем
временем немного посудачим.

Джентльмены эти в расцвете молодости; от них веет силой этого
счастливого возраста, силой, которую старые унылые священники пытаются
направить на стезю христианского долга, убеждая своих молодых помощников
почаще навещать больных и усердно надзирать за приходскими школами. Но
молодым левитам такие скучные дела не по душе: они предпочитают расточать
свою кипучую энергию в особой деятельности, - казалось бы, столь же
утомительно однообразной, как труд ткача, но доставляющей им немало радости,
немало приятных минут. Я имею в виду их непрерывное хождение в гости друг к
другу, какой-то замкнутый круг или, вернее, треугольник визитов, в любое
время года: и зимой, и весной, и летом, и осенью. Во всякую погоду, не
страшась ни снега, ни града, ни ветра, ни дождя, ни слякоти, ни пыли, они с
непостижимым рвением ходят один к другому то пообедать, то выпить чаю, то
поужинать. Что влечет их друг к другу, трудно сказать; во всяком случае не
дружеские чувства - их встречи обычно кончаются ссорой; не религия - о ней
они никогда не говорят; вопросы богословия еще изредка занимают их умы, но
они никогда не касаются благочестия; и не чревоугодие - каждый из них и у
себя дома мог бы съесть столь же добрый кусок мяса, такой же пудинг, столь
же поджаристые гренки, выпить столь же крепкого чаю. По мнению миссис Гейл,
миссис Хог и миссис Уипп - квартирных хозяек, - "это делается только для
того, чтобы доставить людям побольше хлопот". Под "людьми" эти дамы
подразумевают, конечно, себя, да и нельзя не согласиться, что постоянные
нашествия гостей хлопот доставляют немало.

Как уже было упомянуто, мистер Донн и его гости сидят за обедом; миссис
Гейл им прислуживает, но в глазах у нее сверкает отблеск жаркого кухонного
огня. Она находит, что за последнее время ее жилец злоупотребляет своим
правом приглашать к столу друзей без дополнительной оплаты, о чем была
договоренность при найме квартиры. Сегодня еще только четверг, однако уже в
понедельник к завтраку явился мистер Мелоун, помощник священника из
Брайерфилда, и остался к обеду. Во вторник тот же мистер Мелоун вместе с
мистером Суитингом из Наннли зашли выпить по чашке чаю, потом остались
ужинать и переночевали на запасных кроватях, а в среду утром соизволили и
позавтракать; и вот нынче в четверг оба они снова тут как тут! Обедают да
наверняка еще и проторчат целый вечер. "C'en est trop"*, - сказала бы она,
если бы говорила по-французски.

______________

* Это уж слишком (франц.).

Мистер Суитинг мелко режет ростбиф и жалуется, что он жесткий как
подошва; мистер Донн сетует на слабое пиво. Вот это хуже всего! Будь они
учтивы, хозяйке было бы не так обидно; если бы ее угощение пришлось им по
вкусу, она бы им многое простила, но "молодые священники слишком уж