Владимир Динец
Тропою дикого осла
Будь свободен, как сын степей - дикий осел, ибо все блага мира не стоят
мудрости, обретаемой в путешествии.
Салман Рушди. Сатанинские стихи
Оглавление
Предисловие
Глава первая. Машина времени
Глава вторая. Мокрые горы
Глава третья. В тепле и уюте
Глава четвертая. Человек без паспорта
Вместо эпилога
Недолго думая, я решил съездить на лето в северный Тибет и в Синцзян -
крайнюю северо-западную провинцию Китая. В то время я не имел ни малейшего
понятия о ценах в этой стране, и вообще Китай был для меня практически
белым пятном.
расходами, и на эту сумму мне удалось за сто дней побывать во всех
провинциях Китая, кроме Нинся-Хуйского автономного района, который,
видимо, вполне соответствует названию.
дневником. Хотя со времени путешествия прошло около четырех лет и страна
сейчас сильно изменилась, мне кажется, что отчет об этой экспедиции все
еще представляет интерес. Прежде всего потому, что совершить нечто
подобное (пусть за несколько большие деньги) может практически каждый.
всем мире, а не что-то героическое. Мне встречались пожилые австралийские
леди, трясущиеся в кузовах грузовиков с углем по длинной и очень тяжелой
Западно-Тибетской дороге, и израильские девушки, в одиночку добирающиеся
автостопом из Индии в Таиланд через Пакистан, Каракорум, Памир, Кашгарию,
Тибет, Китай, Вьетнам и Камбоджу. Многие ребята катаются так по 10-20 лет
подряд.
несколько китайских слов. Без знания языка решаются путешествовать только
очень богатые люди и русские "челноки".
самостоятельных путешествий страной, кроме тех, где идет война, и
"закрытых", вроде бывшего СССР или Мьянмы, для нас это удобная
"тренировочная площадка" перед более дальними маршрутами. Сюда легко
добраться; жизнь здесь дешевле, чем у нас; а к большинству местных
трудностей мы привыкли с детства. Единственные серьезные опасности - это
плохие дороги в горах и карманники на равнинах. Но даже если вы остались
без документов и денег (как это случилось со мной), выкрутиться можно все
равно.
официальных путей; власть бумажки над человеком здесь столь же
всеобъемлюща. Догадываясь о чем-то подобном, я запасся в Москве совершенно
необходимым документом, который в дальнейшем буду для краткости называть
Дацзыбао. Одна студентка-китаянка на бланке конторы, где я в то время
работал, написала иероглифами справку о том, что я великий русский
писатель и лучший друг китайского народа. На это письмо я поставил десяток
печатей и штампов, все на русском языке. Именно Дацзыбао я отчасти обязан
успехом всего мероприятия. Особенно впечатляли китайцев написанные внизу
иероглифы "председатель" и "директор" без фамилий и подписей.
вполне традиционными для "белого человека", пользуясь широтой души и
гостеприимством местного населения - на редкость дружелюбного и
доброжелательного. Если бы дело происходило в России или на Западе, я бы,
наверное, не решился поведать об этих методах. Но на Востоке издавна нет
более почетной, престижной и любимой народом професcии, чем бродячий
святой.
читателя за некоторые обороты речи и обилие биологических терминов (хотя у
меня диплом инженера-электрика, на самом деле я зоолог, но это уже другая
история).
"Европа".
волшебства, никогда легкомысленный турист не осквернит неприступные снега
Тибета - ворот всех откровений.
момент я сижу в караван-сарае на озере Сайрам-Нур (1300 м над уровнем
моря) и уминаю палочками огромную бадью лагмана с бараниной за 3 Y (сейчас
1 Y (юань) равен примерно 1/10 $). Чтобы научиться есть палочками,
достаточно оказаться в такой вот забегаловке после целого дня в автобусе.
Это несложно, но довольно медленно.
маячущей перед глазами надписью "Запомни, солдат! Ты охраняешь покой
парня, который спит с твоей девушкой!" Позади и пересечение
казахско-китайской границы у г. Джаркент в пыльную бурю. Впрочем, это в
любую погоду не подарок. Пограничники придираются к любой ерунде, но если
от китайских можно откупиться парой долларов, то нашим подавай сотенные. К
счастью, у меня была копия Дацзыбао на русском, в более скромных
выражениях. А вот на "челноков" было больно смотреть. Багаж тех, кого
"завернули", все равно едет дальше - сколько здесь проливается слез,
сколько хороших вещей достается таможенникам на автовокзале Урумчи!
На первый взгляд, Синцзян кажется бедным и грязным, хотя и без особого
свинства - словно Средняя Азия послевоенных лет. Я уже выучил два самых
важных иероглифа:
впереди Джунгария.
провинция мало изменилась с Х века, то здесь - неоновые вывески, телевышки
и строящиеся небоскребы. Вообще, большинство городов Синцзяна напоминают
стройплощадки.
сложные, и каждые несколько лет бывают выступления уйгур, неизменно