read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



негромкое, ровное дыхание Снасса.
Лабискви тихонько потянула его за рукав, и он понял, что надо
следовать за нею. Он взял свои мокасины, шерстяные носки и в спальных
мокасинах неслышно вышел наружу. У погасшего костра, при красноватом
отсвете последних угольев, она знаком велела ему обуться, а сама опять
скользнула в шатер, где спал Снасс.
Смок нащупал стрелки часов - был час ночи. Совсем тепло, подумал он,
не больше десяти ниже нуля. Лабискви вернулась и повела его по темным
тропинкам через спящее становище. Как ни осторожно они шли, снег все же
поскрипывал под ногами, но этот звук тонул в стоголосой собачьей жалобе:
псы самозабвенно выли, им было не до того, чтобы залаять на проходивших
мимо мужчину и женщину.
- Теперь можно и разговаривать, - сказала Лабискви, когда последний
костер остался в полумиле позади.
Она повернулась к нему - и только сейчас, в слабом свете звезд, Смок
заметил, что она идет не с пустыми руками; он дотронулся до ее ноши - тут
были его лыжи, ружье, два пояса с патронами и меховые одеяла.
- Я обо всем позаботилась, - сказала она и радостно засмеялась. -
Целых два дня я готовила тайник. Я снесла туда мясо, и муку, и спички, и
узкие лыжи, на которых хорошо идти по насту, и плетеные лыжи, которые
будут держать нас, даже когда снег станет совсем слабый. О, я умею
прокладывать тропу, мы пойдем быстро, любимый.
Слова замерли на губах Смока. Удивительно уже то, что она помогла ему
бежать, но что она и сама пойдет с ним, этого он никак не ожидал.
Растерянный, не зная, как быть дальше, он мягко отнял у нее ношу. Потом,
все еще не в силах собраться с мыслями, одной рукой обнял девушку и
притянул к себе.
- Бог добрый, - прошептала Лабискви. - Он послал мне возлюбленного.
У Смока хватило мужества промолчать о том, что он хотел бы уйти один.
Но прежде, чем он вновь обрел дар речи, образы далекого, многоцветного
мира, дальних солнечных стран вспыхнули в его памяти, мелькнули и
померкли.
- Вернемся, Лабискви, - сказал он. - Ты станешь моей женой, и мы
всегда будем жить с Оленьим народом.
- Нет, нет! - Она покачала головой и вся протестующе выпрямилась в
кольце его рук. - Я знаю. Я много думала. Тоска по большому миру измучит
тебя, долгими ночами она будет терзать твое сердце. Она убила
Четырехглазого. Она убьет и тебя. Всех, кто приходит сюда из большого
мира, грызет тоска. А я не хочу, чтобы ты умер. Мы пойдем на юг и
проберемся через снежные горы.
- Послушай меня, дорогая, - уговаривал он, - вернемся!
Она прижала руку в рукавице к его губам, не давая ему продолжать.
- Ты любишь меня? Скажи, любишь?
- Люблю, Лабискви. Ты моя любимая.
И снова ее рука ласково зажала ему рот.
- Идем к тайнику, - решительно сказала Лабискви. - До него еще три
мили. Идем.
Смок не трогался с места, она потянула его за руку, но не могла
сдвинуть. Он уже готов был сказать ей, что там на юге, его ждет другая...
- Нельзя тебе возвращаться, - заговорила Лабискви. - Я... я только
дикарка, я боюсь того большого мира, еще больше я боюсь за тебя. Видишь,
все так и есть, как ты мне говорил. Я тебя люблю больше всех на свете.
Люблю больше, чем себя. Нет таких слов в индейском языке, чтобы сказать об
этом. Нет таких слов в английском языке. Все помыслы моего сердца - о
тебе, они яркие, как звезды, и им нет числа, как звездам, и нет таких
слов, чтобы о них рассказать. Как я расскажу тебе, что в моем сердце? Вот
смотри!
Она взяла его руку и, сняв с нее рукавицу, притянула к себе, под
теплый мех парки, прижала к самому сердцу. В долгом молчании Смок слышал,
чувствовал каждый удар этого сердца - любовь. А потом медленно, едва
заметно, все еще держа его за руку, она отстранилась, шагнула. Она вела
его к тайнику - и он не мог ей противиться. Казалось, это ее сердце ведет
его - сердце, которое бьется вот здесь, в его руке.


11
Подтаявший накануне снег за ночь прихватило морозом, и лыжи легко и
быстро скользили по прочному насту.
- Вот сейчас за деревьями будет тайник, - сказала Смоку Лабискви.
И вдруг она схватила его за руку, вздрогнув от испуга и изумления.
Среди деревьев плясало веселое пламя небольшого костра, а перед ним сидел
Мак-Кен. Лабискви что-то сказала сквозь зубы по-индейски, - это прозвучало
как удар хлыста, и Смок вспомнил, что Четырехглазый называл ее гепардом.
- Недаром я опасался, что вы сбежите без меня, - сказал Мак-Кен,
когда Смок и Лабискви подошли ближе, и его колючие хитрые глаза блеснули.
- Но я следил за девушкой, и когда она припрятала тут лыжи и еду, я тоже
собрался в дорогу. Я захватил для себя и лыжи и еду. Костер? Не бойтесь,
это не опасно. В становище все спят как убитые, а без огня я бы тут
замерз, дожидаясь вас. Сейчас и пойдем?
Лабискви испуганно вскинула глаза на Смока и, тотчас приняв решение,
заговорила. В своем чувстве к Смоку она была совсем девочкой, но теперь
она говорила твердо, как человек, который ни от кого не ждет совета и
поддержки.
- Ты собака, Мак-Кен, - процедила она сквозь зубы, с яростью глядя на
него. - Я знаю, что ты задумал: если мы не возьмем тебя, ты поднимешь на
ноги все становище. Что ж, хорошо. Придется тебя взять. Но ты знаешь моего
отца. Я такая же, как и он. Ты будешь работать наравне с нами. И будешь
делать то, что тебе скажут. И если попробуешь устроить какую-нибудь
подлость - знай, ты пожалеешь, что пошел.
Мак-Кен посмотрел на нее, и в его свиных глазках мелькнули страх и
ненависть, а в глазах Лабискви, обращенных к Смоку, гнев сменился лучистой
нежностью.
- Я правильно ему сказала? - спросила она.
Рассвет застал их в предгорьях, отделявших равнину, где обитало племя
Снасса, от высоких гор. Мак-Кен намекнул, что пора бы и позавтракать, но
они не стали его слушать. Поесть можно и позже, среди дня, когда наст
подтает на солнце и нельзя будет идти дальше.
Горы становились все круче, и замерзший ручей, вдоль которого они
шли, вел их по все более глубоким ущельям. Здесь не так заметно было
наступление весны, хотя в одном из ущелий из-под льда уже выбивалась
вольная струя, и дважды они замечали на ветвях карликовой ивы первые
набухающие почки.
Лабискви рассказывала Смоку, по каким местам им предстоит идти и как
она рассчитывает сбить и запутать погоню. Есть только два выхода из
Оленьей страны - на запад и на юг. Снасс немедля вышлет молодых охотников
сторожить обе эти дороги. Но к югу ведет еще одна тропа. Правда, на
полпути, среди высоких гор, она сворачивает на запад, пересекает три
горных гряды и сливается с главной южной дорогой. Не обнаружив там, на
главной южной дороге, следов, погоня повернет назад в уверенности, что
беглецы направились на запад; никто не заподозрит, что они осмелились
избрать более долгий и трудный путь.
Взглянув через плечо на Мак-Кена, шедшего последним, Лабискви сказала
негромко:
- Он ест. Нехорошо.
Смок оглянулся. Ирландец набил карманы оленьим салом и теперь
исподтишка жевал на ходу.
- Есть будете только на привале, Мак-Кен, - приказал Смок. - Впереди
никакой дичи не будет, всю еду надо с самого начала делить поровну. Ведите
себя честно, иначе вы нам не попутчик.
К часу дня наст сильно подтаял, и узкие лыжи стали проваливаться, а
еще через час не держали уже и широкие плетеные лыжи. Впервые путники
сделали привал и поели. Смок подсчитал запасы съестного. Оказалось, что
Мак-Кен захватил с собой совсем мало еды. Его мешок был набит шкурами
черно-бурой лисы, и для остального почти уже не оставалось места.
- Я просто не знал, что их так много, - объяснил он. - Я собирался в
темноте. Зато они стоят больших денег. Оружие у нас есть, патронов много,
набьем дичи - это сколько угодно.
- Волки тебя слопают, это сколько угодно, - с досадой сказал Смок, а
глаза Лабискви гневно вспыхнули.
Вдвоем они рассчитали, что провизии хватит на месяц, если строго
экономить и не наедаться досыта. Лабискви потребовала, чтобы и ей дали
нести часть груза; после долгих споров Смок сдался и разделил всю поклажу
на три части, строго определив величину и тяжесть каждого тюка.
На другой день ручей вывел их в широкую горную долину; здесь наст уже
сильно подтаял, и они с большим трудом, то и дело проваливаясь, добрались
наконец до склона новой горы, где под ногами была более твердая ледяная
корка.
- Еще десять минут - и нам бы не перейти равнину, - сказал Смок,
когда они остановились передохнуть на обнаженной вершине. - Теперь мы
поднялись, должно быть, на тысячу футов.
Но тут Лабискви молча показала вниз, на равнину. Меж деревьев,
рассеявшись редкой цепью, темнели пять точек. Они почти не двигались.
- Это молодые охотники, - сказала она.
- Они проваливаются чуть не по пояс, - сказал Смок, - Сегодня им уже
не выбраться на твердую дорогу. Мы опередим их на несколько часов. Идемте,
Мак-Кен. Да побыстрей. Есть будем, когда уже нельзя будет идти дальше.
Мак-Кен тяжело вздохнул, но в кармане у него уже не было оленьего
сала, и он побрел за ними, упорно держась позади.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 [ 55 ] 56 57 58 59
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.