Чтение 2–й страницы книги ~Мое почтение, красотка~

настоящего золота.

- У меня действительно есть для вас работа... и весьма деликатная, но вот
насколько она интересна, сказать не могу. Вы слышали о профессоре Стивенсе?

- Уж не тот ли это английский ученый, что пашет вместе с нашими
чемпионами по атому над какой-то ракетой?

Шеф улыбается.

- Почти угадали. Речь, как вы знаете, идет о замечательном человеке.

- Пусть так. И что из того?

- А то, что наши спецслужбы перехватили радиосообщение. Шифровальщики
сумели раскрыть код. Оказалось, была передана формула знаменитой ракеты
Стивенса. Профессор не возьмет в толк, каким образом произошла утечка.
Формулу знает только он один, она хранится в сейфе, к которому никто не
имеет доступа... Сейф взломан не был... Короче, тайна, покрытая мраком.

- Персонал?

- Прислуга тщательно отобрана и проверена. Совершенно безликие люди.

Большой босс пристально смотрит на меня.

- И... секретарша. Правая рука босса, пользуется его полным доверием.

- Она знает формулу?

- Нет. По крайней мере, он так сказал.

- Вы подозреваете ее?

- Да, скорее ее, чем кого-либо другого. И хотел бы, чтобы вы ею занялись.
Я приставил к ней двух ангелов-хранителей, но их рапорты совершенно ничего
не дают. Девушка безупречна... Ее жизнь разлинована, как нотная бумага.

- Гм, понимаю. Одна из тех девиц, что работают по двадцать часов в сутки,
а по ночам поднимаются, чтобы сделать уборку?

Патрон качает головой:

- Не совсем так. Не думайте, что это старая дева, высохшая на работе. Это
современная особа, очень высокообразованная и компетентная. Стивенс говорит,
что не может без нее обходиться.

- Понимаю...

Я смотрю на босса.

- Почему вы ее заподозрили? Он опять начинает выставлять свои манжеты, и
его золотые запонки отражают свет прямо мне в глаза.

- Формула не покидала сейфа. Профессор утверждает, что сейф не открывали.
Исходя из этого, я считаю, что формулой мог завладеть человек, близкий не
только к профессору лично, но и к его работам.

- Вы приказали осмотреть сейф?

- Нет. Мы там не появлялись. Я просил профессора сохранить эту историю в
строжайшем секрете. Явившись к нему с фотографами и экспертами, мы рисковали
вспугнуть или по меньшей мере насторожить похитителя формулы. Дело кажется
мне серьезным. Вот почему я приказал установить за Хеленой Каварес скрытое
наблюдение...

- Хелена - это имя секретарши?

- Да. Я ждал вас, чтобы поручить это дело.

- Спасибо! Он поднимается.

- Пойдемте!

Он ведет меня в маленькую комнатку без окон, которую я хорошо знаю. Это
кинозал. Я сажусь в кресло, а он, погасив свет, включает аппарат.

Решительно, у меня сегодня день кино. Сначала на экране мелькают темные
зигзаги, потом идут клубки теней, наконец все утрясается, и я вижу тротуар,
по которому туда-сюда ходят люди.

- Мы сняли Хелену Каварес скрытой камерой,- объясняет патрон.- Таким
образом, вы сможете составить о ней первое впечатление. Смотрите!- кричит
он.- Вот она!

Я едва успеваю схватиться за подлокотники кресла, чтобы не свалиться.
Девушка, которую я вижу на экране, самая потрясающая красавица на этой
планете. Рядом с ней самая фотогеничная из голливудских кинозвезд кажется
рыночной торговкой. Она среднего роста, а ее фигура - просто сенсация. Какие
манящие округлости! Не знаю, согласитесь ли вы со мной, но я считаю, что для
женщины округлости - это как для судебного исполнителя официальная бумага с
печатью. Что касается мордашки, о ней стоит поговорить особо. Черные волосы
уложены короной, нежный овал лица, глаза лани...

- Ладно,- говорю я патрону,- выключайте ваш волшебный фонарь, шеф. Нет
необходимости досматривать пленку до конца, чтобы понять, что это самая
красивая девчонка в Париже.

Он останавливает аппарат и включает свет.

- Я прошу вас действовать аккуратно,- говорит он.- Один неловкий шаг
может повлечь самые серьезные последствия, потому что мы рискуем вызвать
неудовольствие профессора Стивенса. Это очень уважаемый человек, и его
отъезд из Франции, как мне дал понять министр внутренних дел, стал бы
настоящей катастрофой. Понимаете?

- Отлично понимаю.

- Действуйте, как сочтете нужным. Вам оставить ангелов-хранителей,
приставленных к девушке? Я качаю головой:

~ Предпочитаю заняться ею сам. Он подавляет легкую улыбку.

- Сделайте все как можно лучше. Секретарша живет у профессора, в
маленьком особнячке на Булонь-Бийанкур... Что с вами?

Должно быть, моя рожа в этот момент была неописуема.

- Случайно не в доме шестьдесят четыре по улице Гамбетта?

Теперь его очередь задохнуться от изумления.

- Да, но...

Бросаю взгляд на часы.

- Твою мать!- ору я.

Выскакиваю в коридор, лечу по лестнице, расталкивая дежурных полицейских,
и прыгаю в "конторскую" машину Шофер, протирающий ее бархоткой, пытается
протестовать:

- Но, господин комиссар...

- Гони!- кричу я ему.- Улица Гамбетта, знаешь?

- Не там поблизости живет Лана Политен?

Я отвечаю, что это возможно, что я в этом совсем не уверен и что в любом
случае мне на это наплевать и растереть.

Все, чего я жду от него и его колымаги,- скорость. Он меня знает и все
понимает. Просто невероятно, как легко меня все понимают, когда я начинаю
разговаривать определенным образом...

Он пулей срывается с места, чтобы поразить меня. Если бы я носил вставную
челюсть, она бы отстала от моей десны больше, чем на километр.

На улицу Гамбетта мы влетаем в десять минут пятого. Это спокойная улочка,
застроенная богатыми домами. На горизонте ни собаки. Я приказываю шоферу
остановить его драндулетку и смотрю на номера домов. Мы остановились возле
пятьдесят восьмого. Из тачки я отлично вижу хижину дяди Стивенса. Миленькая
лачуга... Три этажа, широкие окна, ухоженный садик, ворота из кованого
железа...

Шофер поворачивается и удивленно смотрит на меня. Его глаза спрашивают:
"Ну и зачем ты заставил меня гнать как ненормального? Чтобы сидеть в моей
машине, как паша?"

Этот рыжий парень выглядит умным, как бочонок пива.

За его мыслями можно следить по глазам, как за траекторией осветительной
ракеты в ясную июльскую ночь.

То, что он думает, волнует меня примерно так же, как отмена Нантского
эдикта. Я остаюсь на наблюдательном посту. Мое ожидание, как пишут в романах
для бойскаутов, увенчалось успехом. Через пять минут я вижу, что слева от
ворот открывается калитка и мой знакомый Фердинанд выскакивает на улицу, как
свеча (медицинская) на свободу. Я даю ему уйти. Мне известно, где его
искать.

- Что будем делать?- спрашивает шофер. Я смотрю на него со зверским
видом.

- Ты прижмешь губы одну к другой и сцепишь их скрепкой, а что буду делать
я - сам решу, усек?

Он съеживается за рулем так, что вытащить из тачки его теперь можно
только пинком.

А ваш Сан-Антонио ждет, как не может никто другой, потому что в его
гениальной голове растет, словно тропическое растение, одна идея, которую я
вам сейчас изложу.

Я говорю себе, что никто не станет щедро платить жулику за то, чтобы он
открыл сейф и ничего из него не взял, если только...

Именно это "если только" и стимулирует работу моего серого вещества.
Соберите все ваши мозги и постарайтесь проследить за гимнастикой моего ума.
Уши тоже открывайте пошире, чтобы лучше слышать!

В сейфе ученого лежат документы. Он (сейф) не преграда для тех, кого эти
документы интересуют, поскольку мы имеет доказательство утечки. Значит,
интересующиеся содержимым сейфа так или иначе имеют к нему доступ... Но,
скажете вы с вашей логикой, если они могут залезть внутрь, зачем нанимать
какого-то там Фердинанда? Что-то тут не вяжется... Я считаю, что в сейф
лазит кто-то из домашних. Готов поставить дюжину белых слонов против порции
фисташкового мороженого, что этот "кто-то" - красотка Хелена. Если шеф
подумал на нее, значит, ее мордашка в пушку. У шефа безотказное шестое
чувство...

Я представляю себе дело так. Хелена шпионит в пользу иностранной державы,
которую сильно интересуют работы Стивенса. Однажды она замечает, что за ней
следят, говорит себе, что утечка обнаружена и начинает попахивать жареным.
Это тонкая штучка. Она решает отвести от себя подозрения и нанимает лопуха
открыть сейф. Это делает ее белой, как свежевыпавший снежок, поскольку
появляется доказательство, что она не замешана ни в какие темные делишки.

Я облегченно вздыхаю, довольный собой. Будь я перед зеркалом, я бы себя
поздравил.

В данный момент сейф распахнут, а Хелена как ни в чем не бывало водит за
собой топтунов, обеспечивая свое алиби. Браво! Мне не терпится познакомиться
с этой киской. Люблю заниматься умными девочками вроде нее...

В общем, ждать дольше бессмысленно. Ничего не произойдет. Однако лучше,
чтобы сейф не оставался открытым слишком долго. Секретные документы, как