read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.

Станислав Лем.

Насморк


-----------------------------------------------------------------------
Stanislaw Lem. Katar (1976). Пер. с польск. - С.Ларин, В.Чепайтис.
"Собрание сочинений", т.10. М., "Текст", 1995.
OCR & spellcheck by HarryFan, 11 April 2001
-----------------------------------------------------------------------

Посвящается доктору Анджею Мадейскому



НЕАПОЛЬ - РИМ
Мне казалось, что этот последний день никогда не кончится. Не из
чувства страха; я не боялся. Да и чего бояться? Я был один в разноязыкой
толпе. Никто не обращал на меня внимания. Опекуны не показывались на
глаза; в сущности, я даже не знал их в лицо. Я не верил, что, ложась в
постель в пижаме Адамса, бреясь его бритвой и прогуливаясь его маршрутами
вдоль залива, навлекаю на себя проклятие, и все же чувствовал облегчение
от того, что завтра сброшу чужую личину. В дороге тоже нечего опасаться
засады. Ведь на автостраде ни один волос не упал с его головы. А
единственную ночь в Риме мне предстояло провести под усиленной опекой. Я
говорил себе, что это - всего лишь желание поскорее свернуть операцию,
которая не дала результата. Я говорил себе немало других разумных вещей,
но все равно то и дело выбивался из расписания.
После купания надо было вернуться в "Везувий" ровно в три, но уже в
двадцать минут третьего я оказался поблизости от гостиницы, словно что-то
гнало меня туда. В номере со мной ничего не могло случиться, и я принялся
бродить по улице. Эту улицу я уже знал наизусть. На углу - парикмахерская,
дальше - табачная лавка, бюро путешествий, за которым, в бреши между
домами, помещалась гостиничная автостоянка. Дальше, за гостиницей, - лавка
галантерейщика, у которого Адамс починил оторванную ручку чемодана, и
небольшой кинотеатр, где безостановочно крутили фильмы. Я едва не сунулся
сюда в первый же вечер, приняв розовые шары на рекламе за планеты. Только
перед кассой понял, что ошибся: это была гигантская задница. Сейчас, в
недвижном зное, я дошел до угла, где стояла тележка с жареным миндалем, и
повернул назад. Досыта налюбовавшись трубками на витрине, я вошел в
табачную лавку и купил пачку "Куул", хотя обычно не курю ментоловые.
Перекрывая уличный шум, из громкоговорителей кинотеатра долетали хрипение
и стоны, как с бойни. Продавец миндаля повез тележку под козырек над
подъездом гостиницы, в тень. Может, когда-то "Везувий" и был роскошным
отелем, но сейчас все вокруг свидетельствовало о безусловном упадке.
Холл был почти пуст. В лифте веяло прохладой, но в номере стояла
духота. Я обвел комнату испытующим взглядом. Укладывать чемоданы в такую
жару - значит, обливаться потом, и тогда датчики не будут держаться. Я
перебрался со всеми вещами в ванную - в этой старой гостинице она была
величиной с комнату. В ванной тоже оказалось душно, но здесь был мраморный
пол. Приняв душ в ванне, покоящейся на львиных лапах, и нарочно не
вытершись досуха, босой, чтобы было не так жарко, я принялся укладывать
вещи. В саквояже нашарил увесистый сверток. Револьвер. Я совершенно забыл
о нем. Охотнее всего я швырнул бы его под ванну. Переложил револьвер на
дно большого чемодана, под рубашки, старательно вытер грудь и стал перед
зеркалом прицеплять датчики. Когда-то в этих местах у меня на теле были
отметины, но они уже исчезли. Подушечками пальцев я нащупал ложбинку между
ребрами, сюда - над сердцем - первый электрод. Второй, в ямке возле
ключицы, не хотел держаться. Я снова вытерся и аккуратно прижал пластырь с
обеих сторон, чтобы датчик прилегал плотнее. У меня не было навыка -
раньше не приходилось этого делать самому. Сорочка, брюки, подтяжки. Я
стал носить подтяжки с тех пор, как вернулся на Землю. Для удобства. Чтобы
то и дело не хвататься за штаны, опасаясь, что они свалятся. На орбите
одежда ничего не весит, и после возвращения возникает этот "брючный
рефлекс".
Готово. Весь план я держал в голове. Три четверти часа на то, чтобы
пообедать, оплатить счет и взять ключи от машины, еще полчаса, чтобы
доехать до автострады; учитывая час пик, десять минут иметь в запасе. Я
заглянул во все шкафы, поставил чемоданы у двери, ополоснул лицо холодной
водой, проверил перед зеркалом, не выпирают ли датчики, и спустился на
лифте. В ресторане была толчея. Обливающийся потом официант поставил
передо мной кьянти, я заказал макароны с базиликовым соусом и кофе в
термос. Я уже заканчивал обед, то и дело поглядывая на часы, когда из
рупора над входом послышалось: "Мистера Адамса просят к телефону!" Волоски
на руках у меня встали дыбом. Идти или не идти? Из-за столика у окна
поднялся толстяк в рубашке павлиньей расцветки и направился к кабине.
Какой-то Адамс. Мало ли на свете Адамсов? Стало ясно, что ничего не
начинается, но я разозлился на себя. Не таким уж надежным оказалось мое
спокойствие. Я вытер жирные от оливкового масла губы, принял горькую
зеленую таблетку плимазина, запил ее остатками вина и пошел к стойке
портье. Гостиница еще кичилась своей лепниной, плюшем и бархатом, но все
пропиталось кухонным смрадом. Словно аристократ рыгнул капустой.
Вот и все прощание. Я вышел в густой зной вслед за портье, который
вывез на тележке мои чемоданы. Автомобиль, взятый напрокат в фирме Херца,
стоял двумя колесами на тротуаре. "Хорнет" - черный, как катафалк.
Укладывать чемоданы в багажник я портье не позволил - там мог находиться
передатчик, - отделался от него-ассигнацией, положил вещи сам и сел в
машину, будто в печку. Руки вспотели, я стал искать в карманах перчатки.
Хотя к чему, руль обтянут кожей. В багажнике передатчика не было - где же
он? На полу, перед свободным сиденьем, под журналом, с обложки которого
холодно глядела на меня голая блондинка, высунувшая блестящий от слюны
язык. Я не издал ни звука, но внутри у меня что-то тихонько екнуло.
Машины стояли плотными колоннами от светофора до светофора. Хоть я и
отдохнул, но чувствовал какую-то вялость, может, оттого, что умял целую
тарелку макарон, которые ненавижу. Пока весь ужас моего положения
заключался в том, что я начал толстеть, - так по-дурацки я подтрунивал над
собой. За следующим перекрестком включил вентилятор. Жарко обдало
выхлопными газами. Пришлось выключить. Машины на итальянский манер
налезали друг на друга. Объезд. В зеркальцах - капоты и крыши. La potente
benzina italiana [могучий итальянский бензин (итал.)] угарно вонял. Я
тащился за автобусом в смрадном облаке выхлопных газов. Через заднее
стекло автобуса на меня глазели дети, в одинаковых зеленых шапочках. В
желудке у меня были макароны, в голове - жар, на сердце - датчик, который
цеплялся через рубашку за подтяжки при каждом повороте руля.
Я разорвал пакет бумажных носовых платков и разложил их около рычага
передач, потому что в носу защекотало, как перед грозой. Чихнул раз,
другой и так увлекся этим занятием, что даже не заметил, когда именно,
канув в приморскую голубизну, остался позади Неаполь. Теперь я уже катил
по del Sole [Солнечное шоссе (ит.)]. Для часа пик почти просторно. От
таблетки плимазина никакого толку. Саднило в глазах, из носа текло. А во
рту было сухо. Пригодился бы кофе, но теперь я мог его выпить только около
Маддалены. "Интернэшнл геральд трибюн" в киоске снова не оказалось из-за
какой-то забастовки. Я включил радио. Последние известия. Понимал с пятого
на десятое. Демонстранты подожгли... Представитель частной полиции
заявил... Феминистское подполье грозит новыми актами насилия... Дикторша
глубоким альтом читала декларацию террористок, потом осуждающее заявление
папы римского и комментарии газет. Женское подпольное движение. Никто
ничему уже не удивляется. У нас отняли способность удивляться. Что же их,
в сущности, тревожит - тирания мужчин? Я не чувствовал себя тираном. Никто
себя им не чувствовал. Горе плейбоям. Что террористки с ними сделают? А
священников они тоже будут похищать? Я выключил радио, будто захлопнул
мусоропровод.
Быть в Неаполе и не видеть Везувия! А я не видел. К вулканам я всегда
относился благожелательно. Отец рассказывал мне о них перед сном едва ли
не полвека назад. Скоро стану стариком, подумал я и так удивился, словно
сказал себе, что скоро стану коровой. Вулканы - это нечто солидное,
вызывающее чувство доверия. Земля раскалывается, течет лава, рушатся дома.
Все ясно и чудесно, когда тебе пять лет. Я полагал, что через кратер можно
спуститься к центру Земли. Отец возражал. Жаль, что он не дожил, -
порадовался бы за меня.
Когда слышишь роскошное лязганье зацепов, стыкующих ракету с
орбитальным модулем, не думаешь об ужасающей тишине бесконечных
пространств. Правда, моя карьера была недолгой. Я оказался недостойным
Марса. Отец переживал это, пожалуй, тяжелее меня. Что ж, лучше было бы,
если б он умер после моего первого полета? Хотеть, чтобы он закрыл глаза с
верой в меня, - это цинично или просто глупо?
А не угодно ли вам следить за движением?.. Втискиваясь в брешь за
"ланчией", размалеванной в психоделические цвета, я бросил взгляд в
зеркальце. "Крайслер" фирмы Херца пропал бесследно. Около Марьянелли
блеснуло далеко позади что-то похожее, но я не был уверен, что это они; к
тому же та машина сразу скрылась. Заурядная короткая трасса, по которой
катило столько людей, одного меня приобщала к тайне, чей зловещий смысл не
удалось разгадать всем полициям мира, вместе взятым. Однако я положил в
машину надувной матрац, ласты и ракетку вовсе не потому, что собрался
отдыхать, а с целью навлечь на себя неведомый удар.
Вот так я пытался подзадорить себя, но тщетно - это рискованное
предприятие уже давно потеряло для меня свою привлекательность, я не ломал
голову над загадкой смертоносного заговора. Сейчас я думал лишь о том, не
принять ли вторую таблетку плимазина, поскольку из носа все еще текло. Не
все ли равно, где этот "крайслер". Радиус действия передатчика - сто миль.



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2017г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.