read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Станислав ЛЕМ


ФОРМУЛА ЛИМФАТЕРА





- Милостивый государь... минутку. Простите за навязчивость... Да,
знаю... мой вид... Но я вынужден просить... нет, ах, нет. Это
недоразумение. Я шел за вами? Да. Это правда. От книжного магазина, но
только потому, что видел сквозь витрину... вы покупали "Биофизику" и
"Абстракты"... И когда вы здесь сели, я подумал, что это великолепный
случай... Если б вы позволили мне проглядеть... и то, и другое. Но главное
- "Абстракты". Для меня это - жизненная необходимость, а я... не могу себе
позволить... Это, впрочем, видно по мне, правда... я просмотрю и сейчас же
верну, много времени это не займет. Я ищу только одно... определенное
сообщение... Вы мне даете? Не знаю, как благодарить... я лучше выйду...
Идет кельнер, мне бы не хотелось, чтобы... я перелистаю на улице, вон там,
напротив, видите? Там есть скамейка... и немедленно... Что вы сказали?
Нет, не делайте этого... Вам не следует меня приглашать... правда...
хорошо, хорошо, я сяду. Простите? Да, разумеется, можно кофе. Что угодно,
если это необходимо. О, нет. Это - в самом деле нет. Я не голоден.
Возможно, мое лицо... но это видимость. Могу я просмотреть здесь...
хоть это невежливо?.. Спасибо. Это последний номер... нет, я уж вижу, что
в "Биофизике" ничего нет. А здесь... да, да... ага... Криспен - Новиков -
Абдергартен Сухима, подумать только, уже второй раз... ох!.. Нет. Это не
то. Ничего нет. Ладно... возвращаю с благодарностью. Снова я могу быть
спокоен - на две недели... это все. Пожалуйста, не обращайте на меня
внимания... кофе? Ах, правда, кофе. Да, да. Я сижу, буду молчать. Я не
хотел бы навязываться, назойливость со стороны такого индивидуума, как
я... простите? Да, наверно, это кажется странным такие интересы при таком,
гм, exterieur... <Внешний вид - фр.> Но, ради бога, только не это. Почему
же это вы должны передо мной извиняться? Большое спасибо, нет, я
предпочитаю без сахара. Это привычка тех лет, когда я не был еще так
болтлив... Вы не хотите читать? Видите ли, я думал... Ах, это ожидание в
глазах. Нет, не взамен. Ничего взамен, с вашего разрешения, конечно, я
могу рассказать. Опасаться мне нечего. Нищий, который изучает
"Биофизический журнал" и "Абстракты". Забавно. Я отдаю себе в этом отчет.
От лучших времен у меня сохранилось еще чувство юмора. Чудесный кофе.
Похоже на то, что я интересуюсь биофизикой? Собственно, это не совсем так.
Мои интересы... не знаю, стоит ли... Только не думайте, что я ломаюсь.
Что? Это вы? Это вы опубликовали в прошлом году работу о комитарах
афиноров с многократной кривизной? Я точно не помню названия, однако это
любопытно. Совершенно иначе, чем у Баума. Гелловей пытался в свое время
сделать это, но у него не вышло. Нескладная штука, эти афиноры... Вы ведь
знаете, как зыбки неголономные системы... Можно утонуть, в математике так
бывает, когда человек жаждет наспех штурмовать ее, схватить быка за
рога... Да. Я уже давно должен был это сказать. Лимфатер. Аммон Лимфатер -
так меня зовут. Пожалуйста, не удивляйтесь моему разочарованию. Я его не
скрываю, к чему? Со мной это случалось уже много раз и все-таки каждый раз
по-новому... это немного... больно. Я все понимаю... Последний раз я
печатался... двадцать лет назад. Вероятно, вы тогда еще... ну, конечно. А
все-таки? Тридцать лет? Ну что ж, тогда вам было делать: ваши интересы,
скорей всего, были направлены в другую сторону... А потом? Боже
милосердный, я вижу, вы не настаиваете. Вы деликатны, я сказал бы даже,
что вы стараетесь относиться ко мне как... к коллеге. Ах, что вы! Я лишен
ложного стыда. Мне хватает настоящего. Ладно. История настолько
невероятна, что вы будете разочарованы... Ибо поверить мне невозможно...
Нет, нельзя. Уверяю вас. Я уж не раз ее рассказывал. И в то же время
отказывался сообщить подробности, которые могли бы засвидетельствовать ее
правдивость. Почему? Вы поймете, когда услышите все. Но это долгая
история, простите, я ведь предупреждал. Вы сами хотели. Началось это без
малого тридцать лет назад. Я окончил университет и работал у профессора
Хааве. Ну, разумеется, вы о нем слыхали. Это была знаменитость! Весьма
рассудительная знаменитость! Он не любил рисковать. Никогда не рисковал.
Правда, он позволял нам - я был его ассистентом - занимался кое-чем сверх
программы, но в принцип... нет! Пусть это будет только моя история.
Разумеется, она связана с судьбами других людей, но у меня есть склонность
к болтливости, которую мне по старости трудно контролировать. В конце
концов, мне шестьдесят лет, выгляжу я еще старше, вероятно, и из-за того,
что собственными руками...
Incipiam <Начнем - лат.>. Итак, это было в семидесятых годах. Я
работал у Хааве, но интересовался кибернетикой. Вы ведь знаете, как это
бывает: самыми вкусными кажутся плоды в чужих садах. Кибернетика занимала
меня все больше и больше. В конце-концов мой шеф уже не мог этого вынести.
Я не удивляюсь этому. Тогда тоже не удивился. Мне пришлось немного
похлопотать, и в конце концов я устроился у Дайемона. Дайемон, вы о нем
тоже, наверное, слыхали, принадлежал к школе Мак Келлоха. К сожалению, он
был ужасно безапелляционен. Великолепный математик, воображаемыми
пространствами прямо-таки жонглировал, мне страшно нравились его
рассуждения. У него была такая забавная привычка - прорычать конечный
результат подобно льву... но это неважно. У него я работал год, читая и
читая... Знаете, как это бывает: когда выходила новая книга, я не мог
дождаться, пока она попадет в нашу библиотеку, бежал и покупал ее. Я
поглощал все. Все... Дайемон, правда, считал меня подающим надежды... и
так далее. У меня было одно неплохое качество, уже тогда, феноменальная
память. Знаете... я могу вам хоть сейчас перечислить названия всех работ,
опубликованных год за годом нашим институтом на протяжении двенадцати лет.
Даже дипломных... Сейчас я только помню, тогда - запоминал. Это позволяло
мне сопоставлять различные теории, точки зрения ведь в кибернетике велась
тогда яростная священная война, и духовные дети великого Норберта кидались
друг на друга так, что... Но меня грыз какой-то червь... Моего энтузиазма
хватало на день: что сегодня меня восхищало, завтра начинало тревожить. О
чем шла речь? Ну как же - о теории электронных мозгов... ах, так? Буду
откровенен: знаете, это даже хорошо, мне не придется чрезмерно
беспокоиться о том, чтобы неосторожно упомянутой подробностью... Да что
вы! Ведь это было бы оскорблением с моей стороны! Я не опасаюсь никакой...
никакого плагиата, вовсе нет, дело гораздо серьезнее, сами увидите. Однако
я все говорю обиняками... Правда, вступление необходимо. Так вот: вся
теория информации появилась в головах нескольких людей чуть ли не за
несколько дней, вначале все казалось относительно простым обратная связь,
гомеостаз, информация, как противоположность энтропии, - но вскоре
обнаружилось, что это не удается быстро уложить в систему, что это
трясина, математическая топь, бездорожье. Начали возникать школы, практика
шла своим путем - строили эти там электронные машины для расчетов, для
перевода, машины обучающие, играющие в шахматы... А теория - своим, и
вскоре инженеру, который работал с такими машинами, было трудно найти
общий язык со специалистом по теории информации... Я сам едва не утонул в
этих новых отраслях математики, которые возникали, как грибы после дождя,
или, скорее, как новые инструменты в руках взломщиков, пытающихся вскрыть
панцирь тайны... Но это все-таки восхитительные отрасли, правда? Можно
обладать некрасивой женщиной или обычной и завидовать тем, кто обладает
красавицами, но в конце концов женщина есть женщина; зато люди,
равнодушные к математике, глухие к ней, всегда казались мне калеками! Они
беднее на целый мир такой мир! Они даже не догадываются, что он
существует! Математическое построение - это безмерность, оно ведет, куда
хочет, человек будто создает его, а в сущности лишь открывает ниспосланную
неведомо откуда платоновскую идею, восторг и бездну, ибо чаще всего она
ведет никуда... В один прекрасный день я сказал себе: довольно. Все это
великолепно, но мне великолепия не нужно, я должен дойти до всего сам,
абсолютно, словно на свете никогда не было никакого Винера, Неймана, Мак
Келлоха... И вот, день за днем я расчистил свою библиотеку, свирепо
расчистил, записался на лекции профессора Хайатта и принялся изучать
неврологию животных. Знаете, с моллюсков, с беспозвоночных, с самого
начала... Ужасное занятие; ведь все это, собственно, описания - они, эти
несчастные биологи и зоологи, в сущности, ничего не понимают. Я видел это
превосходно. Ну, а когда после двух лет тяжкого труда мы добрались до
структуры человеческого мозга, мне хотелось смеяться. Правда: смотрел я на
все эти работы и фотограммы Рамона-и-Калаха, эти черненные серебром
разветвления нейронов коры... дендриты мозжечка, красивые, словно черные
кружева... и разрезы мозга, их были тысячи, среди них старые, еще из
атласов Виллигера, и говорю вам: я смеялся! Да ведь они были поэтами, эти
анатомы, послушайте только, как они наименовали все эти участки мозга,
назначения которых вообще не понимали: рог Гипокампа, рог Аммона...
пирамидные тельца... шпорная щель...
На первый взгляд, это не имеет отношения к моему рассказу. Но только
на первый взгляд, ибо, видите ли, если б меня не удивляли многие вещи,
которые абсолютно не удивляли... Даже не привлекали внимания других...
если бы не это, я наверняка был бы сейчас склеротическим профессором и
имел бы сотни две работ, которых никто не помнит, - а так...
Речь идет о так называемом наитии. Откуда у меня это взялось, понятия
не имею. Инстинктивно - долгие годы, пожалуй, всегда, - все представляли
себе, что существует... что можно принимать во внимание лишь один тип,
один вид мозга - такой, каким природа снабдила человека. Ну, ведь homo
<Человек - лат.> - это существо такое умное, высшее, первое среди высших,
владыка и царь творения... да. И поэтому модели - и математические, на
бумаге, - Рашевского, - и электронные Грея Уолтера - все это возникло Sib
Simme aispiciis <Под внешним наблюдением - лат.> человеческого мозга -
этой недостижимой, наиболее совершенной нейронной машины для мышления. И
тешили себя иллюзией, простодушные, что если удастся когда-нибудь создать
механический мозг, который сможет соперничать с человеческим, то,



Страницы: [1] 2 3 4 5 6
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.