read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Роберт ШЕКЛИ


ПРАВО НА СМЕРТЬ





Я не буду описывать эти мучения. Не хочу. Просто потому, что их
невозможно описать. Такого даже под анестезией не выдержать. Я выдержал
лишь из-за того, что эти ублюдки не догадались спросить - хочу я
выдерживать или нет. Мое мнение их не интересовало.

Когда все кончилось, я открыл глаза и посмотрел на лица браминов. Их
было трое. И, как всегда, в белых халатах и марлевых масках. Считается,
что маски они носят, чтобы не подцепить от нас какую-нибудь заразу, хотя
каждый солдат знает - они просто скрывают от нас лица.
Я был накачан анестетиками по самые уши, поэтому вся моя память
состояла из одних провалов. Какие-то жалкие обрывки воспоминаний.
- Долго я был на том свете? - спросил я.
- Больше десяти часов, - ответил один из браминов.
- Как все случилось?
- Разве не помнишь? - спросил самый высокий.
- Пока нет.
- Ну, - сказал высокий, - твой взвод был в траншее 2645Б-4. На
рассвете вы начали атаку на траншею 2645Б-5.
- И что там случилось?
- Тебя срезало пулеметной очередью. Новые пули - с мягкой головкой...
Неужели не помнишь? Одна в грудь, еще три - по ногам. Санитары подобрали
тебя уже покойником.
- Траншею-то взяли? - спросил я.
- В тот раз - нет.
- Ясно...
Постепенно действие анестетиков слабело и я начал кое-что
припоминать. Ребят из моего взвода. Траншею. Старушка 2645Б-4 была мне как
дом родной - мы в ней торчали уже год с небольшим, и как траншея она была
очень даже ничего. Противник все время пытался ее захватить, и наша
утренняя вылазка на самом деле была контратакой. Я вспомнил, как пуля
развалила меня на куски - какое невыразимое облегчение я испытал в тот
миг!..
Тут я вспомнил еще кое-что и сел на операционном столе.
- Минуточку, ребята, - сказал я.
- Что такое?
- Ведь крайний срок для воскрешения - восемь часов после смерти, так?
- Техника совершенствуется, - сказал брамин. - Теперь можно оживлять
и через двенадцать часов. И это для всех ранений, кроме серьезных
повреждений мозговой ткани.
- Ну что ж, молодцы, - сказал я. Память прояснилась окончательно и я
понял, наконец, что же произошло. - Но на этот раз у вас вышла крупная
накладка.
- Что за чушь, рядовой? - спросил один из них с чисто офицерскими
интонациями.
- Гляньте-ка сюда, - и я протянул ему свой личный жетон. Насколько я
мог видеть его лицо, он нахмурился.
- Черт бы меня побрал! - пробормотал он.
- Оказывается, наши желания совпадают, - заметил я.
- Видишь ли, - сказал он. - Траншея была прямо завалена трупами. Нам
сказали, что все по первому разу. Приказано было всех поставить на ноги.
- И вы что, даже не смотрели жетоны?
- Когда?! У нас была чертова уйма работы! Конечно, мне очень жаль,
рядовой. Если бы я знал...
- К дьяволу ваши сожаления, - перебил я. - Мне нужен Генеральный
Инспектор.
- Ты что, в самом деле думаешь...
- Думаю, - отрезал я. - Не то чтобы я был крутым законником - в
окопах нас учили другим наукам. Но этот иск я предъявлю в лучшем виде. А
требовать встречи с Генеральным Инспектором - мое право, и будьте вы все
прокляты!
Они перешли на шепот, а я как следует себя осмотрел. Надо признать,
потрудились брамины здорово. Не так хорошо, конечно, как в первые годы
войны. Кожу как-то неаккуратно пересадили, да в потрохах я чувствовал
непорядок. Правая рука дюйма на два длиннее левой - кто ж это напорол-то?
А в общем, вполне...
Они закончили шептаться и принесли мою форму. Я оделся.
- Насчет встречи с Генеральным Инспектором, - сказал один из них. -
Тут есть некоторые трудности. Видишь ли...


Короче, генерала мне не дали, а подсунули вместо него здоровенного
добродушного сержанта - из тех опытных служак, которые потолкуют с тобой с
полным пониманием и сочувствием и оставят в уверенности, что дело твое
выеденного яйца не стоит, решить его проще простого, так что можно больше
не рыпаться.
- Что случилось, рядовой? - спрашивает он. - Говорят, ты устраиваешь
бузу из-за того только, что тебя, мертвеца такого, воскресили?
- Верно говорят, - отвечаю. - Даже по законам военного времени
простой солдат кой-какие права имеет, как мне объясняли... Или это все
туфта?
- Да нет, - говорит сержант. - Почему же туфта...
- Долг свой я выполнил, - продолжаю. - Семнадцать лет в строю, восемь
лет на передовой. Трижды убит, трижды воскрешен. По закону после трех
воскрешений каждый имеет право остаться трупом. У меня тот самый случай -
можешь посмотреть жетон, там все отмечено. А меня опять воскресили! Эти
чертовы доктора сваляли дурака, и радости мне от этого никакой. Хочу
покоиться в мире.
- Куда как лучше среди живых, - возражает сержант. - Пока жив, всегда
есть шанс стать нестроевым. И ротация идет, хотя и медленно: сам знаешь,
людей не хватает... Но шансы-то остаются!
- Мой шанс уже выпал, - отвечаю. - И лично я предпочитаю помереть.
- Думаю, могу тебе твердо пообещать, что месяцев через шесть...
- Я сдохнуть хочу, - вежливо говорю я. - По законам военного времени
имею почетное право.
- Конечно, кто спорит, - отвечает он, улыбаясь. - Но на войне сплошь
да рядом случаются ошибки. Особенно на такой войне, как эта.
Тут он откинулся на спинку стула и сцепил пальцы, закинув руки за
голову.
- Помню, как эта заваруха началась. Все думали, стоит нажать кнопку -
и все будет ясно. Но и у нас, и у красных было навалом противоракет, и это
прикрыло все атомные лавочки. А когда изобрели подавитель цепных реакций,
атомные бомбы просто вышвырнули на свалку...
- Что я, не знаю, что ли?..
- Враг превосходил нас числом, - строго сказал сержант. - И все еще
превосходит. Одних китайцев вон сколько миллионов!.. Армии были нужны
новые бойцы, и медики научились воскрешать погибших...
- Да знаю я... Дружище, поверь, я тоже хочу, чтобы победа осталась за
нами. Очень хочу. От всей души. И я был хорошим солдатом. Но меня шлепнули
уже три раза, и я...
- Дело в том, - сказал сержант, - что красные тоже начали воскрешать
погибших. И именно сейчас решается - кто кого. Победит тот, кто сможет
выставить больше солдат. Через несколько месяцев уже будет ясно, кто
победил. А ради такого дела стоит немножко потерпеть и не скулить из-за
ерунды. Обещаю, что тебя оставят в покое, когда снова укокошат. А сейчас
давай замнем...
- Хочу говорить с Генеральным Инспектором, - сказал я.
- Ну что ж, рядовой, - сказал сержант как-то не слишком дружелюбно. -
Иди-ка ты в комнату 303.

Я пошел в эту комнату и принялся ждать. Из-за того, что заварилась
такая каша, я чувствовал себя слегка неловко. Все-таки война... Но и эти
хороши! У солдата тоже права есть, хоть и война. Чертовы брамины...
Как они получили эту кличку - особая история. Они же не индусы, и тем
более не жрецы какие-нибудь - обыкновенные доктора. А словечко это
приклеилось к ним после того, как в одной газете появилась о них статья.
Тогда все это было еще сенсацией. Парень, который писал статью, жутко
восхищался, что врачи могут оживить мертвеца и поставить его в строй.
Горячая была новость. Так вот, этот парень цитировал по этому поводу стихи
Эмерсона. Начинались они так:
Пусть кровавый убийца верит в то, что он многих убил,
А убитые им верят в смерть от ножа или пули, -
Я смеюсь над их верой: мне подвластны орбиты светил,
Мне подвластно и то, чтобы мертвые к жизни вернулись...
Такие вот дела. Никогда не знаешь, останется ли убитый тобой парень
трупом или будет назавтра вовсю палить в сторону твоей траншеи. И сам ты
не знаешь, когда получаешь пулю: насовсем ты сдох или нет. Стихи Эмерсона
назывались "Брахма", поэтому наших медиков стали называть браминами.
Когда тебя оживляют по первому разу, это даже может понравиться. Жить
все равно лучше - даже если учесть всякие мучения и так далее. Но когда
тебя убивают и воскрешают, убивают и воскрешают, - в конце концов это
ужасно надоедает. Начинаешь думать, не слишком ли много раз ты помер, и
смерть представляется уже чем-то вроде возможности отдохнуть от этого



Страницы: [1] 2
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ЭТО ИНТЕРЕСНО

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.