read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ
Секс клуб секс знакомства matumbo.ru.
http://evrosm.ru/ ландшафтный дизайн дачного и садового участка.


ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Чингиз Торекулович Айтматов


Плаха



(1928)

Чингиз Торекулович Айтматов в "Русском Журнале"


Роман
Источник: Чингиз Айтматов, "Плаха", роман. Москва, "Молодая гвардия",
1987
OCR и вычитка: Александр Белоусенко (belousenko@yahoo.com)

* ЧАСТЬ ПЕРВАЯ *

I
Вслед за коротким, легким, как детское дыхание, дневным потеплением на
обращенных к солнцу горных склонах погода вскоре неуловимо изменилась -
заветрило с ледников, и уже закрадывались по ущельям всюду проникающие
резкие ранние сумерки, несущие за собой холодную сизость предстоящей снежной
ночи.
Снега было много вокруг. На всем протяжении Прииссыккульского кряжа
горы были завалены метельным свеем, прокатившимся по этим местам пару дней
тому назад, как полыхнувший вдруг по прихоти своевольной стихии пожар.
Жутко, что тут разыгралось - в метельной кромешности исчезли горы, исчезло
небо, исчез весь прежний видимый мир. Потом все стихло, и погода
прояснилась. С тех пор, с умиротворением снежного шторма, скованные великими
заносами горы стояли в цепенеющей и отстранившейся ото всего на свете стылой
тишине.
И только все настойчивей возрастающий и все прибывающий гул
крупнотоннажного вертолета, пробирающегося в тот предвечерний час по каньону
Узун-Чат к ледяному перевалу Ала-Монгю, задымленному в ветреной выси
кручеными облаками, все нарастал, все приближался, усиливаясь с каждой
минутой, и наконец восторжествовал - полностью завладел пространством и
поплыл всеподавляющим, гремучим рокотом над недоступными ни для чего, кроме
звука и света, хребтами, вершинами, высотными льдами. Умножаемый среди скал
и распадков многократным эхом, грохот над головой надвигался с такой
неотвратимой и грозной силой, что казалось, еще немного - и случится нечто
страшное, как тогда - при землетрясении...
B какой-то критический момент так и получилось - с крутого, обнаженного
ветрами каменистого откоса, что оказался по курсу полета, тронулась, дрогнув
от звукового удара, небольшая осыпь и тут же приостановилась, как
заговоренная кровь. Этого толчка неустойчивому грунту, однако, было
достаточно, чтобы несколько увесистых камней, сорвавшись с крутизны,
покатились вниз, все больше разбегаясь, раскручиваясь, вздымая следом пыль и
щебень, а у самого подножия проломились, подобно пушечным ядрам, сквозь
кусты краснотала и барбариса, пробили сугробы, достигли накатом волчьего
логова, устроенного здесь серыми под свесом скалы, в скрытой за зарослями
расщелине близ небольшого, наполовину замерзшего теплого ручья.
Волчица Акбара отпрянула от скатившихся сверху камней и посыпавшегося
снега и, пятясь в темень расщелины, сжалась, как пружина, вздыбив загривок и
глядя пeрeд собой дико горящими в полутьме, фосфоресцирующими глазами,
готовая в любой момент к схватке. Но опасения ее были напрасны. Это в
открытой степи страшно, когда от преследующего вертолета некуда деться,
когда он, настигая, неотступно гонится по пятам, оглушая свистом винтов и
поражая автоматными очередями, когда в целом свете нет от вертолета
спасения, когда нeт такой щели, где можно было бы схоронить бедовую волчью
голову, - ведь не расступится же земля, чтобы дать укрытие гонимым.
В горах иное дело - здесь всегда можно ускакать, всегда найдется где
затаиться, где переждать угрозу. Вертолет здесь не страшен, в горах
вертолету самому страшно. И однако страх безрассуден, тем более уже
знакомый, пережитый. С приближением вертолета волчица громко заскулила,
собралась в комок, втянула голову, и все-таки нервы не выдержали,
сорвалась-таки - и яростно взвыла Акбара, охваченная бессильной, слепой
боязнью, и судорожно поползла на брюхе к выходу, лязгая зубами злобно и
отчаянно, готовая сразиться, не сходя с места, точно надеялась обратить в
бегство грохочущее над ущельем железное чудовище, с появлением которого даже
камни стали валиться сверху, как при землетрясении.
На панические вопли Акбары в нору просунулся ее волк - Ташчайнар,
находившийся с тех пор, как волчица затяжелела, большей частью не в логове,
а в затишке среди зарослей. Ташчайнар - Камнедробитель, - прозванный так



окрестными чабанами за сокрушительные челюсти, подполз к ее ложу и
успокаивающе заурчал, как бы прикрывая ее телом от напасти. Притискиваясь к
нему боком, прижимаясь все теснее, волчица продолжала скулить, жалобно
взывая то ли к несправедливому небу, то ли неизвестно к кому, то ли к судьбе
своей несчастной, и долго еще дрожала всем телом, не могла совладать с собой
даже после того, как вертолет исчез за могучим глетчером Ала-Монгю и его
стало совсем не слышно за тучами.
И в этой воцарившейся разом, подобно обвалу космического беззвучия,
горной тишине волчица вдруг явственно услышала в себе, точнее внутри чрева,
живые толчки. Так было, когда Акбара, еще на первых порах своей охотничьей
жизни, придушила как-то с броска крупную зайчиху: в зайчихе, в животе ее,
тоже почудились тогда такие же шевеления каких-то невидимых, скрытых от глаз
существ, и это странное обстоятельство удивило и заинтересовало молодую
любопытную волчицу, удивленно наставив уши, недоверчиво взирающую на свою
удушенную жертву. И настолько это было чудно и непонятно, что она попыталась
даже затеять игру с теми невидимыми телами, точь-в-точь как кошка с
полуживой мышью. А теперь сама обнаружила в нутре своем такую же живую ношу
- то давали знать о себе те, которым предстояло при благополучном стечении
обстоятельств появиться на свет недели через полторы-две. Но пока что
понародившиеся детеныши были неотделимы от материнского лона, составляли
часть ее существа, и потому и они пережили в возникающем, смутном, утробном
подсознании тот же шок, то же отчаяние, что и она сама. То было их первое
заочное соприкосновение с внешним миром, с ожидающей их враждебной
действительностью. Оттого они и задвигались в чреве, отвечая так на
материнские страдания. Им тоже было страшно, и страх тот передался им
материнской кровью.
Прислушиваясь к тому, что творилось помимо воли в ее ожившей утробе,
Акбара заволновалась. Сердце волчицы учащенно заколотилось - его наполнили
отвага, решимость непременно защитить, оградить от опасности тех, кого она
вынашивала в себе. Сейчас бы она не задумываясь схватилась с кем угодно. В
ней заговорил великий природный инстинкт сохранения потомства. И тут же
Акбара почувствовала, как на нее горячей волной нахлынула нежность -
потребность приласкать, пригреть будущих сосунков, отдавать им свое молоко
так, как если бы они уже были под боком. То было предощущение счастья. И она
прикрыла глаза, застонала от неги, от ожидания молока в набухших до
красноты, крупных, выступающих двумя рядами по брюху сосцах, и томно,
медленно-медленно потянулась всем телом, насколько позволяло логово, и,
окончательно успокоившись, снова придвинулась к своему сивогривому
Ташчайнару. Он был могуч, шкура его была тепла, густа и упруга. И даже он,
угрюмец Ташчайнар, и тот уловил, что испытывала она, мать-волчица, и
каким-то чутьем понял, что происходило в ее утробе, и тоже, должно быть, был
тронут этим. Поставив ухо торчком, Ташчайнар приподнял свою угловатую,
тяжеловесную голову, и в сумрачном взоре холодных зрачков его глубоко
посаженных темных глаз промелькнула какая-то тень, какое-то смутное приятное
предчувствие. И он сдержанно заурчал, прихрапывая и покашливая, выражая так
доброе свое расположение и готовность беспрекословно слушаться синеглазую
волчицу и оберегать ее, и принялся старательно, ласково облизывать голову
Акбары, особенно ее сияющие синие глаза и нос, широким, теплым, влажным
языком. Акбара любила язык Ташчайнара и тогда, когда он заигрывал и ластился
к ней, дрожа от нетерпения, а язык его, разгорячась от бурного прилива
крови, становился упругим, быстрым и энергичным, как змея, хотя
попервоначалу и делала вид, что это ей, по меньшей мере, безразлично, и
тогда, когда в минуты спокойствия и благоденствия поcлe сытной еды язык ее
волка был мягко-влажным.
В этой паре лютых Акбара была головой, была умом, ей принадлежало право
зачинать охоту, а он был верной силой, надежной, неутомимой, неукоснительно
исполняющей ее волю. Эти отношения никогда нe нарушались. Лишь однажды был
странный, неожиданный случай, когда ее волк исчез до рассвета и вернулся с
чужим запахом иной самки - отвратительным духом бесстыжей течки,
стравливающей и скликающей самцов за десятки верст, вызвавшим у нее
неудержимую злобу и раздражение, и она сразу отвергла его, неожиданно
вонзила клыки глубоко в плечо и в наказание заставила ковылять много дней
кряду позади. Держала дурака на расстоянии и, сколько он ни выл, ни разу не
откликнулась, не остановилась, будто он, Ташчайнар, и не был ее волком,
будто он для нее не существовал, а если бы он и посмел снова приблизиться к
ней, чтобы покорить и ублажить ее, Акбара померилась бы с ним силами
всерьез, не случайно она была головой, а он ногами в этой пришлой сивой
паре.
Сейчас Акбара, после того как она немного поуспокоилась и пригрелась
под широким боком Ташчайнара, была благодарна своему волку за то, что он
разделил ее страх, за то, что он тем самым возвратил ей уверенность в себе,
и потому не противилась его усердным ласкам, и в ответ раза два лизнула в
губы, и, преодолевая смятение, которое все еще давало себя знать неожиданной
дрожью, сосредоточивалась в себе, и, прислушиваясь к тому, как непонятно и
неспокойно вели себя еще не народившиеся щенята, примирилась с тем, что



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.