read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Чарльз Диккенс


Барнеби Радж




OCR Кудрявцев Г.Г.

CHARLES DICKENS - BARNABY RUDGE -
1841


ПРЕДИСЛОВИЕ
Покойный мистер Уотертон однажды высказал мнение, что вороны у нас в
Англии постепенно вымирают, и мне хочется в своем предисловии рассказать об
этих птицах то немногое, что я наблюдал сам.
Грип в моем романе соединяет в себе черты двух замечательных воронов,
которые жили у меня в разное время и были предметом моей гордости. Первого,
совсем еще молодого, один мой знакомый нашел где-то в глухом закоулке
Лондона и подарил мне. С самого начала обнаружилось, что ворон этот "богато
одарен" (как говорит сэр Хью Ивенс об Анне Пейдж)* и развивал свои
способности весьма успешно благодаря любознательности и прилежанию. Ночевал
он в конюшне (обычно - на спине у лошади) и своей сверхъестественной
мудростью и ученостью внушал такой трепет моему ньюфаундленду, что не раз
нам доводилось видеть, как он безнаказанно утаскивал из-под носа у собаки
весь ее обед, - такова сила умственного превосходства! Мой ворон быстро
приобретал всякие новые познания и достоинства.
Но в один злосчастный день в конюшню, где он жил, пришли маляры красить
стены. Ворон внимательно наблюдал за ними, приметил, что они заботливо
прячут краску, и немедленно возгорелся желанием завладеть ею. Когда рабочие
ушли обедать, он сожрал все, что они оставили в конюшне, - фунта два
свинцовых белил. Конечно, за эту юношескую неумеренность он заплатил жизнью.
Я безутешно горевал о нем, и другой мой приятель, живший в Йоркшире*,
прислал мне взамен ворона постарше, еще более одаренного. Он нашел его в
деревенском трактире и упросил хозяина продать ему. Мудрая птица первым
делом вступила во владение имуществом своего предшественника, вырыв все
кусочки сыра и медяки, которые тот зарыл в саду, - это потребовало
длительного обследования и огромного труда, и ворон пустил в ход всю силу
своего ума. Выполнив эту задачу, он занялся изучением терминов и выражений,
которые слышал на конюшне, и скоро так хорошо их усвоил, что целыми днями,
сидя под моим окном, с большим знанием дела погонял воображаемых лошадей. Но
я, должно быть, все-таки не слышал его в наилучшем его репертуаре: бывший
хозяин прислал вместе с ним сопроводительное письмо, в котором,
свидетельствуя мне свое почтение, сообщал, что, если я хочу увидеть самый
лучший "помер" ворона, мне следует показать ему пьяного. Но этого я так и не
сделал, ибо меня, к сожалению, окружали одни только трезвенники. Да и все
равно - как бы ни подействовало это средство на моего ворона, уважение мое к
нему вряд ли возросло бы, - оно и так уже было безгранично. Но он, увы, не
платил мне тем же. Он вообще ни в грош не ставил никого в доме, за
исключением кухарки. Ее он жаловал, по боюсь, что не бескорыстно, - так же
как тот полисмен, которого она угощала на кухне.
Раз я неожиданно встретил моего ворона в полумиле от дома: он шествовал
посреди людной улицы, окруженный толпой зрителей, которым, по собственному
почину, демонстрировал свои таланты. Никогда не забуду, с каким достоинством
он вел себя в этом трудном положении и как храбро потом защищался, укрываясь
за водокачкой и не давая унести себя домой, пока не вынужден был уступить
превосходящим силам противника.
Но, видно, такие великие гении недолговечны, или, может быть, и этот
ворон проглотил что-нибудь неудобоваримое (что довольно вероятно, так как он
разделал под кружево большую часть садовой стены, выклевывая из нее
известку, разбил бесчисленное множество оконных стекол, выковыряв всю
замазку из рам, а деревянную лесенку из шести ступеней с площадкой почти всю
превратил в щепки и щепки эти съел) - как бы то ни было, он прожил у меня
только три года, а потом заболел и умер в кухне у огня. Умирая, он до
последней минуты не спускал глаз с жарившегося на очаге мяса и вдруг
замогильным голосом крикнул "ку-ку" и, опрокинувшись на спину, испустил дух.
С тех пор я не завожу больше воронов.
О мятеже Гордона, насколько я знаю, не писал до сих пор ни один
романист, а между тем это событие изобилует весьма примечательными и
необычайными подробностями. Потому у меня и явилась мысль написать о нем
повесть*.
Не приходится говорить, что этот безобразный бунт, покрывший
несмываемым позором и эпоху, его породившую, и всех его зачинщиков и
участников, - хороший урок последующим поколениям. Лозунги, которые мы
неправильно называем религиозными, охотно провозглашаются людьми, у которых
нет никакого бога, которые в своей повседневной деятельности пренебрегают



самыми элементарными требованиями морали и справедливости. Такие
"религиозные" бунты продиктованы нетерпимостью и жаждой насилия, они
бессмысленны, жестоки, они - просто взрывы закоренелого фанатизма одуревших
людей. Всему этому учит нас история. Но, быть может, мы еще до сих пор
недостаточно усвоили ее уроки, и даже такой пример, как мятеж 1780 года под
лозунгом "Долой папистов", не пошел нам на пользу.
Если мне и не удалось с достаточным совершенством отобразить на
страницах моей повести дни мятежа, во всяком случае они описаны
беспристрастно, человеком, который отнюдь не является сторонником папизма,
хотя у меня, как у большинства моих соотечественников, есть весьма уважаемые
друзья среди людей, исповедующих римско-католическую веру.
При описании главных событий я руководствовался самыми авторитетными
источниками и документами той эпохи, так что рассказ мой обо всех главных
событиях мятежа в основном исторически верен.
Процветание в те времена ремесла мистера Денниса (чем он постоянно
хвастает) - никак не выдумка автора, а страшная правда. Перелистайте любой
комплект старых газет или любой том Ежегодника* - и вы в этом легко
убедитесь.
Даже в истории Мэри Джонс, которую с таким смаком рассказывает тот же
Деннис, ни одна подробность не является плодом авторской фантазии. Все факты
изложены в моей повести точно так, как они были в свое время изложены на
заседании палаты общин. Неизвестно только, доставила ли история Мэри Джонс
этому собранию веселых джентльменов такое же развлечение, как другие
потрясающие факты, о которых сообщает Сэр Сэмюел Ромилли*.
Так как дело Мэри Джонс убедительно говорит само за себя, я приведу
здесь отрывок из речи "О частых казнях" сэра Уильяма Мередита* на заседании
парламента в 1777 году:
"На основании закона о краже в лавках была осуждена и казнена некая
Мэри Джонс, историю которой я сейчас вам изложу. Случилось это в то время,
когда поднялась тревога по поводу Фальклендских островов и был издан указ о
принудительной вербовке*. Мужа этой женщины взяли во флот, все их имущество
забрали в уплату за какие-то долги, и Мэри Джонс с двумя малыми детьми
вынуждена была просить милостыню на улицах. Не следует забывать, что она
была еще очень молода (ей шел только девятнадцатый год) и замечательно
хороша собой. Она вошла в лавку торговца полотном, взяла с прилавка кусок
дешевого полотна и сунула его под накидку. Торговец заметил это, и Мэри
Джонс тут же положила полотно на место. За это покушение на кражу она была
повешена. На суде она в свою защиту сказала (протокол у меня в кармане), что
жила честно, люди ее уважали и ни в чем их семья не нуждалась, пока
вербовщики не увели ее мужа. А теперь у нее даже постели больше нет, нечем
кормить детей, и все они раздеты и разуты. Может, она и поступила дурно, но
она себя не помнила, не сознавала, что делает. Приходские власти подтвердили
все, что рассказала Мэри. Но в то время в Ледгете часто бывали кражи, и
решено было, для острастки, кого-нибудь примерно наказать - вот эту женщину
и повесили в угоду торговцам на Ледгет-стрит*. На суде она была совершенно
подавлена и проявляла признаки умственного расстройства. Когда ее везли на
казнь, на руках у нее лежал ребенок, и она кормила его грудью".

БАРНЕБИ РАДЖ

ГЛАВА ПЕРВАЯ
В году 1775-м на краю Эппингского леса, милях в двенадцати от Лондона,
считая от Корнхилской вышки или вернее - от того места, где некогда стояла
эта вышка, находилась деревенская гостиница под названием "Майское Древо"*,
и, для сведения всех неграмотных путешественников (а шестьдесят шесть лет
назад среди путешествовавших и сидевших дома жителей нашей страны
неграмотных было не счесть), у дороги напротив этого заведения водружен был
в качестве эмблемы ствол молодого стройного ясеня, если и не таких
внушительных размеров, как в старину бывали "майские древа", то все же
высотой в тридцать футов и прямой, как ни одна стрела, когда-либо пущенная
рукой английского йомена*.
"Майское Древо" (под этим мы в дальнейшем будем разуметь не эмблему, а
самую гостиницу) представляло собой старинное строение с таким множеством
коньков на крыше, что не у всякого лентяя хватило бы терпения в жаркий день
сосчитать их, и огромными зигзагообразными дымовыми трубами, из которых,
казалось, дым мог выходить не иначе, как клубами самой
сверхъестественно-фантастической формы; за домом тянулись большие, мрачные
конюшни, теперь полуразрушенные и пустовавшие. Дом этот, как говорили,
построен был в Царствование короля Генриха Восьмого*, и, по преданию, сама
королева Елизавета*, когда охотилась в здешних местах, провела однажды ночь
в этом доме, в обшитой дубовыми панелями комнате с окном-фонарем; мало того,
наутро королева-девственница, стоя перед крыльцом на колоде, с которой
всадники садились на лошадей, и вдев уже одну ногу в стремя, наградила за



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.