read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Вальтер СКОТТ


КВЕНТИН ДОРВАРД




Глава 1

КОНТРАСТ
Взгляните, вот портрет, и вот
Другой,
Искусные подобия двух братьев.
"Гамлет"
Вторая половина пятнадцатого столетия подготовила ряд событий, в итоге
которых Франция достигла грозного могущества, с той поры не раз служившего
предметом зависти для остальных европейских держав. До этой эпохи она была
вынуждена отстаивать свое существование в борьбе с Англией, владевшей в то
время лучшими ее провинциями, и только благодаря постоянным усилиям ее
короля и беззаветной отваге народа ей удалось избежать окончательного
подчинения иноземному игу. Но ей угрожала не только эта опасность. Ее
могущественные вассалы <Вассал - феодал, признающий свою зависимость от
более крупного феодала - сеньора и обязанный нести военную службу по
требованию сеньора, защищать его интересы, оказывать ему денежную помощь.>,
в особенности герцоги Бургундский и Бретонский, стали так пренебрежительно
относиться к своим обязанностям феодалов, что при малейшем поводе готовы
были восстать против своего государя и сюзерена <Сюзерен - верховный сеньор;
во Франции им был король.> французского короля. В мирное время они
самовластно управляли своими провинциями, при этом Бургундский дом,
владевший цветущей Бургундской провинцией и лучшей, богатейшей частью
Фландрии, был сам по себе настолько богат и силен, что ни в могуществе, ни в
великолепии не уступал французскому двору.
Следуя примеру главнейших вассалов, каждый мелкий ленник <Ленник -
вассал, который получал от своего сеньора земельное владение - лен (или
феод) при условии несения военной службы.> старался отстоять свою
независимость, насколько это ему позволяли расстояние от королевского двора,
размеры его владений и неприступность его замков и укреплений. Все эти
мелкие деспоты, не считаясь с законом и пользуясь своей безнаказанностью,
зверски угнетали своих подданных и расправлялись с ними с чудовищной
жестокостью. В одной Оверни насчитывалось в то время более трехсот таких
независимых дворян, для которых кровосмешение, грабеж и насилие были самым
обычным делом.
Кроме всех этих бед, другой, не менее страшный бич - последствия
многолетних войн между Францией и Англией - терзал эту несчастную страну.
Многочисленные выходцы из соседних государств, собираясь в вооруженные шайки
под предводительством избранных ими смелых и ловких искателей приключений,
наводняли Францию. Это продажное воинство предлагало на любой срок свои
услуги тому, кто больше за них заплатит; а в тех случаях, когда на них не
было спроса, воевало на собственный страх и риск, захватывая замки и
крепости, которые использовались как убежища, забирая в плен людей, чтобы
получать за них огромные выкупы, облагая данью беззащитные селения и
прилегавшие к ним земли; словом, своим поведением они вполне оправдывали
данные им прозвища tondeurs и ecorcheurs, то есть обирал и живодеров.
Наряду со всеми ужасами и несчастьями, вызванными бедственным положением
государства, среди мелкопоместных дворян царили безумное мотовство и
роскошь, которыми они щеголяли в подражание крупным феодалам, выжимая
последние соки из обнищавшего, разоренного народа.
Отношение к женщине носило романтический, рыцарский характер, часто
переходивший, однако, в полную разнузданность. Язык странствующего рыцарства
еще не совсем вышел из употребления, внешние его приемы и формы еще
сохранились, но чувство благородной, возвышенной любви и порожденная ею
рыцарская доблесть почти исчезли и не скрашивали больше вычурности его
оборотов.
Поединки и турниры, празднества и пиры, которые устраивались каждым, даже
самым маленьким, феодальным двором, привлекали толпы искателей приключений
во Францию, представлявшую такое широкое поле для безрассудной отваги и
предприимчивости, не находивших применения в более счастливом отечестве всех
этих авантюристов.
В ту эпоху, как будто для того, чтобы спасти прекрасную Францию от
грозивших ей со всех сторон бед, на шаткий престол ее взошел Людовик XI,
который, несмотря на свои отталкивающие личные качества, сумел понять и до
некоторой степени пресечь и парализовать зло своего времени. Так иные яды,
как говорится в старинных медицинских книгах, могут обезвреживать друг
Друга.
Достаточно смелый, когда этого требовала выгода или политическая цель,
Людовик не был романтичен по природе: в нем не было и искры той благородной



рыцарской отваги, которая не столько гонится за пользой и успехом, сколько
за славой и честью. Расчетливый и хитрый, он прежде всего ставил свои личные
интересы и умел ради них жертвовать не только своей гордостью, но и своими
страстями. Он тщательно скрывал истинные мысли, намерения и чувства даже от
своих приближенных и нередко говаривал: "Кто не умеет притворяться - тот не
умеет и царствовать; что касается меня, то, узнай я, что моя шапка проведала
мои тайны, я в ту же минуту бросил бы ее в огонь". Никто - ни до него, ни
после - не умел лучше подмечать слабости ближних и пользоваться ими для
своих выгод, в то же время ловко скрывая от всех собственные недостатки и
слабости.
Людовик был по природе мстителен и жесток до такой степени, что
бесчисленные казни, совершавшиеся по его приказанию, доставляли ему истинное
удовольствие. Он не знал ни милосердия, ни пощады в тех случаях, когда мог
действовать безнаказанно; но вместе с тем никакая жажда мести не могла
толкнуть его на безрассудный, необдуманный поступок. Он бросался на свою
жертву только тогда, когда она была в полной его власти и не могла от него
ускользнуть; и действовал всегда так осторожно, ловко и скрытно, что смысл
его тайных происков становился понятен окружающим лишь после того, как он
добивался своей цели.
Прирожденная скупость Людовика не мешала ему, однако, быть щедрым до
расточительности, когда дело шло о том, чтобы подкупить какого-нибудь
фаворита или министра враждебного ему государя и этим предотвратить
грозившее ему нападение или разрушить подготовляемый против него союз. Он
любил чувственные наслаждения и всякие развлечения, но даже самые сильные
его страсти - женщины и охота - не могли отвлечь его от строгого исполнения
взятых им на себя обязанностей - от управления государством. Он был тонким
знатоком человеческой природы, потому что никогда не чуждался частной жизни
людей, к какому бы слою общества они ни принадлежали. И хотя он был
высокомерен и заносчив, однако не признавал произвольного деления общества
на высших и низших, чем вызывал глубокое возмущение знати, и не колеблясь
доверял самые высокие посты людям, которых выбирал из самых низших слоев
общества; правда, людей он умел выбирать и редко ошибался.
Но цельные характеры - большая редкость, и в этом хитром и одаренном
государе уживались странные противоречия. Несмотря на все свое лицемерие и
лукавство, Людовик иногда слишком слепо и опрометчиво полагался на
прямодушие и честность других. Подобные промахи имели, по-видимому, своим
источником слишком тонкую игру, побуждавшую его иногда прикидываться и
надевать личину неограниченного доверия к тем, кого он хотел обмануть;
обычно же он бывал так недоверчив и подозрителен, как ни один из властителей
того времени.
Чтобы дополнить наш беглый набросок, укажем еще на две характерные черты
этого страшного человека, сумевшего то ловкой политикой, то вовремя
брошенной подачкой, то, наконец, жестокостью и крутыми мерами выдвинуться
среди воинственных, суровых государей того времени и занять среди них место
укротителя диких зверей, которые разорвали бы его на куски, если бы он не -
подчинил их своей власти.
Первая из характерных черт Людовика - это крайнее суеверие, бич, при
помощи которого провидение часто терзает людей, отказывающихся исполнять
повеления религии. Людовик никогда не пытался успокоить преступную совесть,
изменив хоть на волос свою макиавеллистскую политику <Макиавеллистская
политика - коварная, вероломная политика; от имени Макиавелли, итальянского
мыслителя и историка начала XVI века, который считал, что во имя единства
страны не следует останавливаться ни перед какими средствами.>, но тщетно
старался заглушить муки раскаяния исполнением суеверных обрядов, строгим
покаянием и щедрыми дарами, расточаемыми духовенству. Второй его чертой,
которая, как ни странно, часто бывает неразлучна с первой, была страсть к
низменным удовольствиям и тайному разгулу. Самый умный или, во всяком
случае, самый хитрый из современных ему монархов, Людовик любил низменные
наслаждения. Сам человек в высшей степени остроумный, он очень ценил
находчивость и остроумие в своих собеседниках, что как будто плохо вяжется с
его характером. Несмотря на крайнюю недоверчивость, он с удивительным
легкомыслием пускался во всевозможные сомнительные похождения и любовные
интриги. Страсть его к подобным развлечениям была так велика, что дала пищу
для бесчисленных игривых и скандальных анекдотов, собранных и изданных
отдельной книжкой, которая хорошо знакома библиофилам, в чьих глазах (ведь
другие таких книг не читают) первое издание является наиболее ценным.
Итак, при посредстве этого осторожного и ловкого, но очень
непривлекательного государя провидению угодно было возвратить великой
французской нации те блага государственного порядка, которые она почти
утратила ко времени вступления Людовика на престол. Так часто провидение
заставляет служить на пользу людям не только теплый летний дождик, но и
грозную, разрушительную бурю.
До своего вступления на престол Людовик успел обнаружить больше пороков,
чем достоинств. Первая его жена, Маргарита Шотландская, пала жертвой клеветы
придворных своего супруга; однако, если бы сам Людовик этого не поощрял,



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.