read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Болеслав Прус


Сиротская доля



"I"
Ясь едет к родным
Друг мой! Ты упрекаешь меня, будто я питаю слабость к описаниям
горестей честных людей и радостей бездельников; ты говоришь при этом, что я
вижу мир в одних только мрачных красках. А поступаю я так только ради
оригинальности. По сути дела, я сам не верю в то, что пишу. Мир, как
известно, океан счастья. Всякий, кто плывет по нему, очень доволен - и он
прав. Если же иной и захлебнется, а иной пойдет ко дну - это ровно ничего не
доказывает.
Согласившись с этим принципом, я решил стать оптимистом. Дело очень
легкое: для этого надо только смотреть на вещи с разных точек зрения.
Вот хотя бы сейчас: разве мы не счастливы? На дворе, правда, холодно,
но только на нашем полушарии. Где-нибудь в другом месте климат умеренный в
даже настолько жаркий, что люди могут печь хлеб на открытом воздухе, - те,
понятно, у кого есть мука. Впрочем, и холод не всем портит настроение. Рад
владелец угольного склада - у него хорошо пойдут дела; рад паук - он поймал
последнюю в этом году муху, а муха жужжит так, словно и она вполне довольна.
Смерть, к примеру, считается у людей самым страшным событием. Но это
предрассудок, в чем наилучшим образом убедился пан Винцентий. Был он мелким
служащим, получал несколько сот рублей жалованья и смерти боялся как огня.
Однако, когда роковой момент наступил, незаметно было, чтобы он очень
волновался. Махнул рукой, словно желая сказать: "Глупый мир!.." - и умер. И
сделал это, право, не хуже, чем самый замечательный актер. Ба!.. Даже лучше,
потому что не поднялся, хотя его и вызывали.
Говоря по совести, к пану Винцентию взывала не публика, а его
собственная жена да еще сын, Ясь. Впрочем, его можно и не считать, ведь ему
было всего три года.
Смерть мужа помогла пани Винцентовой познать всю меру отзывчивости
человеческой натуры. Почти все сослуживцы покойного явились на похороны. Он,
правда, в свое время немало потрудился за каждого из них: подолгу
засиживался в конторе, брал бумаги домой. Но разве это идет в счет? Ведь ни
одному из них он не воздал последнего христианского долга, а они-то ему
воздали!..
Для пани Винцентовой на всю жизнь осталось тайной, каким образом она
попала с кладбища домой. Между тем история эта служила доказательством
сердечной доброты некоего пана Кароля.
- Даю честное слово! - говорил своим знакомым пан Кароль. - Я сам ее
отвез и сам заплатил четыре злотых за извозчика. Но я не люблю хвастаться!..
Вернувшись домой, пани Винцентова заломила руки и в отчаянии
прошептала:
- Что мне делать, несчастной... мне - и... бедному сироте!
Говоря это, она смотрела на Яся, а он, усталый, заплаканный (хоть и
плакал, сам не зная почему), прикорнул в траурном костюмчике на диване и
крепко уснул.
Однако горе горем, а отчаиваться не следовало. Отчаяние свидетельствует
о недостатке доверия к человеческому милосердию, - ну! - а люди-то ведь
милосердны.
Прошло всего лишь несколько дней после горестного события, а к пани
Винцентовой в Варшаву уже приехали родственники покойного мужа: пан Петр и
пани Петрова.
Пан Петр как мужчина и человек практический взял на себя оценку и
продажу движимого имущества. А пани Петрова, чтобы не мешать мужу и дать
выход собственным чувствам, села возле вдовы и стала плакать вместе с ней -
за компанию. Поплакав, сварила на спиртовке кофе, напилась сама, напоила
вдову, сироту и своего мужа, пана Петра, потом сполоснула стаканы и ложечки
и снова принялась плакать.
Подобное разделение труда и печалей спасительно повлияло на вдову, в
чем нас убеждают слова самого пана Петра.
- Наконец-то бедная Зузя успокоилась!.. - сказал он однажды своей
супруге.
- О да!.. И все ты, твое присутствие духа, - ответила пани Петрова.
- Ну, где там!.. Успокоилась, видя твое сочувствие, - уверял пан Петр.
- А я говорю, муженек, что твоя практичность...
- Хватит! - рассердился пан Петр. - Сказано - ты ее утешила, и баста!..
Поскольку жена обязана подчиняться мужу, пани Петрова тотчас признала
правоту главы семьи. В душе ее, однако, затаились некоторые сомнения, и,
чтобы избавиться от них, она (когда муж ушел) спросила у пани Винцентовой,
предварив свой вопрос поцелуем:
- Скажи мне, милая Зузя, с кем из нас двоих ты чувствуешь себя



спокойнее?.. Правда же, с Петрусем?..
Вдова в ответ залилась слезами.
Ее состояние вызывало у родственников все более глубокое беспокойство.
Они приехали сюда без каких-либо определенных намерений, но, обследовав
положение на месте, убедились, что следует что-то предпринять.
- Бедняжка!.. - сказал пан Петр. - Нескольких сот рублей, вырученных от
продажи имущества, хватит ей самое большее на полгода.
- Даже и на столько не хватит!.. - заметила пани Петрова.
- Надо бы взять ее к нам...
- И найти ей какое-нибудь занятие.
- Вот именно! Просто так, чтобы немного рассеяться, - заключил пан
Петр.
Так случилось, что пани Винцентова вместе с Ясем поехала в деревню. У
пана Петра с супругой было трое детей, а при них гувернантка. Однако,
вернувшись из Варшавы, они уволили гувернантку, - ее заменила вдова: просто
так, чтобы немного рассеяться. Но поскольку пани Винцентова только в дневные
часы была занята воспитанием детей, а утро и вечер проводила в слезах, -
родственники, для того чтобы уж окончательно исцелить ее от тоски, уволили и
экономку.
И действительно, эти двойные обязанности и забота о собственном ребенке
помогли вдове забыть не только о своем горе, но и о самой себе.
Впрочем, ей жилось там, как в раю. Кормили ее с сыном досыта. Она
всегда могла выйти к гостям, конечно если позволяло время и если ей самой
хотелось. Жалования ей, как родственнице, не платили; пан Петр с супругой
никогда бы не нанесли ей такого оскорбления. Зато всякий раз, когда вдове
требовались деньги либо для себя, либо для Яся, - на платье, рубашку или
башмаки, - достаточно было сказать лишь словечко:
- Дорогой дядя!.. Не откажите в любезности, дайте, пожалуйста, десять
рублей...
- Зачем тебе, милая Зузя?.. - спрашивал пан Петр.
- Мне хотелось бы... - тихо говорила она, опустив глаза, - мне хотелось
бы купить полотна и суконца на костюмчик для Яся...
- Пожалуйста, милая Зузя!.. Ведь ты наша родственница, хоть и дальняя,
а он сирота... Я, как видишь, не отказываю, но все-таки послушай моего
совета: будь бережлива. Лучше вместо сукна купи ему бумазеи, да и полотнишко
можно взять погрубее. Всего полтора года прошло со смерти мужа, а ты уже
истратила все деньги, которые мне удалось для тебя выцарапать... Так сколько
же ты просишь, сколько?..
- Десять рублей, - шептала пани Винцентова, подавляя вздох.
- Зачем так много?.. Достаточно и семи!.. Я, правда, не жалею, но тебе,
дитя мое, следует знать, как теперь трудно с деньгами! - говорил пан Петр,
медленно извлекая самые засаленные бумажки.
Сердце человека, как известно, состоит из двух половинок: в одной
обитают чувства, касающиеся непосредственно его самого, в другой - его
ближних. Так вот, у пана Петра, при всей его врожденной доброте и здравом
смысле, та, вторая половина сердца немного ссохлась. По этой причине он
превыше всего ценил собственные добродетели и ненавидел чужие недостатки;
глубоко переживал собственные огорчения, а о тех, которые он причинял
другим, имел довольно смутное представление.
Постигнув душевную организацию пана Петра, вдова окончательно утратила
смелость, а заодно и привязанность к своему покровителю. Все реже обращалась
она к нему с просьбой о деньгах и все чаще украшала заплатами свою одежду и
рубашонки сына.
Тем временем Ясь рос и, как говаривал пан Петр, закалялся, отвыкал от
излишеств. Ему было уже лет пять; летом он ходил босяком, в бумазейных
штанишках, составлявших одно целое с рубашкой, застегивавшейся сзади. Зато в
праздничные дни на него надевали коротковатый, правда, но вполне приличный
костюмчик, перешедший к нему от младшего сына пана Петра.
Ясь был тихим ребенком, учился и слушался старших. Посторонние -
например, гости и работники в усадьбе - считали, что мальчик этот
несравненно лучше детей пана Петра и его супруги. К несчастью, пан Петр,
отличавшийся, как известно, трезвым умом, усматривал в Ясе много
недостатков. По его мнению, мальчик был плохо воспитан, потому что убегал от
гостей, он был скрытен, потому что мало говорил, и хотя выполнял все, что
ему приказывали, наверняка делал это безо всякой охоты. Пуще всего порицал
его пан Петр за упрямство.
- Стоит мне моего мальца схватить за ухо, - говорил пан Петр, - как он
сразу завопит. А этого я не раз порол, и как следует, а он и не пискнет.
Подобным упорством отличались в детстве величайшие преступники...
Хуже всего было то, что Ясь лгал.
Однажды юный отпрыск почтенной четы примчался во весь опор со скотного
двора с отчаянным воплем:
- Папочка!.. Папочка!.. Не я ходил на скотный двор, не я выпустил
телят!
- Значит, их выпустил Ясь! - строго сказал пан Петр. - Правда, сынок,



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.