read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Генрик СЕНКЕВИЧ


ГАНЯ



Повесть

I
Когда умер старый Миколай, доверив моему попечению и совести Ганю,
мне было шестнадцать лет; она же была почти на год младше меня и тоже едва
вышла из детского возраста.
Чуть не насильно я увел ее от смертного одра деда, и мы вместе пошли
в нашу домовую часовню. Она была отперта; перед старинным византийским
образом богоматери горели две свечи, скудно освещая погруженный во мрак
алтарь. Мы встали рядом на колени. Убитая горем девочка, изнемогая от
слез, бессонных ночей и скорби, склонила ко мне на плечо свою бедную
голову, и так мы молча стояли. Время было позднее; в зале, смежной с
часовней, на старинных гданьских часах кукушка хрипло прокуковала два
пополуночи; в часовне царила глубокая тишина, нарушаемая лишь завыванием
метели, сотрясающей свинцовые переплеты окошек, да горестными вздохами
Гани. Я не смел молвить ей ни слова в утешение и только прижимал ее к
себе, как будто уже был ее опекуном или старшим братом. Однако молиться я
не мог: тысяча впечатлений и чувств всколыхнули мое сердце; разнообразные
картины мелькали перед моими глазами, но понемногу из этого хаоса все
явственней выступала одна