read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Наталья АЛЕКСАНДРОВА


БАТУМСКИЙ СВЯЗНОЙ



Глава первая
Уместно ль песнью звать содом,
Усвоенный с трудом Землей,
Бросавшейся от книг
На пики и на штык?
Б. Пастернак. ?Высокая болезнь?
Борису снилось, будто дикие негры собираются изжарить его на костре и
бьют в свои огромные барабаны. Этот ужасный грохот переполнял его сон, гудел
жуткой болью в голове, и наконец от боли этой Борис проснулся. Однако ни
грохот, ни боль не прекратились.
Борис лежал в одежде и ботинках поперек жесткой гостиничной койки, а в
дверь его номера стучали какие-то люди. Голова болела невыносимо. Смутно
вспоминался вчерашний вечер, невзрачный назойливый человек в неуместной
черкеске? кажется, они играли? кажется, пили? Для Бориса это было странно -
он никогда не играл, да и пил мало? но уж больно назойливым был вчерашний
господин? И нахлынула вчера вечером жуткая тоска, так что он даже рад был
случайной компании? Но пили-то ведь немного, отчего же голова так
раскалывается?..
Борис с тяжелым стенанием поднялся с койки, повернулся к дверям. Господи
помилуй, ну что же они так стучат? Да и рань-то какая. Еще даже не рассвело!
- Откройте сию минуту! - надрывался за дверью командный дребезжащий
голос. - Открывайте, не то выломаем дверь! Антонов, ломай!
Борис прошел к двери, мутным тоскливым взглядом окидывая бедную и
уродливую гостиничную комнату. Железная скрипучая кровать, кривой умывальник
в углу с треснутым фаянсовым тазом, хозяйская гордость - кресло с высокой
резной спинкой? В кресле сидел кто-то, плохо различимый в предрассветной
полутьме, - неужто вчерашний назойливый господин?
Борис откинул щеколду, и в комнату, сразу сделав е" тесной, ввалились
какие-то разгоряченные и злые - видно, от раннего времени - люди:
парусиновый, полотняный, с хитрыми маленькими глазками лакей - вчера Борис
видел его и немалые деньги на чай дал, - двое бородатых заспанных солдат и
офицер, штабс-капитан с бледным, горячечным лицом и воспаленными
красноватыми глазами. Сзади жался хозяин - маленький, плешивый, полуодетый.
Вытащили его рано из теплой постели, и пошел он, только чтобы скандал на
корню притушить. Завязки кальсон нахально выглядывали из-под края штанин, а
в глазах светился давнишний, ещ" в семнадцатом году зажегшийся испуг.
- Что вам угодно, господа? - растерянно спросил Борис, обступленный и
зажатый пришедшими.
- Что нам угодно? - с горячим ехидным возмущением переспросил офицер.
Он высоко поднял керосиновую лампу и осветил человека в кресле. Это был
вчерашний назойливый господин в неопрятной грязно-белой черкеске, залитой
чем-то темным. Голова его была странно запрокинута, редкая козлиная
бороденка вздымалась кверху, и под этой бороденкой темнела роговая рукоять
кинжала.
Керосиновая лампа пыхнула неожиданно ярким светом, и Борис разглядел, как
при вспышке молнии, лицо этого господина - удивленное и как бы заспанное, а
также бурые пятна крови на черкеске. Кинжалом, по рукоять воткнутым в горло,
господин был приколот к спинке кресла, как диковинный жук в коллекции
энтомолога.
В детстве - в той, прежней, жизни, задолго до всех этих белых, красных,
зеленых - Борис заходил в кабинет к отцу, тот сажал его к себе на колено -
колкая щека, запах хорошего одеколона и дорогого табака - и показывал ему
плоские прозрачные ящички, в которых удивленные и заспанные жуки сидели на
булавках?
- Что нам угодно? - яростно повторил штабс-капитан. - Нам угодно,
милостивый государь, чтобы вы рассказали, как и почему убили этого
господина!
Борис растерянно огляделся.
- Я его не убивал, даю вам слово!
- Ваше слово недорого стоит! - презрительно оборвал его штабс-капитан. -
Сами посудите: мы застаем вас возле трупа, комната ваша была заперта изнутри
на засов. Орудие убийства налицо. Чего еще?
- Подумайте сами, господин штабс-капитан, - безнадежным голосом
проговорил Борис, - ну неужто бы я остался ночевать подле трупа, если бы сам
этого господина убил? И потом, что за корысть мне его убивать?
Зрачки офицера расширились, отчего глаза его яростно потемнели. Злым
свистящим шепотом, склонившись к Борису, он прошипел:
- Это уж мы с вами знаем, какая у вас была корысть!
И, видя, что Борис недоуменно заморгал глазами, и ещ" больше
разозлившись, добавил:


- На допросе вы мне расскажете все! В подробностях! - И тут же
распрямившись, будто пружина, возвысил голос и скомандовал:
- Сидорчук! Протокол задержания!
В комнату прошмыгнул плюгавый молодой человек в довоенном лоснящемся
костюме с гимназическими чахлыми усиками и картонною папкой под мышкой.
Пристроившись бочком на гостиничной койке и развернув папку, изготовился
писать.
- Мною, контрразведки Добровольческой армии капитаном Карновичем, произведено задержание, - напевно
продиктовал офицер привычную фразу, доставляющую ему, по всей видимости,
немалое удовольствие, а дальше задумался и продолжил без прежнего радостного
напева, деловой сбивчивой скороговоркой:
- Задержание подозреваемого в убийстве, именующего себя? - Он поднял
глаза на Бориса, выжидательно кашлянув.
Борис возмущенно дернулся и проговорил:
- Никого я не убивал. Зовут меня Ордынцев Борис Андреевич, я из
Петербурга? то есть из Петрограда, не привыкну никак? юридического
факультета бывший студент?
- Именующего себя Борисом Ордынцевым, - продолжил диктовать
штабс-капитан, - задержан оный с поличным, возле трупа неизвестного?
неизвестного господина, личность которого устанавливается? убитого оным
Ордынцевым путем пронзения кинжалом.
Сидорчук поднял было глаза на офицера - видимо, его грамотную писарскую
душу не устроило ?прошение кинжалом?, но после смирился и продолжил писать:
- Свидетелями чего являются господин Кастелаки, хозяин гостиницы ?Париж?,
и лакей оной гостиницы Просвирин, коего лакея своевременный донос послужил к
данному задержанию?
Грамотный Сидорчук недовольно поморщился, но ничего не сказал и продолжал
писать далее:
- Чьи собственноручные подписи к данному протоколу прилагаются. Август,
4-го числа 1919 года, Феодосия. И подпись - штабс-капитан Карнович.
Запуганный хозяин написал на листе - ?Кастелаки?, лакей Просвирин,
гаденько ухмыляясь, поставил рядом жирный крупный крест.
- Ну-с, - расправил плечи офицер, - не будем больше утомлять господина
Кастелаки своим присутствием. - Вещи можете с собой взять, - милостиво
добавил он.
Борис наклонился, собирая разбросанные по полу вещи. Вообще в номере был
жуткий беспорядок, как будто что-то искали.
Писарь в это время, прочитав протокол, шептал что-то на ухо
штабс-капитану. Тот встрепенулся и приказал:
- Антонов! Обыскать задержанного!
Борис кусал губы от брезгливости, когда грубые руки шарили по телу.
Антонов нашел паспорт, немного денег и золотой медальон с порванной
цепочкой, где была фотография Вари. Офицер повертел в руках медальон и
бросил Борису. От неожиданности Борис схватил рукой воздух, и медальон
покатился под кровать. Борис наклонился, преодолевая головокружение. Под
кроватью в пыли лежал медальон и белый кусочек картона, что-то вроде
визитной карточки. Борис автоматически поднял его и сунул в карман.
Большие бородатые солдаты встали по сторонам Бориса и подтолкнули к
выходу. Борис пошел в полной растерянности. Дикое обвинение в убийстве
казалось ему несуразным, оно сейчас же должно рассеяться как дым.

***
Одноэтажное розовое здание контрразведки стыдливо пряталось в саду
неподалеку от торговой Итальянской улицы. Бориса провели в пустую чистую
комнату с одиноким столом в углу. Один из солдат вытянулся возле дверей,
второй ушел куда-то. Штабс-капитан картинно потянулся, хрустнув суставами, и
неожиданно заорал истеричным базарным голосом:
- Шпион! Сволочь турецкая!
Борис вздрогнул больше от неожиданности, чем от испуга, и посмотрел на
офицера как на сумасшедшего. Тот, однако, коротким шагом стремительно
приблизился к Борису и резко ударил в живот. Борис охнул, как бы
поперхнувшись воздухом, в глазах у него потемнело, и минуту он не мог
вздохнуть, воздух стал тверд, как стекло, и жгуч, как черный перец.
Лицо штабс-капитана оказалось близко-близко, оно было неестественно
бледно, глаза из светлых стали черными оттого, что зрачки расширились
мертвыми пистолетными дулами.
"Он кокаинист?, - отстраненно думал Борис как о чем-то совершенно его не
касающемся, например, о государственной системе Эфиопии. Штабс-капитан зашел
сбоку и ударил Бориса по почкам. Боль была такая, что комната качнулась, как
пароходная палуба, и стала маленькой и далекой. Оттуда, издалека, Борис
услышал чей-то стон, и с удивлением понял, что это стонет он сам.
- Ты мне расскажешь, ты мне все расскажешь, - тихо и даже как-то ласково
приговаривал Карнович.
Боль от побоев придавала удивительную достоверность его диким словам.



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.