read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Владимир ВАСИЛЬЕВ


УЩЕЛЬЕ ГОРНОГО ДУХА


Реальная история



1. БЛОКНОТ, НАЙДЕННЫЙ В ТАЙГЕ
"Я был тогда совсем еще мальчишкой, не помню даже возраст - то ли
десять лет, то ли одиннадцать, а может, и все двенадцать. Именно поэтому
вам покажется, что воспоминания мои порой слишком ярки, а порой совсем уж
полустерты, но ведь прошло уже больше десяти лет!
Почему Буслаев выбрал меня меня в попутчики мог бы сказать только он
сам, но вряд ли он жив. Наверное, потому что взрослые идти с ним не
хотели, а совсем одному в тайге очень уж тоскливо. Буслаев много
разговаривал со мной, серьезно, по-взрослому, и мне это нравилось. Я
называл его Захарычем и мне это тоже нравилось. Задержать меня никто не
мог: мать я не помнил (и не помню), отца - очень смутно. Все, что осталось
от родителей - это ветхая избенка на краю поселка, пустая и
разваливающаяся, да цепочка с медальоном в виде серебристой змейки с
красными глазами-бусинами у меня на шее. В ту пору я жил у старой, как сам
поселок бабки Матрены и вечерами читал ей Ветхий Завет, писанный в
каком-то старообрядческом монастыре. Матрена кормила меня и даже подарила
кое-что из одежонки, хотя прожил я у нее всего ничего - перезимовал
только. До этого меня ютили поселяне. Отца моего не забыли и часто поминал
добрым словом; когда я, четырехлетний, остался один-одинешенек в
родительской избе, люди обо мне позаботились. Пожалуй, сыграло свою роль и
то, что я уже тогда умел читать и писать, ведь мой отец был единственным
учителем на сотни верст окрестной тайги. Во всяком случае в каждой семье,
где мне приходилось жить, я много читал вслух толстые засаленные книги,
совершенно не понимая содержания, и изредка писал "грамоты", как называли
поселяне письма.
Буслаев был первым, кто ни разу не назвал меня "сироткой" и никогда
не гладил по голове. Это сразу подкупило и решил я, что пойду за ним куда
угодно, хоть к черту в зубы! Но тогда я еще не знал, что так оно и
окажется.
Выступили мы в мае и тайга поглотила нас на целых четыре месяца.
Первые пару недель нам изредка встречались охотники-якуты, а потом пошла
такая глушь, что даже звери нас почти не боялись. Вещей у Буслаева было
немного, практически все умещалось в ладном выцветшем заплечном мешке,
который он всегда называл "сидор". У меня на спине болтался такой же, но
поменьше и самодельный. Буслаев доверил мне нести все съестные припасы,
спички и часть патронов. Меньшую, конечно, но мне и это ужасно льстило.
Чем занимался Буслаев в тайге я до сих пор не понимаю. На геолога он
совсем не походил, хотя имел настоящий геологический молоток и часто
пользовался лихим инструментом, смахивающим на подзорную трубу со странной
сеткой на линзе. Крепился прибор на легкой алюминиевой треноге. Так же
часто Захарыч копал неглубокие круглые ямки, ловко орудуя короткой
саперной лопаткой и напевая всегда одну и ту же заунывную песню на
незнакомом языке. Что это за песня я никогда не спрашивал. Жилось мне с
Буслаевым неплохо - как я уже говорил, он держался на равных и относился
ко мне вполне серьезно. Я помогал ему, чем мог, слушал его рассказы о
тайге и о жизни в далеком и нереальном городе Киеве, смеялся историям,
приключившимся некогда с самим Буслаевым или с его друзьями. До августа
наша жизнь протекала спокойно и размеренно, как текут тихие таежные реки.
Изменился Буслаев резко и неожиданно для меня. Мы как раз карабкались
по склону безымянного унылого гольца, неожиданно "начальник" замер и
коротко выругался, чего с ним никогда прежде не случалось. Я проследил за
его взглядом и увидел... как вам сказать? Овраг - не овраг, распадок - не
распадок... В общем, представьте себе просто борозду длиной метров сто-сто
пятьдесят. И это прямо посреди тайги. В жизни не видал ничего похожего,
хотя вот уже лет десять лес покидаю только на зиму и дожидаюсь весну в
поселке своего детства.
Короче, замер мой Буслаев и говорит:
- Леша... пять лосей твоей матери, это же ОНО! Ущелье Горного Ду...
Гм!
Я совершенно не понял, при чем тут моя мать и поэтому переспросил:
- Что?
Буслаев кашлянул и осторожно закончил:
- В общем, одно интересное ущелье.
Минут пять он созерцал борозду и окрестности, я стоял да помалкивал,
ожидая.
- Считай, что нам повезло! Кто его только не искал!
Внизу, у подножия гольца, Буслаев совершенно неожиданно повесил ружье
на сосну и здесь же на сучке оставил все патроны, ссыпав их в кожаную
сумку, похожую на большой кисет.
Я глядел на него с испугом, и он объяснил:
- Безоружных он, вроде, не трогает.
- Кто - он? - не понял я.
Буслаев замялся, и я ощутил, что впервые с мая месяца он не скажет
мне правды.
- Ну... э-э-э... тот, кто ущелье охраняет.
- Зачем же охранять ущелье?
И снова Буслаев задумался.
- Там кое-что спрятано.
Я помолчал и вдруг неожиданно даже для себя тихо сказал:
- Захарыч! Мне кажется, что ты боишься.
Буслаев замахал руками:
- Вздор, Лешка! С чего ты взял?
Но я чувствовал, что он лжет.
Через минуту он убедительным тоном заявил, что если боялся бы, то ни
за что не расстался бы с ружьем, но я молчал и вскоре он оставил эту тему.
Ущелье было вовсе не ущелье, а действительно просто глубокая борозда
в теле земли. Причем, в центре она была глубже, чем с краев, словно кто-то
громадный нехотя ковырнул когтем почву, коротко, с размаху. На край обрыва
Буслаев меня не пустил. Сначала сам подполз и долго осматривался, потом
разрешил подползти и мне.
Дно отстояло от нас метров на сорок, причем посреди отвесной стены
виднелся широкий гладкий уступ. Спуститься на него удалось метрах в
тридцати левее, но это случилось лишь через два часа, час из которых
Буслаев валялся на краю ущелья и что-то разглядывал, час сидел на
корточках у своего рюкзака, листая пухлый блокнот и загадочно бормоча.
На уступ Буслаев взял только моток веревки, молоток, да наспех
срубленный и заостренный кол. Спускались мы минут десять, причем я дважды
чуть не сверзился с отвесной стены. О Захарыче я ничего не скажу, собой
был занят, но сопел тот громче обычного.
В общем, спустились мы еще более-менее сносно. Уступ хороший,
просторный, метра два, а то и пошире.
Вот тут-то и начались первые странности.
Взглянул я наверх ненароком - батюшки-светы, вместо двадцати метров
крутой земляной стены я увидел по меньшей мере двести! Небо осталось
где-то неимоверно высоко, застряв в узкой щели между стенами. Я, кажется,
даже икать начал - если мы десять минут спускались, то сколько же будем
подниматься? Да и не могли мы так глубоко забраться, во-первых не успели
бы, а во-вторых сверху ущелье выглядело куда мельче. Буслаев мне шепчет:
"Спокойно, Леха, все нормально". А с самого пот в три ручья. "Как же,
думаю, нормально..." Потом соображаю, что на такой глубине в такой узкой
расщелине должно быть гораздо темнее, а тут светло, как и наверху.
Буслаев тем временем наладился кол в уступ забивать. Наклонил его к
стене, чтоб не выворотило, загнал на три четверти и ну - веревку вязать.
"Ага, - думаю, - спускаться будет."
Сбросил он веревку вниз, подергал - не оборвется ли. Веревка хорошая,
крепкая, да и кол он вколотил на добрую сажень. Не должно, вроде,
подвести.
- Слушай внимательно, - говорит. - Там, посреди спуска - пещера.
Сейчас я потихоньку сползать начну, а ты здесь сиди. Если тихо будет,
значит все отлично и я потом тебя позову. Ну, а если, не дай бог, закричу,
тут уж лезь наверх и беги пошибче. Но! - Буслаев поднял вверх указательный
палец. - Я просто уверен, УВЕРЕН! - что ничего подобного не произойдет.
Понял?
Я кивнул.
- Это недолго, минут десять от силы.
Я опять кивнул. Буслаев странно посмотрел на меня и с шумом вздохнул:
- Ну, давай лапу.
Он пожал мне руку, ухватился за веревку и подошел к самому краю
обрыва. Я заметил, что он трижды сплюнул через плечо. "Это еще зачем?" -
думаю.
Как только он исчез из виду, я снова вверх поглядел, но не успел я и
всмотреться повнимательнее, послышался низкий тревожный звук. Гул - не
гул, вой - не вой... И сразу же за ним дикий крик Буслаева. Я и не знаю,
что нужно делать с человеком, чтобы он так кричал.
Я глядь, а веревка вместе с колом вниз полетела. Не знаю, уж какая
пружина меня подбросила, но по стене я карабкался, ровно муха по стеклу.
Вой сразу же смолк, я отчетливо услышал как что-то шмякнулось оземь и
вслед за тем стон Буслаева: тихий такой, жалобный. Я застыл, вцепившись
пальцами в неровности подъема.
Взобрался я к этому моменту метров на пятнадцать, не меньше. Верхний
край стены оставался таким же далеким; я покосился вниз и обомлел: уступ



Страницы: [1] 2 3 4
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2017г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.