read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Геннадий ПРАШКЕВИЧ


РАЗВОРОВАННОЕ ЧУДО



В.Свиньину


Совесть - сознание и чувство моральной ответственности
человека за свои действия перед обществом, народом, а также
перед отдельными людьми, моральная самооценка личностью
своих поступков и мыслей с точки зрения определенных для
того или иного народа, класса норм нравственности, ставших
внутренним убеждением человека. Совесть является
общественной, конкретно-исторической категорией, возникшей
в результате взаимоотношений между людьми в процессе их
исторического развития.
БСЭ


1. БЕЛЫЕ ВЕЛИКАНЫ
Таких, как я, можно встретить в любом недорогом баре Солсбери,
Стокгольма, Парижа, Брюсселя, Лондона. Среди нас есть французы, славяне,
бельгийцы, немцы. За нами прошлое и большой опыт обращения с любыми видами
оружия. Иногда говорят, у нас нет будущего. Это не так. Пока газеты и
телевидение кричат о политических страстях и военных переворотах,
терзающих ту или иную страну, пока существуют колониальные и
полуколониальные зоны, мы всегда будем нужны тем, в чьих интересах
совершаются эти перевороты, тем, кто желает хотя бы силой утвердить свое
мнимое превосходство в указанных зонах. Новоиспеченные диктаторы и
специальные военные комитеты без каких бы то ни было колебаний снабжают
нас оружием и мы летим в какую-нибудь очередной Чад, в какую-нибудь
очередную Уганду. Мы - это солдаты Иностранного легиона.
В Конго я тоже попал с легионом.
Американский "Боинг-707" принадлежал бельгийской авиакомпании
"САБЕНА", но пилотировался английскими пилотами. Меня это не трогало. Мне
вообще наплевать, кому принадлежит самолет и кто его ведет, главное, чтобы
он приземлился в запланированном пункте. Я летел работать, а не решать
примитивные ребусы. К тому же, занимаясь таким делом, как мое, вредно
получать излишнюю информацию.
Катанга...
Бросовые жаркие земли с термитниками, возвышающимися как дзоты над
мертвой сухой травой. Непривычно высокие, поросшие кустами, то оранжевые,
то мертвенно-серые, как слоновья шкура, то красные, то фиолетовые,
термитники, громоздясь друг на друга, тянутся, как надолбы, через всю
Катангу - от озера Танганьика до Родезии.
Племен в Катанге не перечесть. Я пытался что-то узнать о них, но в
голове, как строки непонятных заклятий, остались одни названия - лунда,
чокве, лвена, санга, табва, бвиле, тембо, зела, нвенши, лемба. Были и еще
какие-то, я их не запомнил. Да и перечисленные остались в памяти только
потому, что с одними, поддерживающими партизан-симбу, мы вели самую
настоящую войну, а другие, признававшие власть премьер-министра Моиза
Чомбе, нас поддерживали. Наемникам, то есть нам, платил, понятно,
премьер-министр.
Бороться с партизанами-симбу оказалось не столь уж сложно. Оружием
они владели никудышным - длинноствольными ружьями, попавшими в их руки
чуть ли не во времена Ливингстона и Стенли; кроме того, симбу были
разобщены. В тропических чащах прятались симбу Пьера Мулеле, симбу
Кристофа Гбенье, симбу Николаса Оленга, симбу Гастона Сумиала, наконец,
просто симбу без всяких кличек. Их разобщенность была нам здорово на руку
и помогала брать большие призы - люди Моиза Чомбе хорошо платили за труп
каждого симбу, вне зависимости от того, к какой группировке он
принадлежал.
Понятно, были у нашей работы и свои темные стороны. Например,
отравленные стрелы. Пуля может проделать в тебе дыру, но пуля все-таки,
хоть иногда, но оставляет шанс выжить, а вот отравленные стрелы бьют
наверняка. Через час-полтора ты уже валяешься под солнцем, вздутый как
дирижабль, и ни один лекарь даже не посмотрит в твою сторону. Понятно, это
не добавляло нам добрых чувств к симбу, хотя в принципе я не из тех, кто
вообще относится к черным плохо. Просто я привык выполнять работу
тщательно. Этому я научился у немцев, когда они вошли в Хорватию. Немцы в
высшей степени аккуратные работники. Опыт, перенятый у них, пригодился мне
в Конго, где я старался обучить новичков прежде всего именно
основательности. Увидел черного - убей! Ведь на широком лице его не
написано - враг он тебе или просто в неудачное время вышел из хижины
взглянуть, светит ли солнце. Наш главный шеф, командовавший рейнджерами,
кстати, немец - майор Мюллер, одобрял подобные вещи, а уж майору Мюллеру
можно было верить - с 1939 года не было, кажется, ни одной войны, в
которой он бы не участвовал. Именно он научил нас в занятых у симбу
деревнях убивать прежде всего знахарей и кузнецов. Кузнецы штампуют
наконечники стрел, а знахари снабжают партизан ядами.
После активных действий на юге мы рады были узнать - вся наша группа
немедленно выступает на патрулирование одного из самых глухих, но зато и
самых спокойных уголков Катанги.
Наш капрал, человек желчный, скрытный, давно, на мой взгляд,
оставивший мысли о штатской жизни, умел быть настойчивым. Это относилось и
к местным достаточно запутанным диалектам.
- Усташ, - например, говорил он, - как прозвучит по-местному команда
стой, или пошел, или вперед, или сидеть, или не глядеть по сторонам? - он
всегда старался ухватить как можно больше понятий.
- Телема. Кенда. Токси. Ванда. Котала на пембените, - перечислял я.
- А как ты поймешь просьбу обиженного друга - бета не локоло на
либуму?
- Бей его по животу! - вмешался в нашу беседу француз Буассар.
- А если черный спросит - мо на нини бозали кобета? то есть - за что
бьете?
Буассар опять вмешался:
- Лично я поддам черному под ребра. И скажу - экоки то набакиса
лисусу? То есть - хочешь еще?
И Буассар заржал. Он вообще любил посмеяться.
Пылища на тропах Катанги невероятная. Но когда мы ввалились в лес,
пыль сразу исчезла, зато джип начало бросать на корнях, будто мы на
небольшом судне попали в приличную болтанку. Со всех сторон обрушилась на
нас влажная горячая духота, в которой, как в бане, глохли все звуки.
Где-то наверху почти неслышно верещали обезьяны, прорывался вдруг вопль
птицы-носорога, но внизу все тонуло в душной обессиленной тишине,
нарушаемой лишь рычаньем джипа.
Я никогда не забирался в тропический лес так глубоко и чувствовал
себя несколько неуверенно. Наверное, и остальные чувствовали себя не в
своей тарелке, кроме, может, капрала. На капрала ничто никогда не
действовало, кроме, пожалуй, темноты и замкнутых помещений. О последнем я
узнал случайно в Браззавиле. Могу поклясться, что в прокуренном темном
кинозале капрал в основном интересовался не тем, что происходило на
экране, а тем, что происходило за его спиной. Не знаю, кого он боялся, и
боялся ли, но что-то такое с ним происходило. Впрочем, какой рейнджер
любит позиции, незащищенные с тыла? Да и скелеты в шкафу у каждого свои.
Не хочешь лишних хлопот, не заглядывай в чужой шкаф.

Место для лагеря мы отыскали удобное - огромные деревья наглухо и со
всех сторон окружали обширную поляну, редкие кусты на поляне мы тут же
вырубили. Буассар сразу завалился на брошенный в траву брезент и дым его
сигареты приятно защекотал ноздри. Я присел рядом. Малиновый берет и
темно-зеленую пятнистую рубашку я сбросил, подложив под локоть, чтобы не
чувствовать свирепую жесткость брезента. Только совсем хорошо устроившись,
я потянулся к вскрытой французом банке пива.
- Ба боле, ба-а-а... Ба би боле, ба-а-а... - отбивал такт Буассар.
В нехитрой песенке, мелодию которой он при этом насвистывал, речь шла
о том, как хорошо, когда нас двое, а ночь тиха и безлюдна. Типичная
французская песенка, хотя на чернокожий манер. Впрочем, какое дело до
манер тем двум, которые одни, а ночь вокруг тиха и безлюдна?..
- Ба боле, ба-а-а! - подмигнул я Буассару. Несмотря на некоторую
болтливость, он мне нравился, я старался держаться к нему поближе.
Занимаясь такой работой, как наша, не лишне знать тех, на кого можно
положиться в деле.
Буассар заржал.
Мы курили, потягивали теплое пиво и смотрели, как негриль бабинга,
взятый капралом месяца три назад в сожженной нами глухой деревушке,
возится у костерка, собираясь готовить обед, а голландец ван Деерт, глухо
обросший густой бородой, здоровенный, как буйвол, жуя резинку и щуря
маленькие свирепые глазки, что-то негру внушает. Мы не слышали - что, но
примерно догадывались. Голландец терпеть не мог черных, у него была на них
аллергия, он пятнами шел, когда видел двух, а то, не дай Бог, троих
черных. Но я это не в осуждение. У каждого свои привычки и вкусы. Будем
считать, в данном случае голландец просто следил за чистотой и опрятностью
негриля бабинги.
За походным столом я опять постарался оказаться рядом с французом.
Никто не звал его по имени, просто Буассар, а иногда Длинноголовый. Он на



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2017г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.