read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Иосиф Игнатий КРАШЕВСКИЙ


КОРОЛЬ ХОЛОПОВ






ПРОЛОГ

Вечерние сумерки окутали большую сводчатую залу нижнего этажа
краковского замка. Узкие окна, глубоко вдававшиеся в стену, были по
большей части прикрыты густыми занавесками, пропускавшими очень мало
света. В углу комнаты горел светильник, но его слабое пламя освещало лишь
небольшое пространство. Глубокая тишина царила в обширной комнате и в
коридорах, а на улицах не было почти никакого движения.
В костеле святого Вацлава, находившегося при замке, тихий жалобный
звон колоколов призывал к вечерней молитве.
В одном из углов комнаты стояло широкое ложе, выстланное мехами и
сукном, и на нем из-под тяжелого фона шелковых одеял выделялось бледное
лицо пожилого человека, который, казалось, спал.
По одну сторону постели стоял старик, одетый в черное платье
монашеского покроя, и угрюмо смотрел на лежавшего; по другую сторону
стоявший на коленях молодой, красивый, в цвете лет юноша с благородными
аристократическими чертами лица заботливо склонился над больным, не
спуская с него беспокойных глаз.
На некотором расстоянии какая-то женщина в длинном, сером платье,
плотно облегавшем ее фигуру, с вуалью на голове, молилась, перебирая
исхудавшими пальцами четки, которые она держала в руках.
В ногах лежавшего стоял монах в белой одежде, прикрытой черным
плащом, с руками, сложенными для молитвы, с глазами, поднятыми к небу, и
что-то тихо шептал.
На этой постели лежал умирающий король Владислав, прозванный Локтем,
этот великий муж маленького роста, но сильный духом, который больше
полустолетия боролся за соединения раздробленного наследства после Мешка и
Храброго [Болеслав Храбрый, король польский, сын Мешка I].
Он сам чувствовал, да и другие видели, что приближаются его последние
минуты. Не болезни и не раны истощили его организм и доконали его:
продолжительный труд и бесчисленные заботы отняли у него последние силы.
Он догорал медленно, потому что огонь, поддерживавший его жизнь,
потух до тла. Он умирал мужественно и спокойно, не боролся со смертью, а с
радостью расставался с земной жизнью.
Он не исполнил всех своих намерений, но ему мало осталось работы для
осуществления своей заветной мечты, взлелеянной с детства и созревшей в
борьбе за жизнь... Завершение дела он оставил в наследство своему сыну.
Монах Гелиаш, доминиканец, стоявший у ног умиравшего, уже причастил
его и приготовил к загробной жизни. Владислав в этот день объявил свою
последнюю волю государственным сановникам; он простился с женой,
благословил сына, которому отдал Польшу, и попросил дворян быть опорой
наследника.
Каноник Вацлав, он же и врач, предсказывал близкий конец. Королева
Ядвига с плачем читала молитву за умирающих, но смерть все еще не
наступала... Старый воин мужественно боролся с ней.
Казалось, что король лишь засыпает. Дыхание было переменчивое: то
учащенное, лихорадочное, то слабое, еле заметное. Минутами Локоть
возвращался к жизни: опущенные ресницы внезапно поднимались, глаза
блуждали по комнате, и засохшие губы открывались. Душа этого старого
воина, прикованная к истощенному годами телу, не могла с ним расстаться.
Наступил вечер, и по мнению врача, король должен был в эту ночь
скончаться. Доктор был удивлен и сконфужен, глядя на эту непредвиденно
упорную борьбу жизни со смертью, и смотрел на это, как на чудо.
Локоть начал дремать.
Его бескровное, желтое лицо уже давно покрылось землистым цветом,
являющимся предвестником наступающей смерти; но грудь его еще поднималась,
дыхание было заметно, и слышались глухие звуки и свист воздуха в легких.
Стоявший у ложа каноник-врач знаком указал, чтобы не мешали отдыху
больного, и сам начал на цыпочках ходить по комнате. Увидев это, монах
Гелиаш отодвинулся от ложа; королева тоже тихо и медленно направилась к
дверям.
Король заснул.
Все, утомленные пережитыми волнениями в течение целого дня, предпочли
удалиться в соседнюю комнату и ждать там пробуждения короля, на которое
еще не потеряли надежды. Один лишь сын, склонившись над отцом, остался
сидеть неподвижно. В ответ на знак, сделанный матерью, он отрицательно
покачал головой, давая этим понять, что он желал бы остаться при отце.
Вспоминая о том, что еще так недавно тут раздавались голоса созванных
советников, королевский наследник был очень взволнован.



Его связывали с умирающим любовь, благодарность и забота о
неизвестном будущем, бременем лежавшая на его душе. Глаза его наполнились
слезами...
Корона, которую ему предстояло надеть на свою юношескую голову, была
хоть и золотая, но тяжелая.
Все медленно удалились через боковые двери, которые королева велела
оставить открытыми для того, чтобы при малейшем шорохе она могла бы
поспешить к умирающему.
Неподвижно, как будто прикованный к сидению, в полуколенопреклоненной
позе королевич остался при ложе отца. Взоры его были устремлены на бледное
лицо умирающего.
Оно было желто, как восковый лист, и на нем была написана вся его
длинная жизнь. Возможно, что раньше, когда он был еще во цвете сил, на его
физиономии никогда так рельефно не выражались мужество, покой, покорность
и железная сила воли. Лишь теперь все эти характерные признаки проявились
во всей их силе.
Кто не видел на лице умирающих воинов-победителей, мощных духом,
этого выражения блаженства, испытываемого ими перед смертью? Все следы
земных страданий уничтожаются рукой ангела смерти.
Сгладились морщины на старом лице короля, и оно стало ясным и
красивым. Сын смотрел на него с умилением, потому что никогда его таким не
видел. Еще минуту тому назад, когда король страстно заговорил с
государственным сановником, выражение его лица было таким же, как во время
боев; теперь смерть ему придала ореол величия.
Королевич вздрогнул; ему показалось, что последний момент наступил.
Однако, король еще жил: движения груди были спокойны, лицо чуть-чуть
подергивалось - старик еще дышал.
Вспыхнувшее пламя светильника озарило лицо короля и позволило
рассмотреть незначительную гримасу на губах и усилие приподнять ресницы.
Умирающий с трудом раскрыл глаза и устремил их на сына, губы его
задрожали, как бы в бессильном порыве улыбнуться.
Казимир еще ближе склонился к отцу.
Свершилось чудо, и видно было, что жизнь поборола смерть. Король
повернул голову к сыну, дыхание окрепло, и из груди его раздался глухой
голос:
- Казимир!
- Я тут, - тихо ответил сын.
- Я вижу тебя, как сквозь туман, - шепнул король немного
выразительнее. - Воды! У меня во рту пересохло, - добавил он, тщетно
стараясь достать ослабевшую руку из-под одеяла.
Казимир моментально взял бокал с освежающим питьем, стоявший возле
ложа, и осторожно приложил его к запекшимся губам родителя, вливая
жидкость по капле.
Уста немного раскрылись, на лице появилась краска, глаза оживились.
Локоть улыбнулся.
- Теперь ночь? - тихо спросил он.
- Поздний вечер.
Король глазами обвел комнату, как бы желая убедиться, одни ли они
здесь.
Наступило минутное молчание, грудь короля усиленно работала, он
старался извлечь из нее последние звуки.
- Корону, - произнес он более сильным голосом, - корону, пускай, не
откладывая, возложат на твою голову и помажут тебя на царствование. Вместе
с короной Господь даст тебе и силы. Это необходимо для того, чтобы
удержать все в одной руке: всю Польшу, Куявы, Мазовье, Поморье... Поморья
никогда нельзя уступить немцам. Через него единственная свободная дорога в
свет, а кругом враги, и без него мы будем отрезаны...
Он говорил с перерывами, отдыхая; Казимир, наклонившись над ложем,
внимательно слушал. Слова эти не были к нему специально обращены; они были
выражением мыслей, тяготивших мозг умирающего, и были обращены наполовину
к самому себе, к Богу и сыну. Это было как будто выраженная вслух мечта,
молитва...
- Мазовье покорено и должно быть в ленной зависимости от тебя и
укрепляемо теми же законами, - продолжал он. - Силезия сгнила, онемечилась
и погибла... погибла!.. Ей уже не возродиться, немецкая ржавчина ее
съела...
Говоря это, он закрыл глаза, но моментально их открыл, и уста его
продолжали шептать голосом, слышным лишь сыну:
- С сестрою, с Венгрией ты постоянно должен быть в хороших
отношениях; вы должны идти рука от руку... Риму ты должен быть верен,
потому что в нем наша сила. Папа много лет тому назад меня спас, отпустив
мои грехи о подняв меня духом... Королевство наше всегда преклонялось
перед столицей Святого Петра...
Он неясно что-то пробормотал и сделал беспокойное движение.
- Ты найдешь, с кем посоветоваться. Ясько из Мельштина - человек



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ЭТО ИНТЕРЕСНО

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.