read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Александр ДЮМА


ГРАФИНЯ ДЕ ШАРНИ


ТОМ I



ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПРЕДИСЛОВИЕ
Те из наших уважаемых читателей, кто в определенном смысле отдал нам свои
сердца; те, кто следует за нами повсюду, куда бы мы ни отправились; те, кто
не желает ни на миг, даже во время отступлений, покинуть автора, который,
как это сделали мы, выбрал интересное занятие: перелистывать страницу за
страницей книгу, посвященную истории монархии, должны были отлично понимать,
прочитав слово "конец" - после заключительного отрывка романа "Анж Питу",
печатавшегося в газете "Ла Пресс", и даже после опубликования восьмой части
той же книги в издании под названием "Кабине де лектюр", - что во всем этом
была какая-то чудовищная ошибка, и что рано или поздно мы дадим
соответствующие разъяснения.
В самом деле: как можно поверить в то, что автор, в намерения которого,
возможно и не совсем уместные, входит прежде всего создание книги в полном
смысле этого слова, - так же как в намерения архитектора - строительство
настоящего дома, в намерения кораблестроителя - создание настоящего корабля,
- вдруг оставит книгу незавершенной, как дом без крыши или корабль без
мачты?
Однако именно это и произошло бы с бедным "Анжем Питу", если бы читатель
всерьез принял слово "конец", поставленное на самом интересном месте книги,
то есть когда король и королева собираются покинуть Версаль и отправиться в
Париж; когда Шарни начинает примечать, что очаровательная женщина, на
которую он уже лет пять не обращает ни малейшего внимания, заливается
краской, едва они встретятся глазами, едва его рука коснется ее руки; когда
Жильбер и Бийо решительно заглядывают в открывшуюся им бездну, разверстую
революцией не без помощи монархистов Лафайета и Мирабо, символизирующих
собою: один - популярность, другой - гениальность эпохи; когда бедный Анж
Питу, скромный герой этой скромной истории, держит на коленях посреди дороги
из Виллер-Котре в Писле упавшую без чувств Катрин, после того, как она
простилась с возлюбленным, который скачет галопом через поле в сопровождении
слуги и выбирается, наконец, на главную дорогу, ведущую в Париж.
Кроме того, в этом романе есть и другие действующие лица, персонажи
второстепенные, это верно, однако же наши читатели хотели бы - мы в этом
уверены - уделить некоторое внимание и им. Известно, что когда мы ставим
драму на сцене, мы стремимся проследить до мельчайших подробностей за
действиями не только главных ее героев, но и второстепенных персонажей и
даже ничтожных статистов.
Итак, существует аббат Фортье, закоренелый монархист, который,
разумеется, не пожелает стать конституционным священником и предпочтет
скорее претерпеть гонения, нежели принести клятву Революции.
Еще есть юный Кильбер, душа которого отражает противоречия эпохи,
представляя собой слияние двух начал: демократического, унаследованного им
от отца, и аристократического, унаследованного от матери.
Существует госпожа Бийо, бедная женщина, прежде всего мать; будучи, как
всякая мать, слепа, она оставляет дочь на дороге, по которой сама
возвращается на ферму, осиротевшую с тех пор, как уехал Бийо.
Еще есть папаша Клуи, живущий в лесу в шалаше; он пока не знает, что из
ружья, которое ему дал Питу в обмен на то, что лишило его трех пальцев левой
руки, он будет отстреливать, как и из старого ружья, по сто восемьдесят три
зайца и сто восемьдесят два кролика в обычные годы и по сто восемьдесят три
зайца и сто восемьдесят три кролика в годы високосные.
Наконец, есть и Клод Телье и Дезире Манике, деревенские революционеры,
которые не желают ничего лучшего, кроме как идти по стопам революционеров
парижских; впрочем, надо надеяться, что их капитан, предводитель, полковник,
старший офицер - благородный Питу - послужит им не только проводником, но и
удержит на краю пропасти.
Все, сказанное нами, может лишь еще больше удивить читателя, увидевшего
слово "конец", столь нелепо мелькнувшее после заключительной главы, что его
можно, пожалуй, сравнить с античным сфинксом, улегшимся у входа в свою
пещеру посреди фиванской дороги и предлагавшим глупым путникам неразрешимую
загадку.
Итак, мы попробуем сейчас дать этому объяснение.
Было время, когда в газетах публиковались одновременно: "Парижские тайны"
Эжена Сю, "Главная исповедь" Фредерика Сулье, "Мопра" Жорж Санд,
"Монте-Кристо", "Шевалье Мезон-Руж" и "Война женщин" вашего покорного слуги.
Это было благодатное время для газеты, однако ненастная пора для
политики.
Кого интересовали в ту эпоху передовицы в парижских газетах г-на Армана
Бертена, доктора Верона или депутата Шамболя? Никого.
И это правильно, потому что раз от этих дурацких передовиц не осталось
ничего, значит, они не заслуживали внимания.
Все, что имеет хоть какую-нибудь ценность, рано или поздно всплывет и
обязательно прибьется к какому-нибудь берегу.
Есть только одно море, навсегда поглощающее все, что в него ни попадет:
это - Мертвое море. Вероятно, именно в это море и бросали парижские
передовицы 1845, 1846, 1847 и 1848 годов.
Кроме этих передовых статей г-на Армана Бертена, доктора Верона и
депутата Шамболя, туда же бросали речи г-на Тьера и г-на Гизо, г-на Одилона
Барро и г-на Берье, г-на Моле и г-на Дюшале; впрочем, это обстоятельство в
меньшей степени огорчало господ Дюшателя, Моле, Барро, Гизо и Тьера, нежели
депутата Шамболя, доктора Верона и г-на Армана Бертена.
Зато с особым удовольствием разрезали печатавшиеся в газетах "Парижские
тайны", "Главную исповедь", "Мопра", "Монте-Кристо", "Шевалье Мезон-Руж" и
"Войну женщин"; прочитав утром, их откладывали затем, чтобы перечитать
вечером. Справедливости ради следует отметить, что именно ради них
подписывались в те времена на газеты и ходили в читальные залы; книги эти
учили истории как историков, так и всех других желающих, их читали четыре
миллиона человек во Франции и пятьдесят миллионов - за границей; французский
язык, бывший с XVII века языком дипломатии, в XIX веке стал еще и языком
литературы; поэт или прозаик, зарабатывавший довольно денег, чтобы
чувствовать себя независимым, высвобождался из-под давления аристократии и
королевской власти; в обществе зарождались новая знать и новая власть: знать
таланта и власть гения; это приводило к результатам, похвальным Для
отдельных личностей и почетным для Франции: теперь был положен конец такому
порядку вещей, лри котором все было поставлено с ног на голову; теперь
видные люди королевства становились в самом деле людьми уважаемыми, а
известность, слава и даже деньги пришли наконец к тем, кто их действительно
заслужил.
Итак, государственные деятели подумывали, как я уже сказал, о том, чтобы
положить этому скандалу конец, как вдруг жаждавшему славы г-ну Одилону Барро
пришла в голову мысль, но мысль не о том, чтобы сделать речи, с которыми он
выступал с трибуны, зажигательными и интересными, а чтобы устроить дурные
вечера в различных местах, где его имя еще пользовалось популярностью.
Надо было как-нибудь назвать эти вечера.
Во Франции не имеет значения, названы ли вещи своими именами, лишь бы они
хоть как-нибудь были названы.
Вот почему эти вечера назвали "реформистскими банкетами".
В Париже жил тогда один человек, который сначала был принцем, потом стал
генералом, потом отправился в изгнание; в изгнании он преподавал географию,
затем отправился путешествовать по Америке; после путешествия по Америке он
обосновался на Сицилии; женившись на дочери сицилийского короля, он вернулся
во Францию; когда он вернулся во Францию, Карл Х сделал его наследным
принцем; после того, как он стал наследным принцем, он, наконец, стал и
королем.
Итак, этот принц, генерал, преподаватель, путешественник, король и,
наконец, человек, которого несчастья и удачи должны были столь многому
научить, но так ничему и не научили, - этот человек вздумал помешать г-ну
Одилону Барро давать реформистские банкеты; он стал упорствовать в своем
решении, не подозревая, что он объявлял войну из принципа, а всякий принцип
идет сверху и, следовательно, сильнее того, что идет снизу, как, например,
ангел, приводящий в ужас человека, с которым он сражается, будь этим
человеком хоть Иаков: ангел ошеломил Иакова, принцип ошеломил человека, а
Луи-Филипп был побежден своим собственным двойным потомством, своими
сыновьями и внуками.
Разве не сказано в Писании:
"Грехи отцов падут на головы детей их до третьего и четвертого колена"?
Это Дело подняло во Франции такой шум, что на время были забыты и
"Парижские тайны", и "Главная исповедь", и "Мопра", и "Монте-Кристо", и
"Шевалье Мезон-Руж", и "Война женщин", и даже - мы вынуждены это признать -
их авторы.
Нет, умы были заняты Ламартином, Ледрю-Ролленом, Кавеньяком и принцем
Луи-Наполеоном.
Однако, едва шум понемногу улегся, сразу стало заметно, что произведения
этих господ значительно менее интересны, нежели книги Эжена Сю, Фредерика
Судье, Жорж Санд и даже вашего покорного слуги (я из скромности ставлю себя
после всех); настало время признать, что их проза, за исключением Ламартина,
- увы, каждому свое! - ни в какое сравнение не идет с языком "Парижских
тайн", "Главной исповеди", "Мопра", "Монте-Кристо", "Шевалье Мезон-Руж" и
"Войны женщин"; тогда г-на де Ламартина, воплощавшего мудрость нации,
пригласили писать прозу, лишь бы она не была связана с политикой, а другим
господам, в том числе и мне, предложили заняться литературной прозой.



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2017г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.