read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Олег ПАВЛОВ


Конец века



СОБОРНЫЙ РАССКАЗ
Тогда скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы не сделали
этого одному из сих меньших, то не сделали Мне.
Ев. от Матфея, гсгл. 25, ст. 45
Людей этих называют бомжами. Живут они воровством, попрошайничая, а
то и как зверье - на помойках, поедая отбросы, падаль... Все дело в том,
что у этих людей нет жилья. А раз нет жилья, то нет и прописки с паспор-
том. Если нет у тебя жилья да паспорта, то хоть умирай. Но сразу-то не
помрешь. И гонимый голодом, холодом, беспросветной угрозой побоев от ми-
лиции да и от всякого загулявшего молодца, ты и выживаешь, как можешь,
до самой смерти.
В советское время люди такого сорта запрятывались в тюрьмы, уголовные
и лечебно-трудовые, в психушки, что содержались худо-бедно государством,
и воздух городов был чист. Тогда местом их обитания, существования стали
добычливые северные края и дальневосточные порты, где было легче зате-
ряться, прокормиться. Их кормили шабашка, прииски, путина, шахты, куда
самых жизнестойких и крепких охотно нанимали местечковые хозяйственники
н без паспортов, но за меньшую плату. Вот как бывало, к примеру, в Мага-
дане: с вечера тебя напоят вусмерть, а наутро в море очухаешься, одура-
ченный, где уж принуждают работать на себя всю путину ушлые рыбаки. Но
кто бичевал в Магадане том, знать, давно померли. Давным-давно стало все
не так. Рыбы нет, говорят, да в морях пусто - дороговизна, ни души. Мо-
жет, сами те рыбаки, запродав в прошлой еще жизни харьковские да курские
ненужные им тогда квартирки, но в одну ночь дружно всенародно обнищав, а
за год свято поодиночке спившись, ловят пустыми черными ртами воздух,
будто вытащенные из воды рыбины, издыхают на московском тепловатом снеж-
ку, выпучивая немые глазища на ставших огромными пешеходов.
Рождество было или не Рождество, но праздник этот признавался как го-
сударственный, отмечался уже наравне с Новым годом, и могло иметь место,
что отмечали той ночью в горбольнице, точно теперь не скажешь, и Рож-
дество. Столпилось праздников, будто справляли старого года похороны. И
все дни густо валил снег, засыпая бездонную Москву. Было дремотно от
жгучих морозов, белым-бело, и долготу дня утопляли болотисто-морозные
белые ночи.
Больница не отдыхала, была двойная оплата труда, и всегда находились
люди, которых даже большинство, готовые запродать свой праздник за эти
праздничные: огромные, как чудилось, и валившиеся чуть не с неба деньги.
Кто мог радоваться - выпивал, успевая с душой и дружно только начать, но
вскорости, не ворочая языками, исходил тоской. Но не все же радовались.
Будто военнообязанные, пропадали в кабинетиках доктора, одиноко отбывая
круглые сутки дежурства. И простые смертные бабы да старухи, егорьевские
и куровские подмосковные, из санитарок, осилив работу, какую ни есть,
укладывались всех раньше дремать - хоть и не сомкнуть было глаз, как и
не срастись боком с неживой, для сидячих, кушеткой, покуда кругом мая-
лись спьяну и не хотели смирно лечь по местам. Скоропомощные будто и
отъездились, никакой тревоги. Полночь. И в приемном отделении больницы н
глухой покой.
Но вдруг, слышно, завернула и въехала с нытьем одинокая машина. Так
всегда и является эта "скорая" будто из-под земли. Баба не спит и гада-
ет: может, пронесло? Но дурной истошный звонок режет как по живому стены
и воздух. Дверь на запоре. Отпирать не идут. Ей и страшно, что отпирать
не идут, и надо все одно будет вставать, но лежит в потемках комнаты от-
дыха и, вся твердея со злости-то радуется: пускай охранники отпирают,
как положено, а то им праздник. Звонок уж по всей больнице неумолчно пи-
лит. Тут, слышно, выскочил от сестер, из шума пьяного да танцев, охран-
ник и побежал тяжело, будто шагая ударами. Стихло, и слышно, как трудит-
ся он в гулком предбаннике, отпирает. Раздались звонкие чужие голоса,
ругнулся натужно охранник. Привычная, баба чутко уловила, что пошагали в
сторону, поспешая за каталкой - значит, лежачего привезли, вот бы не бо-
рова, а то как ей потом будет одной, этих разве допросишься помочь. Наг-
рузили, вкатились обратно в приемник, но куда-то не туда, не в осмотро-
вый кабинет. Охраны уж больше: топчут, матерятся. И все звонче, до кри-
ка, сделались чужие голоса. Сколь же народу в приемном собралось, будто
и все повыскакивали, ну и собрание, ну и ругаются, какой такой вопрос? И
хоть страшней на душе, но дрожаще пытает бабу незнание: что у них стряс-
лось - может, не успели, не довезли, и не станет ей, грешной, работы
этой? Но голоса вмиг оборвались, и не слышно, что в приемном, будто все
вымерли, и чего-то не гремят, ребятушки, не запираются. Вдруг дыхнуло
горячо светом, вырос на пороге паренек ихний, из охраны, и гаркнул в
темноту комнаты, веселясь, пьяный: "Тонька, Тонька, с пра-а-аздничком!
Бомжа-а-а привезли! Сказали, на обработку его, эта, знач ты его будешь



обт...трабатыать!"
Когда молоденькая растрепанная врачиха, ни упрека не произнеся, хоть
и поморозили, влетела воробышком в приемное и потребовала у охранников
каталку, то никто не подумал расспрашивать, кого доставили, и выдали ей
каталку, подчинившись ни с того ни с сего, хоть могли и послать,н охрана
отродясь чужакам не подмахивала. И шибануло всей вонью земной. Втащили
его на каталке, задраенного в полиэтилен, так что из того полиэтиленово-
го мешка, стеклянистого на вид, торчала одна грязно-каменная ступня. Кто
был, хоть и пьяные, разбежались от удушья и от испуга. "Быстро, мальчи-
ки, родненькие, куда его? Надо закрывать больницу на санобработку - тут
и вошь платяная, и чесотка!" Но никто не двинулся им помогать. Девчушка
и мужик, водитель "скорой", застряли в проходе, давясь от вони и боясь
сами мешка, который сотрясался навзрыд звериным, будто рев, хрипом. Ох-
рана, услышав про чесотку, уж не зевала - и кинулись перекрывать выход,
чтобы скоропомощные теперь не сбежали, бросив мешок. "Да вы что, ребята,
что вы делаете?!" н вскричала девчушка, понимая, что происходит, и ста-
новясь вдруг от навернувшихся жалких слезок пылающе живой и красивой.
"Не выпустим, пускай сначала врач осмотрит, а то и назад поедете. Не,
ты гляди, Вань, на эту снегурочку, еще орет! Не нравится ей, тогда про-
валивай, нужны нам такие подарки!" "Суки вы, вон морды нажрали, ребята в
Чечне погибают, а вы подъедаетесь на больничных харчах!" - ожил крикли-
во, вступаясь за свою врачиху, пожилой водитель, у которого из-под кро-
личьей драной шапки торчали грязные волосья, похожие на петушиный масле-
ный загривок...
Стали орать, ненавидя друг дружку. Дежурный доктор, которого вызвали
в приемное, не спешил. Когда же он явился, охрана тихонько посторони-
лась, будто выстроилась в рядок, так как все были виноватые и пьяные.
Доктор даже не подошел к хрипящему мешку, чтобы осмотреть. Глядя брезг-
ливо на девчушку, он выслушивал долго ее показания, придираясь и переби-
вая, а то и грозя, что куда-то будет звонить и докладывать. Выяснилось,
что привезли его с Лужников, где "скорую" вызвала сама рыночная охрана,
на что больничные заржали, зная понаслышке, какие в Лужниках порядки. "С
чем вы его сдаете?" н в какой раз требовал доктор повторить. "Обмороже-
ние",н твердила девчушка, прячась от его взгляда. Все стояли подальше от
каталки, которую не руками н сапогами охранники забили в угол и глазели.
"Какое обморожение, девушка, конечностей или трупа?" "Прекратите, он ды-
шит, он живой..." "Хорошо, но вы говорите про множественные ушибы лица,
а если есть и черепная травма - что прикажете с ним делать? Вы отдаете
себе отчет, девушка, что у нас другой профиль?" "Да это лужниковские не-
бось доигрались, а как страшно стало, что убили, вызвали "скорую", чтобы
поскорей его сбагрить. Вот и обморожение, а эта дурочка поверила!" - не
утерпел, высказал охранник. Вплыла тут в приемное, зевая, тощая меди-
цинская сестра, которая обиделась на всех и плаксиво гундосила: "А поче-
му к нам всех этих бомжей везут, я не знаю. Зачем тут охрана, ну зачем
этих бомжей впускают? Сегодня праздник, девушка, понимаете, а вы его
портите, я не знаю".
"Хорошо, давайте по-хорошему... Я подписываю наряд, и езжайте на все
четыре стороны, но этого, не сочтите за труд, подбросьте куда-нибудь до
Бережковской набережной, и будем считать вопрос исчерпанным". "Нет, я
отказываюсь, это же человек!" "Человек?!" "Что-о, челове-е-ек?" "Не,
глянь, а нас за людей не считает!" "Девушка, я не знаю, да вы сами не
человек!" "Какой такой человек, что это за разговоры, да кто вы такая?!
Охрана! Охрана!" "Человек, а ты говно его нюхала, этого человека? Нра-
вится, тогда и бери себе!"
Вдруг уничтожилось, остановилось глухо время, пожрала воздух удушли-
вая, воняющая одним мешком пустота. Все кончилось, и нечего было кри-
чать. Доктор ходил еще звонить на станцию, требовать, но ничего не до-
бился и скоро прибежал, серьезный и чужой, прокричав, чтобы бригаду от-
пускали.
Каталку затащили на санобработку в подсобную комнатушку, где торчало
только корыто ванны и все было обложено до потолка скользким кафелем.
Девчушка исчезла, но бродил по приемному водитель, будто потерянный,
выпрашивая под конец униженно у охранников какой-нибудь растворчик от
вшей, чтобы побрызгать в кузове. Охранники его не замечали, даже не от-
вечали, молча опять пьянея, шатаясь по приемному без дела. От нечего де-
лать подняли на ноги санитарку и загуляли.
Так мешок пролежал еще час на санобработке - баба побоялась, что ни-
кого в приемном нет и что указаний никаких от докторов не поступало, и
потому спряталась в комнате отдыха, сидя на кушетке без сна. Приемное
потихоньку заванивало. В часу втором привезли на "скорой" больного с ап-
пендицитом, и доктор, выйдя на осмотр и обнаружив вонь, сказал, чтобы
охрана что-то сделала,н довольно уж тот побыл в тепле, пора и честь
знать. Охранники, которым не хотелось возиться, поступили так, как выку-
ривали порой и отсыпающихся пьяных,н настежь распахнули окна. Мешок все
хрипел. Мороз сковал комнатку, и сколько-то прошло времени, даже мешок



Страницы: [1] 2 3
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ЭТО ИНТЕРЕСНО

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.