read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

ЭТО ИНТЕРЕСНО

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Чарльз ВИЛЬЯМС


СТАРШИЕ АРКАНЫ



Анонс
Сюжет романа построен на основе великой загадки - колоды карт Таро.
Чарльз Вильямс, посвященный розенкрейцер, дает свое, неожиданное толкование
загадочным образам Старших Арканов.

Глава 1

НАСЛЕДСТВО
- ..Законченный Вавилон, - проворчал м-р Кенинсби и потянулся к вечерней
газете.
- А мне казалось, что Вавилон-то как раз и не закончили, - сообщила Нэнси
брату и взглянула на отца - слышит ли он.
Отец промолчал. Только через минуту ему пришла на ум подходящая фраза,
что-нибудь вроде:
"Зато теперь он достиг полного завершения", но что с нее было толку?
Нэнси опять прицепится, да и сынок не упустит случая вставить словечко.
Дети, одно слово. Он перевел взгляд на сестру. Сидит себе у камина, читает,
видите ли. Всем довольна. И что уж она там такого интересного нашла?
- Ну, а ты, Сибил, что поделывала сегодня? - спросил он с фальшивым
участием, а когда сестра подняла голову, сердито отметил про себя, что кожа
у нее словно молодеет с каждым днем.
- Так, кое-что, - отозвалась Сибил Кенинсби. -Прошлась по магазинам,
пирог испекла, погуляла, поменяла книги в библиотеке. А после чая решила
почитать.
- Славный денек, - с непонятной интонацией бросил м-р Кенинсби. Ему очень
хотелось поколебать благодушное настроение сестры, хотя, честно говоря, у
нее другого просто не бывает. У Сибил, похоже, все дни хороши. Он снова
уткнулся в газету. - Кажется, правительство готовит свежие пошлины на
сухофрукты.
Сибил хотела ответить, но раздумала. "Глуповата становлюсь, - подумала
она. - Могла бы и пройтись насчет свежих пошлин и сухих фруктов. Да нет,
просто лень". Вместо нее заговорила Нэнси.
- Опаздываешь, тетя. Ты должна была ответить:
"Цены, наверное, опять вырастут!". А тебе скажут:
"Только они и растут при этом проклятом правительстве!".
- Может быть, ты позволишь мне самому за себя сказать? - проворчал отец.
- Тогда не тяни, пожалуйста. А то как будто похоронный марш из "Саула"
слушаешь . Никак не дождешься, пока кончится, - не сдавалась Нэнси.
- Нэнси опять не ко времени, - тут же ввязался в перепалку Ральф. - Кто
же в наше время ставит такое старье?
- Иди ты к черту! - огрызнулась Нэнси. М-р Кенинсби немедленно поднялся.
- Нэнси, не смей выражаться подобным образом в этом доме, - заявил он.
- Ну и ладно, - Нэнси подошла к окну, открыла его, высунулась наружу и
заявила всему свету - правда, понизив голос и досадуя за это сама на себя:
-Убирайтесь к черту.
Потом, аккуратно прикрыв окно, сообщила отцу:
- Это было не в доме.
- Нэнси, что-то ты сегодня не в духе, - спокойно произнесла Сибил
Кенинсби.
- А хоть бы и так, - не сдавалась Нэнси. - Кто начал-то?
- Не груби тете, - сделал замечание отец. - Она тебе как мать, и она
все-таки хозяйка в этом доме.
- И прочая, и прочая... - Нэнси прорвало. -Она - святая. А я - презренная
тварь и дочь...
Она осеклась, но было поздно. Отец взял газету, у самой двери обернулся и
сухо произнес:
- Сибил, если я буду нужен, то я у себя в кабинете, - и вышел из комнаты.
Ральф ухмыльнулся и подмигнул Нэнси; Сибил внимательно и чуть насмешливо
посмотрела на племянников.
- Какой порыв! - проговорила она, ни к кому не обращаясь, и Нэнси не
сообразила, злиться ей или восхищаться.
- Неужели отец никогда тебя не раздражает? осторожно поинтересовалась
она.
- Нет, моя милая, - безмятежно откликнулась Сибил.
- Неужели ты и на нас никогда не злишься?
- Нет, моя милая.
- Неужели тебя вообще никогда никто не раздражает? - вступил Ральф.
- Конечно же, нет. Какие странные у нынешних детей представления! Почему
я должна раздражаться?
- А вот нас отец еще как раздражает, - подытожила Нэнси. - И я сама не
знаю, когда начну заводиться. Только все равно не из-за нас с Ральфом весь
этот сыр-бор разгорелся. И, между прочим, Вавилонскую башню действительно
так и не достроили.
Сибил Кенинсби снова открыла книгу.
- Нэнси, милая, ты ничего не начинаешь, ты просто встреваешь не к месту,
- проговорила она и опустила глаза на страницу с таким решительным видом,
что Нэнси не осмелилась переспросить, что тетя имела в виду.
Дом затих как и до прихода м-ра Кенинсби, но вскоре тишину нарушил звон
колокольчика. Нэнси помчалась в прихожую.
- Не торопись, Агнес, - звонко окликнула она служанку, - я сама открою.
- Не иначе, как Генри пришел, - заметил Ральф после ее исчезновения. -
Надо полагать, его пригласили на ужин?
- Да, - проговорила Сибил, не отрываясь от книги. Эта манера отвечать
односложно и считать вопрос исчерпанным, словно Сибил вознамерилась
буквально следовать заповеди Христа о досужих разговорах, многим не
нравилась, и Ральф не был исключением. При необходимости тетя умело
поддерживала светскую беседу, а при случае охотно общалась с друзьями, но
вместе с тем спокойно обходилась без множества общепринятых фраз и
любезностей. Это создавало вокруг нее некоторую пустоту; знакомые вдруг
начинали чувствовать, что привычный мир вот-вот рухнет, и они окажутся в
неприятном вакууме.
- Ваша тетушка, - заметил как-то раз м-р Кенинсби, - не любит болтать о
пустяках. А жаль.
Ральф тогда согласился с ним, Нэнси заспорила, и началось одно из тех
бесконечных препирательств, которые так раздражали и одновременно привлекали
отца. Раздражали потому, что задевали его достоинство; привлекали потому,
что по крайней мере напоминали: достоинство у него все-таки есть, раз его
можно задеть. В эти минуты он острее ощущал свою значимость. Еще бы! Он,
как-никак, лицо официальное - попечитель психиатрической лечебницы. Правда,
в глубине души его уже давно мучила мысль - ну и какой толк от его
должности? Ему уже пятьдесят восемь; скоро пятьдесят девять. Конечно, Сибил
старше; ей уже за шестьдесят, и она всем довольна. Наверное, через несколько
лет и он перестанет страдать от своей никчемности. Да, конечно, со временем
и в его душе воцарится мир.
Впрочем, сегодня, сидя в комнате, которая считалась его кабинетом, и
просматривая перед ужином вечернюю газету, он думал не о собственном
предназначении, а об отвратительном поведении Нэнси.
Никакой почтительности, никакой сдержанности, никакой благопристойности,
наконец. Все его старания.., несомненно, она слишком увлеклась.., чересчур
много общалась с этим молодым человеком, Генри Ли.., вот и нахваталась от
него. Последнее время этот Генри что-то зачастил к ним. Но кто кем больше
увлечен или к чему приведет подобное общение этого м-р Кенинсби сообразить
не мог, а на помощь рассчитывать не приходилось. Оставалось утешаться мыслью
о том, что однажды она еще пожалеет... Не станет тогда.., когда совсем
запутается.., и всех запутает.., путаница запутается.., да уж.
Тут в комнату вошла Нэнси, небрежно бросила:
"Эй, старина, послушай-ка...". Да нет, он вовсе не спит; так что незачем
его будить. М-р Кенинсби терпеть не мог, когда его заставали спящим перед
ужином. Может быть, все-таки не заметила... "... Ну и вообще. Может,
поговоришь немного с Генри, пока за стол не садились?".
Если бы он точно знал, насколько далеко зашли извинения дочери, то
сообразил бы, как лучше их принять. Но он прослушал начало, а доказывать
теперь, что не спал, не хотелось. Ничего не оставалось, как не спеша
прокашляться, подняться и величественно молвить:
- И не смей грубить тете. Этого я не потерплю.
Нэнси, сияющая после короткого разговора с Генри и в радостном
предвкушении следующего, обвинений не приняла, кротко заметив, что именно
она назвала Сибил святой, и отец с дочерью мирно вернулись в гостиную.
М-р Кенинсби уже несколько месяцев был знаком с предполагаемым женихом
дочери, но так и не привык к нему. Он знал, конечно, что Генри Ли - молодой
адвокат, пока без практики, но видел в будущем зяте только цыгана,
избравшего почтенную профессию не иначе как с какой-то зловещей целью.
В гостиной ему навстречу поднялся высокий, стройный молодой человек,
темноволосый, смуглый, с яркими, пронзительными глазами и длинными чуткими
пальцами. Мягкий воротничок рубашки походил на шейный платок. "Курятник, - в
который раз подумалось м-ру Кенинсби. - Как раз для Нэнси - лишь бы по
дорогам шляться. У нее самой имя какое-то цыганское. Это мать виновата...".
В именах он чувствовал жутковатую значительность, отчасти потому, наверное,
что самого его назвали Лотэйром. Это отвратительное имя появилось заботами
крестной его отца, богатой старой дамы, испытывавшей страстный восторг перед
лордом Бэконсфилдом. В надежде польстить старой грымзе крестник и назвал
дочь Сибил, а сына - Лотэйр. Хорошо еще, что не Танкредом или Элроем, или,
не дай Бог, Эндимионом. Даже м-р Кенинсби-старший признавал, что сочетание
Эндимион Кенинсби звучало чудовищно. Появлению других персонажей помешали
два обстоятельства: во-первых, крестная оставила политику и ударилась в



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2017г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.