read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Артур Конан-Дойль


Картонная коробка


Выбирая несколько типичных дел, иллюстрирующих
замечательные свойства ума моего друга Шерлока Холмса, я
старался, насколько возможно, отыскать среди них наименее
сенсационные, но в то же время открывающие широкое поле для его
талантов. Однако, к сожалению, совершенно невозможно отделить
сенсационное от криминального, и летописец оказывается перед
дилеммой: он должен либо пожертвовать подробностями,
необходимыми для его отчета, и, следовательно, дать неверное
представление о деле в целом, либо использовать материалы,
которые дает ему не выбор, а случай. После этого краткого
вступления я перехожу к моим запискам о странной и в своем роде
ужасной цепи событий.
Стоял неимоверно жаркий августовский день. Бейкер-стрит
была раскалена, как печь, и ослепительный блеск солнца на
желтом кирпиче дома напротив резал глаза. Трудно было поверить,
что это те самые стены, которые так мрачно глядели сквозь
зимний туман. Шторы у нас были наполовину спущены, и Холмс,
поджав ноги, лежал на диване, читая и перечитывая письмо,
полученное с утренней почтой. Сам я за время службы в Индии
привык переносить жару лучше, чем холод, и тридцать три градуса
выше нуля не особенно меня тяготили. Но в утренних газетах не
было ничего интересного. Сессия парламента закрылась. Все
уехали за город, и я начал тосковать по полянам Нью-Фореста и
по каменистому пляжу Саутси. Однако истощенный банковский счет
заставил меня отложить отпуск, а что касается моего друга, то
ни сельская местность, ни море никак не привлекали его. Ему
нравилось затаиться среди пяти миллионов людей, перебирая их
своими щупальцами и чутко ловя каждый слух или подозрение о
неразгаданном преступлении. Любви к природе не нашлось места
среди множества его достоинств, и он изменял себе лишь тогда,
когда оставлял в покое городского злодея и начинал выслеживать
его деревенского собрата.
Увидев, что Холмс слишком поглощен чтением, чтобы
беседовать со мной, я отбросил скучную газету и, откинувшись на
спинку кресла, погрузился в размышления. Внезапно голос моего
друга прервал их.
-- Вы правы, Уотсон, -- сказал он. -- Это совершенно
нелепый способ решать споры.
-- Совершенно нелепый! -- воскликнул я и, внезапно поняв,
что он угадал мою невысказанную мысль, подскочил в кресле и в
изумлении уставился на него.
-- Что это. Холмс? -- вскричал я. -- Я просто не
представляю себе, как это возможно.
Он от души рассмеялся, видя мое недоумение.
-- Помните, -- сказал он, -- не так давно, когда я прочел
вам отрывок из рассказа По, в котором логически рассуждающий
наблюдатель следит за внутренним ходом мыслей своего
собеседника, вы были склонны рассматривать это просто как tour
de force1 автора. Я же сказал, что постоянно занимаюсь тем же,
но вы мне не поверили.
-- Ну что вы!
-- Возможно, вы не выразили этого словами, дорогой Уотсон, но бровями выразили несомненно. Итак, когда я увидел, что вы отложили газету и задумались, я был рад возможности прочитать ваши мысли и под конец ворваться в них в доказательство того, что я не отстал от вас ни на шаг.
Но я все же далеко не был удовлетворен таким объяснением.
-- В том отрывке, который вы прочли мне, -- сказал я, --
наблюдатель делает свои умозаключения на основании действий
человека, за которым он наблюдает. Насколько я помню, этот
человек споткнулся о кучу камней, посмотрел на звезды и так
далее. Но я спокойно сидел в кресле. Какой же ключ я мог вам
дать?
-- Вы несправедливы к себе. Человеку даны черты лица как
средство для выражения эмоций, и ваши верно служат вам.
-- Вы хотите сказать, что прочли мои мысли по лицу?
-- По лицу и особенно по глазам. Вероятно, вы сами не
можете теперь вспомнить, с чего начались ваши размышления.
-- Не могу.
-- Тогда я скажу вам. Отложив газету -- это и было
действием, которое привлекло к вам мое внимание, -- вы
полминуты сидели с отсутствующим видом. Затем ваши глаза
остановились на недавно вставленном в раму портрете генерала
Гордона2, и по тому, как изменилось ваше лицо, я понял, что
размышления начались. Но они увели вас не очень далеко. Вы
бросили взгляд на портрет Генри Уорда Бичера3, который без рамы



стоит на ваших книгах. Затем вы посмотрели вверх на стену, и
ваша мысль стала ясна. Вы подумали, что, если вставить этот
портрет в раму, он как раз и займет пустое пространство и будет
хорошо сочетаться с портретом Гордона.
-- Вы удивительно проследили за мной! -- воскликнул я.
-- До сих пор я едва ли мог ошибиться. Но тут ваши мысли
вернулись к Бичеру, и вы посмотрели на него внимательно, даже
испытующе. Затем вы перестали щуриться, но продолжали смотреть
на портрет, и ваше лицо стало задумчивым. Вы вспоминали эпизоды
карьеры Бичера. Я прекрасно понимал, что при этом вы не можете
не думать о той миссии, которую он выполнял по поручению
северян во время Гражданской войны, потому что я помню ваше
негодование по поводу того, как его встретили наиболее
нетерпимые наши сограждане. Вы были так возмущены, что,
разумеется, думая о Бичере, не могли не подумать и об этом.
Когда через секунду вы отвели глаза от портрета, я предположил,
что ваши мысли обратились к Гражданской войне, а заметив, как
сжались ваши губы, засверкали глаза, а руки стиснули
подлокотники кресла, я уже не сомневался, что вы в самом деле
думаете о храбрости, проявленной обеими сторонами в этой
отчаянной борьбе. Но затем на ваше лицо снова набежала тень; вы
покачали головой. Вы размышляли об ужасах войны и бесполезных
человеческих жертвах. Ваша рука потянулась к старой ране, а
губы искривились в усмешке -- я понял, что нелепость такого
способа разрешения международных конфликтов стала вам ясна. Тут
я согласился, что это нелепо, и был рад обнаружить, что все мои
заключения оказались правильными.
-- Абсолютно! -- сказал я. -- Но и теперь, когда вы мне
все объяснили, признаюсь, я не перестаю удивляться.
-- Все это было очень поверхностно, дорогой Уотсон, уверяю
вас. Я не стал бы отвлекать этим вашего внимания, не вырази вы
недоверия в тот раз. Но вот здесь у меня в руках задача,
решение которой может оказаться труднее, чем этот маленький
опыт чтения мыслей. Видели ли вы в газете коротенькую заметку
об удивительном содержании пакета, присланного по почте некой
мисс Кушинг на Кросс-стрит, в Кройдоне?
-- Нет, я ничего такого не видел.
-- Так, значит, вы пропустили ее. Бросьте-ка мне газету.
Смотрите, вот тут, под финансовым обзором. Не будете ли вы
любезны прочесть ее вслух?
Я поднял газету, которую он бросил мне обратно, и прочел
указанную заметку. Она была озаглавлена "Страшная посылка".
"Мисс Сьюзен Кушинг, проживающая на Кросс-стрит, в
Кройдоне, стала жертвой возмутительнейшей шутки, если только не
окажется, что это происшествие имеет более зловещий смысл.
Вчера в два часа дня почтальон принес ей небольшой пакет,
завернутый в бумагу. Это была картонная коробка, наполненная
крупной солью. Высыпав соль, мисс Кушинг в ужасе обнаружила два
человеческих уха, отрезанных, по-видимому, совсем недавно.
Коробка была отправлена по почте из Белфаста накануне утром.
Отправитель не указан, и таинственность дела усугубляется тем,
что мисс Кушинг, незамужняя особа пятидесяти лет, ведет самый
уединенный образ жизни и имеет так мало знакомых и
корреспондентов, что очень редко получает что-либо по почте.
Однако несколько лет назад, живя в Пендже4, она сдавала в своем
доме комнаты трем молодым студентам-медикам, от которых была
вынуждена избавиться вследствие их шумливости и распущенности.
Полиция считает, что безобразный поступок, возможно, является
делом рук этих молодых людей, которые имели зуб на мисс Кушинг
и хотели напугать ее, послав ей этот сувенир из анатомического
театра. Некоторое правдоподобие этой версии придает тот факт,
что один из студентов раньше жил в Северной Ирландии, насколько
известно мисс Кушинг, -- в Белфасте. А пока ведется энергичное
расследование, порученное мистеру Лестрейду, одному из лучших
агентов нашей сыскной полиции".
-- С "Дейли кроникл" все, -- сказал Холмс, когда я дочитал
статью. -- Теперь послушаем нашего друга Лестрейда. Утром я
получил от него записку, в которой он пишет:
"Я думаю, что это дело придется Вам очень по вкусу. Мы
надеемся довести его до конца, но у нас возникли некоторые
трудности в связи с отсутствием материала. Мы, разумеется,
телеграфировали в белфастский почтамт, но в тот день было



Страницы: [1] 2 3 4 5 6
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.