read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com

АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.


Юлиан Семенов


Экспансия - III




Юлиан Семенов. Экспансия-III (роман) ("Позиция" #5)


Аннотация

Роман "Экспансия-III" заслуженного деятеля искусств, лауреата
Государственной премии РСФСР писателя Юлиана Семенова является
продолжением романов "Экспансия-I" и "Экспансия-II". Романы объединены
одним героем - советским разведчиком Максимом Максимовичем Исаевым
(Штирлицем). В построенном на документальной основе произведении
разоблачается реакционная деятельность ЦРУ в Латинской Америке в
послевоенный период.
Роман




ШТИРЛИЦ (Барилоче, сорок седьмой)
__________________________________________________________________________
Ну и что, спросил себя Штирлиц, как будем жить дальше? Ты и я, два
человека, существующие в одном и том же обличье, но думающие порой
по-разному, мура собачья, ей-богу. Почему, возразил он себе, прибегни к
спасительному "все разумное действительно", сколько раз тебя выручал
Гегель с его абстрактным, отрешенным от суеты мышлением, выручит и
сейчас...
Двадцать пять лет я не был в России; четверть века, страшно
произнести... Это все ерунда, что я живу ей, грежу ею, изучаю все,
связанное с ее трагической и великой судьбой; я похож на доктора, который
ставит диагноз, наблюдая пациента через толстое пуленепробиваемое стекло.
Я живу здесь, в Барилоче, у подножия Анд, в столице горнолыжного
спорта Аргентины, в семи милях от коттеджей, где обосновались физики, -
среди них есть местные, родившиеся в этой прекрасной стране, есть
эмигранты, сбежавшие от гитлеровцев, а есть нацисты, те, которые работали
в исследовательских институтах рейха; истинный ученый похож на зрячего
слепца, он одержим своей идеей, он редко задумывается над тем, кто
воспользуется его идеей, сделавшейся хиросимской явью; всю свою историю
человечество пугалось шагать во тьму неизведанного и все же - шагало...
Что же, спросил он себя, да здравствует инквизиция, которая хотела
удержать мир от знаний?! Бред, ужас какой-то...
Я живу здесь уже четыре месяца, без связи с Роумэном, учу веселых
аргентинцев кататься на "росиньолях" по бело-голубым снежным полям,
которые становятся синими, ледяными в середине июня, когда зима
окончательно вступает в свои права, метут вьюги, ломко стреляют искры в
каминах пансионатов, что открыли вокруг подъемников австрийцы из-под Линца
и баварцы; ленится белое пиво, девушки в красных фартучках, тихо звучат
песенки, привезенные из Тироля, мистерия какая-то...
За это время я заработал триста сорок два доллара; от того, что мне
дал Роумэн при расставании в Мадриде, осталось сто сорок семь; на кофе и
сандвичи хватит, весну и лето переживу, в конце концов, можно попробовать
увлечь приезжающих сюда на отдых толстосумов туристскими маршрутами в Чили
- через горы. Ладно, пройдет еще полгода, а что дальше? Я узнал, где здесь
живет Риктер, когда он приезжает сюда из Кордовы, Байреса или Мар дель
Плато, - а что дальше? Я не готов к решающей беседе с ним, нужны данные от
Пола, а их нет. Я не приблизился ни на шаг к тайне атомной бомбы, которую
клепают здесь, совсем рядом, на острове Уэмюль мои бывшие товарищи по
партии, я не узнал ничего нового о тех, кто являет собою затаенную
структуру нацизма в Латинской Америке, - зачем же я здесь? Во имя чего?
Ты здесь во имя того, ответил он себе, чтобы сделать то, чего ты не
имеешь права не сделать. Мужчина - это добытчик. Нельзя возвращаться с
пустыми руками, грешно приходить домой с пустыми руками.
А ты уверен, что тебя там ждут? Он часто слышал в себе этот вопрос, и
звенящая пустота, которая рождалась в нем после того, как звучали эти
треклятые слова, была самым страшным мучением, потому что, давно привыкший
к постоянному диалогу с самим собою, на этот раз он не знал, что ответить,
а лгать - не хотел или, точнее, не мог уж более.
...Штирлиц поднялся с деревянной лесенки, что вела на второй этаж
домика, где Отто Вальтер держал свою прокатную станцию - горные лыжи,
ботинки, куртки, перчатки, очки и шлемы, - застегнул куртку (с Анд



в а л и л и снежные сине-черные облака) и пошел в бар к Манолетте; старик
славился тем, что делал сказочный кофе, лучший, чем итальянский
"капуччини": сливочная пена сверху и обжигающе горячая крепость на донышке
толстой керамической чашки.
У Манолетте было тихо и пусто; в печке, сделанной, как и все в
Барилоче, на немецкий манер, огонь алчно ломал поленца; старик стоял,
прижавшись к теплым изразцам спиною, и лениво следил за большой мухой с
зеленым брюшком, медленно летавшей вокруг настольной лампы, что стояла на
баре.
- Нет, ты только погляди на нее, - изумленно произнес Манолетте, -
вот-вот ударят холода и все занесет снегом, а эта мерзавка не сдается...
Остальные сдохли - куда более здоровые, - а зеленобрюшка все летает и
летает...
- Остальные уснули, - возразил Штирлиц. - Они засыпают на зиму. А
весной оживают.
- Темный ты человек, Максимо, сразу видно - из Испании, там школ мало
и ботанику не учат... Если бы все мухи засыпали на зиму, а весной
просыпались, то мы бы стали планетой мух, а не людей.
- А может, мы и есть такая планета? - Штирлиц пожал плечами. - Ну-ка,
угости меня кофе, дружище...
- Я угощу тебя кофе, а ты позвони-ка своему патрону, он тебя ищет.
- Приехали какие-нибудь буржуи? - спросил Штирлиц. - Не терпится
встать на лыжи? Схватить снежного загара?
- Этого он не говорил, - ответил Манолетте и отошел от печки. -
Хочешь выпить?
- Мало ли чего я хочу...
- Я угощаю.
- Тогда не откажусь.
- Чего тебе налить? Бренди? Или виски?
- Налей виски.
- С водой?
- Нет, чистого, безо льда.
- Здесь у всех ломается настроение, когда с Анд валятся снеговые
облака, Максимо. Сколько лет я здесь живу, а все равно не могу привыкнуть,
тоска какая-то, безнадежность, мрак...
Штирлиц положил мелочь на медный поднос, что стоял возле телефонного
аппарата, набрал номер своего х е ф е Отто Вальтера; старик лежал третий
день без движения - скрутило бедолагу; как подняло в воздух под Седаном, в
семнадцатом, так и ломает каждый год, несмотря на то что с двадцать
девятого живет здесь; врачи порекомендовали "сменить обстановку",
психический стресс был слишком сильным; повлияло на него и то, что лежал
он в госпитале - койка к койке - с ефрейтором Адольфом Гитлером, -
остановившиеся серо-голубые глаза, тяжелый, немигающий взгляд и давящий
поток слов, вроде бы совершенно логичных, ладно поставленных одно к
другому, но - если долго вслушиваться - больных, безнадежная паранойя, но
при этом угодная несчастным людям, а сколько их тогда было в Германии?!
После ноябрьского путча Гитлера, когда люди на улицах сострадали
арестованному герою войны, рискнувшему сказать нации правду, после его
"Майн кампф", после того, как он стал фюрером, Отто продал дом в
Зальцбурге и уехал за океан, поняв, что рано или поздно Гитлер добьется
своего, страна п р о г н и л а, гниющей падали был необходим стервятник со
стылыми, безжизненными глазами.
- Послушай, Макс, - сказал Вальтер слабым голосом (очень любил
болеть, обожал сострадание, даже при пустяковом насморке просил нотариуса
проверить завещание, уверял, что начинается менингит, отчего-то именно эта
болезнь казалась ему фатальной), - на этот раз меня крутит как-то
по-особому. Постоянное удушье, знаешь ли... Рикардо Баум, верный дружок,
советует обратиться в клинику Фогеля, в Байресе... Так что на это время
вместо меня останется Ганси...
- Кто это? - спросил Штирлиц, сразу же перебрав в памяти всех тем
немцев и австрийцев, с кем Вальтер поддерживал отношения. - Какой Ганси?
Шпрудль?
- Нет, нет, он приехал неделю назад, из Вены... Ты его не знаешь...
Его прислал мой двоюродный брат, какой-то дальний родственник, просит
поддержать... Ты его введи в курс дела и помогай, как мне... Наш с тобой
контракт остается в силе, он будет платить тебе по-прежнему, я уже отдал
все распоряжения... Если со мной что-нибудь случится, возьми себе мои
"росиньоли" и ботинки девятого размера... И новые перчатки, которые я
получил из Канады... Это мой тебе подарок за добрый и честный труд,
Макси...
- У вас простуда, - сказал Штирлиц, зная, что этим он обижает
хозяина. - Обычная простуда. Выпейте горячего чаю с медом и водкой,
снимет, как рукой, господин Вальтер.
- Я думал, что жестокость свойственна только молодым, - вздохнул
Вальтер. - Бог с тобой, я не сержусь...



Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2016г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.