read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



фиолетовые платья и не надевала никаких украшений, кроме узенького перстня.
Который носила на среднем пальце. Моя старшая сестра Ута сказала мне
однажды, что на кристаллике, вделанном в этот перстень, записан голос
дедушки, когда тот еще жил, был молод и любил бабушку. Это меня тронуло до
глубины души. Однажды, играя, я незаметно приложил ухо к перстню, но ничего
не услышал и пожаловался бабушке, что Ута сказала неправду. Та, смеясь,
пыталась уверить меня, что Ута говорила правду, а когда увидела, что я все
же не верю, поколебавшись немного, вынула из своего столика маленькую
коробочку, приложила к ней перстень, и в комнате послышался мужской голос. Я
не понял того, что он говорил, но был страшно доволен и очень удивился,
увидев, что бабушка плачет. Подумав немного, я тоже заплакал. Тут вошла мама
и застала нас обоих в горьких елезах.
При жизни дедушки (это было еще до моего рождения) бабушка занималась
разработкой проектов и моделей женских платьев. После его смерти она
перестала работать и переехала к своему младшему сыну - моему отцу. От
прежних лет у нее остались кипы папок с рисунками платьев. Я любил их
рассматривать - ереди них попадалось много удивительных, оригинальных
рисунков. Время от времени бабушка придумывала какое-нибудь платье маме, ее
сестрам, а иногда и себе. Это обычно было модное платье, из материала,
менявшего цвет и рисунок в зависимости от температуры воздуха. Я смеялся до
слез, пытаясь угадать, какого цвета будет материя и какой на ней появится
узор, если ее разостлать на солнце.
Отец мой был врачом, и ему приходилось отлучаться из дому в любое время
дня, а иногда и по ночам. Его любимым местом отдыха была веранда, где он
лежал, всматриваясь сквозь цветные стекла в облака. При этом он тихо
улыбался, как будто его радовала изменчивость их очертаний. Когда я играл
около дома, он иногда подходил ко мне, рассматривал с высоты своего роста
мои постройки из песка и потом молча удалялся. За столом он всегда был
немного рассеян, поэтому маме и бабушке часто надо было повторять слова, с
которыми они обращались к отцу; когда же собиралось более многочисленное
общество, например когда к нам приезжали его братья, он предпочитал не
говорить, а слушать других. Только однажды он удивил и даже напугал меня. Не
помню точно, при каких обстоятельствах я увидел по телевизору, как папа
оперирует больного. Меня немедленно удалили из комнаты, но у меня в памяти
запечатлелся какой-то страшный пульсирующий, кровавый предмет и над ним лицо
отца с мучительно напряженным взглядом.. Эту сцену я потом часто видел во
сне и боялся ее.
Отца по вечерам навещали его братья. Иногда они собирались все вместе -
это называлось "заседанием семейного совета" - и сидели до поздней ночи в
столовой под большим лилиодендроном, осенявшим их своими широкими листьями.
Я никогда не забуду своего первого выступления на этом совете. Однажды,
проснувшись среди ночи, я со страху начал плакать. Никто не приходил, и я в
отчаянии бросился бежать по темному коридору в столовую. Мамы в комнате не
было; мне захотелось влезть на колени к дяде Нариану, который сидел ближе
всех. Но, когда протянутые мной руки, как через воздух, прошли сквозь фигуру
дяди, я в ужасе, с отчаянным криком бросился к отцу. Подхватив на руки, он
долго успокаивал меня:
- Ну, ну, сынок, нечего бояться. Дяди Нариана в действительности здесь
нет: он у себя дома, в Австралии, а к нам пришел лишь с телевизитом. Ты ведь
знаешь, что (такое телевизор? Вот он, на столике. Когда я его выключу, то
дяди не будет видно. Вот - трак! - видишь?
Отец считал, что, если подробно разъяснить ребенку суть непонятного
явления, у него пропадет страх. Однако должен признаться, что до четырех лет
я не мог освоиться с телевизитами дядей, из которых Нариан жил в Австралии,
близ Канберры, Амиэль - за Уралом, а третий, Орхильд, - иногда в Трансваале,
а иногда - на южном склоне лунного кратера Эратосфен. Он был инженером и
выполнял какие-то крупные работы в межпланетном пространстве. Четвертый,
старший из братьев, Мерлин, жил на Шпицбергене, всего в тысяче трехстах
километрах от нас, и еженедельно по субботам являлся к нам собственной
персоной.
Теперь я должен рассказать вам об одном семейном предании, сочиненном
дедом и переходившем от одного поколения нашей семьи к другому. Моя бабушка
при всем богатстве ее ума и сердца отличалась исключительной рассеянностью,
что причиняло ей немало огорчений. Дедушка - не знаю, хотел ли он утешить
бабушку или сам действительно верил в то, что говорил, - утверждал, что
рассеянными бывают только талантливые художники. Исходя из этой теории,
бабушка с дедушкой ждали, что у кого-нибудь из их детей обязательно
проявятся выдающиеся способности художника, а когда эта надежда не сбылась,
дедушка внес в свою теорию поправку: способности передаются через поколение,
великими художниками будут не дети, а внуки.
Однако мои сестры не оправдали этого ожидания. Брат уже с детских лет
питал особое пристрастие к технике. У нас на крыше и до сих пор сохранилась
сконструированная им "воздушная кровать" - система вентиляторов,
выбрасывающих вверх такую сильную воздушную струю, что она свободно могла
держать на весу тело человека. Свои изобретения брат испытывал на мне,
впрочем без большого желания с моей стороны: висеть в объятиях воздушной
струи, имевшей силу урагана, было нелегко и не позволяло не только отдыхать,
но и просто дышать. Было ясно, что мой брат станет изобретателем.
Разочарованная бабушка решила, что художником - теперь уж наверное - будет
самый младший из внуков, то есть я. Поэтому, хотя я и доставлял родителям
немало забот, мне сходили, с рук многие проделки, за которые другой получил
бы подзатыльник.
Когда мне исполнилось три года, меня привели на склад игрушек; я этого
события не помню, но слышал рассказы о нем неоднократно. Ошеломленный
огромным количеством сокровищ, которые могли быть моими, я бегал по
зеркальному залу, хватал все, что попадалось под руку - модели ракет,
воздушные шары, радиоволчки, куклы, - и не только не мог расстаться ни с
одной из этих прекрасных игрушек, но набирал все новые. Наконец я с криком и
гневными слезами упал под бременем своего богатства. Бабушка начала что-то
говорить об импульсивном темпераменте артистов и художников, но точка зрения
отца была более прозаичной:
- Мальчишка просто дик, потому что вырос в лесу.
Высказав этот взгляд, он повернулся ко мне и полусерьезно сказал:
- Если бы ты родился в древности, то стал бы пиратом или
конквистадором.
Как я уже говорил, остальные дети в нашей семье были значительно старше
меня. Я еще только начинал читать по слогам, когда обе мои сестры окончили
курс метеотехники. Старшая, Ута, как-то рассказала мне о чудесных
возможностях ее профессии: когда она дежурила на местной климатической
станции, от нее зависела хорошая погода.
- А если бы ты не пошла на дежурство, что бы тогда было? - спросил я
ее.
- Тогда не было бы никакой погоды.
Не знаю почему, но из этого разговора я сделал вывод, что от Уты
зависит не только погода, но и вообще существование мира. Будучи уверен,
что, если бы не Ута, с миром произошло бы нечто ужасное, я преисполнился
уважением к сестре. Но вскоре она подарила мне прибор "Молодой метеотехник",
при помощи которого я мог управлять движениями небольшой тучки. Тут во мне
проснулись смутные подозрения. Я хитро выспросил, зависит ли от сестры еще
что-нибудь, кроме движения туч и ветра. Не догадываясь, о чем идет речь, она
сказала, что не зависит, и потеряла в моих глазах авторитет могущества.
- Да-а? - протянул я. - Тогда знаешь что? Метеотехника никому не нужна.
Не знаю, как вам, женщинам, - великодушно добавил я, - но нам, мужчинам, как
раз нужны бури, ураганы, вихри, а не какой-то искусственный сладенький
климат.
Брат, который учился уже в четвертом классе, относился ко мне
пренебрежительно. А мне было шесть лет, и я горел неугасимой жаждой
приключений. В Меорию, во дворец детей, меня, как слишком маленького, еще не
пускали одного, хотя от нас до города было недалеко, а давали в провожатые
старшего брата. Он с презрением относился к инсценировкам сказок и, когда на
сцене происходили неслыханные чудеса, насмешливо подсказывал мне шепотом на
ухо, как развернутся дальнейшие события. Меня это очень огорчало.
Бывая в Меории, я останавливался у витрины каждого автоматического
магазина. Особенно сильно меня привлекали склады игрушек и кондитерские. Я
спрашивал маму, могла бы она взять себе все торты и все чудесные вещи,
выставленные в витринах.
- Конечно.
- Почему же ты не берешь все?
Мама смеялась и говорила, что "все" ей не нужно. Этого я не мог понять.
"Вот вырасту, - мечтал я, - тогда возьму себе и игрушки, и торты, и
вообще все. У меня будет целая ванна крема!"
Однако прежде надо было вырасти, и я всеми силами старался ускорить
этот процесс. Поэтому, когда ничего особенного не предстояло, я с
удовольствием уходил пораньше спать.
- И не стыдно тебе, такому большому мальчику, забираться засветло в
постель? - спрашивала мать.
Я хитро помалкивал: мне-то было известно, что во сне время проходит
быстрей, чем наяву.
На восьмом году я впервые попытался навязать свое мнение близким. Тогда
у нас обсуждался вопрос о том, как отметить приближавшийся день рождения
отца.
Вычитав в книгах что-то о древних властителях, я предложил построить
отцу королевский дворец, Надо мной посмеялись, и тогда я решил выполнить
этот план своими силами. Мама попыталась втолковать мне, что отцу дворец не
нужен.
- У него не было времени думать о дворце, - возразил я, - однако он,
наверное, обрадуется, когда у него будет дворец.
- Да нет же. Подарок не должен быть ни слишком маленьким, ни слишком
большим. Давным-давно, в древности, существовал обычай дарить друг другу
различные вещи, но теперь их дарят только детям, так как каждый взрослый



Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.