read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



- Да выйди, посмотри... Тут корреспондент из газеты лейтенанта ищет и хочет с тобой познакомиться! - гаркнула у меня над ухом тетка Фекла, так что я вздрогнул.
Заросли крапивы снова пришли в движение, и теперь это движение было направлено в нашу сторону.
- Щас он выйдет, - удовлетворенно проговорила похитительница участковых. - Он очень умный, так что ты не вздумай с ним сюсюкать и коверкать его... имя. Он этого не любит.
- Что, и тяпнуть может, если я его Кушечкой назову?.. - нервно пошутил я.
Тетка бросила на меня укоризненный взгляд и не совсем понятно пробормотала:
- Тяпнуть, может, и не тяпнет, а вот пришкварить вполне может...
Между тем тот, кто прятался в зарослях крапивы, приблизился совсем близко к вытоптанному пятачку около двери и, на мгновение задержавшись, выбрался наконец на открытое пространство.
Это была здоровенная, выше моего колена, гладкошерстная псина непонятной породы со странно толстыми, когтистыми лапами, плоской головой, украшенной маленькими стоячими ушками и несуразно толстым, словно бы негнущимся хвостом. А кроме того, в это ясное прозрачное солнечное утро ее было до странности плохо видно, как будто между моими глазами и телом собаки вдруг встало горячее марево, искажающее, заставляющее трепетать... но не все, что располагалось за ним, а только изображение этой самой собаки. Ведь заросли крапивы позади псины я видел совершенно отчетливо.
Видимо, это мешающее мне марево заставило меня прикрыть глаза и тряхнуть головой в попытке прояснить свое и без того прекрасное зрение. Когда я открыл глаза и снова посмотрел на собаку, то вместо долговязого пса увидел... "...Змея Горыныча карликовой породы..."!
В двух шагах от меня, раскорячившись на четырех толстых лапах, стоял трехголовый дракон метрового роста! Он был серо-зеленого окраса и потому здорово сливался с окружающей пыльной растительностью, так что рассмотреть его в деталях было довольно трудно. Но, сами понимаете, отличить собаку, даже самую большую, от дракона, даже самого маленького, я был еще в состоянии. Тем более что во рту у меня с утра даже кружки пива еще не было!
С минуту мы рассматривали друг друга - я его, по-видимому, совершенно очумевшими, выпученными глазами, а он меня тремя парами холодных черных бусин, состоявших, казалось, только из зрачков. И в этот момент за моей спиной раздался довольный бас тетки... Бабы Яги:
- Ну и как тебе нравится мой пес?!
Я попытался сглотнуть, но мне это не удалось - горло было совершенно сухим. Обернуться я тоже не мог, поскольку мой взгляд был буквально прикован к трехголовому "змеенышу".
А тот, продолжая рассматривать меня двумя головами, поднял третью и, посмотрев мне через плечо, неожиданно высоким голоском просипел:
- Ты кого привела?! Он же меня видит!..
- Не может быть! - ахнула у меня за спиной Баба Яга. - Что ж теперь делать?!
- И к тому же он из газеты! - просвистел "змееныш", и в его свисте послышалась ярая ненависть. - Теперь нам совсем житья не будет!
- Что ж делать-то?! - повторила Баба Яга.
- Что делать, что делать, - раздраженно просвистел дракон-недомерок. - Да спрятать его!..
- Да куда ж его спрячешь?!
- Куда, куда!.. Туда же, куда и первого!..
Внутри у меня все похолодело, я мгновенно представил себе заголовок на первой полосе моей родной газеты: "Наш специальный корреспондент во время выполнения служебного задания был заживо съеден Змеем Горынычем".
Позади меня послышался неразборчивый, но явно протестующий вопль Бабы Яги, но в этот момент все три пары черных драконьих глаз вдруг вспыхнули зеленым огнем, превратившись в лучащиеся изумруды. Глаза мои закрылись, ноги стали ватными и подогнулись, а мое мгновенно обессилевшее тело медленно опустилось в пыль у порога квартиры номер два, дома номер два, по улице Второй Вагонной...

ГЛАВА 2

Если в детстве вам читали волшебные сказки, а в юности вы полюбили фэнтези, можете считать себя готовым оказаться в любой, самой невероятной ситуации, в самом невозможном окружении, в самом сказочном мире...

Нет, я не потерял сознание, хотя на мгновение мне показалось, будто бы я проваливаюсь сквозь землю. Во всяком случае, в тот момент, когда я по всем законам физики должен был ткнуться носом в утрамбованную почву, перед моими глазами взметнулась какая-то пыльная серая пелена, отделившая меня на мгновение от окружающего мира. Уже в следующую секунду я увидел перед своими глазами стебли густой травы и понял, что упал очень удачно, поскольку не только ничего не повредил в своем хрупком организме, но вполне способен вновь принять достойное вертикальное положение.
- Ну, гражданка, правду написал про вас Макаронин... - ворчливо начал я, - КПЗ по вам с вашей собакой плачет!..
И тут же замолчал. Жирная, коротенькая травка, торчавшая из земли перед самым моим носом, была сочного синего цвета. Несколько секунд я тупо разглядывал это чудо природы, а потом медленно поднялся на ноги и огляделся.
Ни самой Бабы Яги, ни ее драконовидной собаки рядом со мной не было, как не было заросшего крапивой двора дома номер два, самого дома и Второй Вагонной улицы.
Я стоял посреди небольшой полянки, покрытой густой короткой травкой. Полянку окружал высокий светлый лес, тихий, приветливый, пронизанный горячими солнечными лучами. Листва на стройных, уносящихся в небо деревьях была того же интенсивно синего цвета, что и трава, на которой я стоял.
"Куда же эта зверюга меня зашвырнула?" - подумал я, и тут же получил ответ от своего подсознания: "Куда, куда - туда же, куда и первого!.." И знаете, эта подсказка меня ужасно обрадовала. Видимо, в силу своего гуманитарного образования я не задумался о том, каким образом и в какое место этот драконий недомерок меня перебросил. А в силу неумеренной любви к сказочной фантастике, без особой паники лицезрел местную, необычного цвета растительность. Правда, мелькнула у меня мыслишка насчет чернильных дождей, но я быстренько ее отбросил, поскольку стволы у видневшихся деревьев были привычного серовато-коричневого оттенка.
Заставив себя не обращать внимание на необычный окрас травы, я внимательно осмотрел поляну. Густая трава, напоминавшая плотный коверный ворс, была примята еще в одном месте, и от этого места в сторону опушки вела явно притоптанная полоса. За четыре дня, прошедшие с момента исчезновения старшего лейтенанта, травка, конечно, немного выпрямилась, но следы были видны достаточно отчетливо. Вот по ним я и двинулся.
Едва я вступил под деревья, как меня мгновенно окутала прохлада, настоянная на древесной прели и чистой росе. Воздух, казалось, можно было черпать пригоршнями и пить, словно ключевую воду. Под ногами мягко пружинила плотная иссиня-черная подушка опавшей листвы, причем чувствовалось, что под верхним, сухим слоем лежит уже перегнивший толстый пласт.
И тут во мне возникло странное, никогда ранее не испытанное чувство. Мне вдруг показалось, что... что все вокруг наполнено... пропитано какой-то всемогущей, всесокрушающей силой, и что я... могу приказывать этой силе, и что она мне, безусловно, подчинится! Я вдруг почувствовал, что... я все могу. Абсолютно все! Казалось, что стоит мне пошевелить пальцем или произнести одно короткое слово и в ту же секунду исполнится любое мое самое невероятное желание!..
От неожиданности этого ощущения я даже замер и в тот же момент понял, что меня окружает совершенно ненормальная тишина. На европейской части России не бывает такой тишины, всегда можно услышать тарахтенье трактора, урчание автомобиля, перестук поезда или приглушенный рев пролетающего самолета. А тут - абсолютная тишина! Словно вся окружавшая меня природа замерла, с трепетом ожидая моего слова или жеста!
Но я не знал, какое слово надо сказать, какой жест необходимо изобразить, и потому смог лишь беспомощно оглядеться.
В ту же секунду мое необыкновенное ощущение всемогущества исчезло, а я вдруг понял, что иду, как говорится, куда глаза глядят, поскольку вместе с травкой на поляне кончились и оставленные на этой травке следы.
Я, было, решил вернуться, но затем сообразил, что ничего нового на поляне не найду, и потому двинулся вперед, рассчитывая на удачу и на то, что лес скоро кончится, я повстречаю местных жителей и разузнаю, куда делся мужик в форменной одежде, вышедший из этого леса дня четыре назад.
Шагал я не торопясь и в то же время довольно быстро. Сам процесс пешего передвижения доставлял мне огромное удовольствие. Гниющая листва под подошвами моих кроссовок едва слышно что-то нашептывала, но я не прислушивался к этому шепоту, и, как оказалось, напрасно. Когда я наконец захотел услышать этот шепот, то сразу понял, что воспринимаю его, как тихую связную речь, вот только многое в ней мной было уже пропущено. Однако и то, что я услышал, было весьма интересно.
- ...чуден... - шепнуло из-под моей правой ноги.
- Чуден, - согласились из-под левой.
- Откуда он... - из-под правой.
- ...взялся? - из-под левой.
Я напряг слух и постарался мерно переставлять ноги, боясь, что если собьюсь с шага, прекратится и этот шепоток. У меня не появилось мыслей о том, что с моей головой что-то не в порядке, слишком связным, хотя и не совсем понятным был последовавший диалог.
- Надо бы сообщить...
- Да я уже отправил весть...
- И что?..
- Его встретят...
- А кто?
- Наверно, сам...
- Чуден...
- Чуден. Шагает по лесу без оружия...
- Не воин...
- Может, маг?..
- Не похоже... Запах вроде не тот...
Впрочем, сказано было не "запах", а какое-то другое, непонятное мне слово.
- Как можно залезть в чащу совершенно без прикрытия, а если волкодлак навстречу или, того хуже, потерянная тень?..
- Ну, это ты напрасно, потерянных теней в нашем заповеднике не осталось, Маулик их всех вывел.
Этому ответу явно не хватало уверенности, что и подтвердила следующая фраза разговора:
- Если они нам больше не попадаются, это не значит, что их больше нет. Просто прячутся хорошо. Как ты думаешь, что увидел тот чудак с крылышками на плечах, что задал такого стрекача?
- Да! Сам Маулик, говорят, не смог его догнать!
- Ну, Маулик вряд ли за ним гонялся... Кто ж от Маулика убежать сможет?..
- Но бежал он здорово, даже свой шлем потерял...
- Ха, шлем из тряпки!.. Ну кто видел такие доспехи?!
Видимо, этот возглас был несерьезен, потому что в ответ тут же прошелестело наставительно:
- Если сквот вооружен боевой дубинкой, то на голове у него должен быть шлем!..
Наставление, судя по всему, не понравилось первому, потому что тот сразу перевел разговор на другое:
- Ну, у этого ни дубинки, ни шлема...
- Ага, и одежка какая-то странная... Ни камзола, ни плаща... а штаны-то, штаны!.. Представляешь, сколько времени надо, чтобы построить такую одежду... А на ногах-то, на ногах-то что!
Я невольно опустил глаза, чтобы посмотреть, что же это у меня такое на ногах. Но ничего особенного не заметил - ну джинсы, ну носки, ну кроссовки. Ну и что?! Однако этот мой взгляд не прошел незамеченным.
- Глянь-ка, он нас слышит!..
- С чего ты взял? Не может он нас слышать! Сквоты не слышат фейри, если те обращаются не к ним... И не видят.
- А если... Если это этот... ну, кто-нибудь другой?!
- Опять ты со своими легендами! Ну кто другой?! Кто, говори! - Шепоток звучал насмешливо, и в то же время в нем сквозила неуверенность и страх.
- А что, по-твоему, легенды врут? Тогда вспомни, как побежал тот сквот с дубинкой, может сквот бегать с такой скоростью?..
Несколько шагов меня сопровождала тишина, едва разбавленная тихим бессловесным шорохом листьев под ногами. А затем разговор возобновился.
- Ну, этот-то точно сквот... - раздалось из-под моей правой ноги, впрочем, без особой уверенности.
- А давай попробуем его напугать. И посмотрим, как он бегает... - быстро предложили из-под левой.
- Ага! А потом Маулик нас напугает и посмотрит, как мы бегаем! - немедленно остудили экспериментаторский пыл из-под правой. - И потом, нам сказано - наблюдать и докладывать, вот и будем наблюдать и докладывать!
И снова наступило молчание. Мне нестерпимо хотелось спросить, кто такие сквоты и почему они бегают как-то по-особенному, однако я понимал, что вряд ли получу ответ.
Лес между тем загустел. Появился какой-то черный, лишенный листвы подлесок, цеплявшийся за джинсы и куртку нехорошими колючками. Едва заметная тропинка, на которую я выбрался около часа назад, стала медленно, но неуклонно забирать вверх, на полого поднимавшийся холм. Внезапно резко стемнело, как будто перед грозой, однако небо оставалось чистым.
Тропинка как раз огибала огромный, страшный, ползучий куст, усаженный двухсантиметровыми стальной твердости колючками, так что мое внимание было полностью поглощено необходимостью уберечь свою одежду от этого неизвестного мне представителя флоры. А когда я миновал злосчастный куст и поднял глаза, то увидел, что посреди тропы, перегораживая мне дорогу, стоит темная высокая фигура, укутанная с головы до пят в какую-то бесформенную одежду типа свободного плаща с капюшоном. Ни одного цветного пятна не оживляло ее черноту, и только из-под надвинутого капюшона, в том месте, где на лице должны располагаться глаза, слабо тлели два багровых уголька.
Фигура была совершенно неподвижна и тем не менее излучала некую угрозу. Я по инерции последний раз шаркнул подошвой по палой листве и услышал из-под нее слабый шепоток:
- А вот и Маулик. Ну, сейчас начнется...
Невольно бросив быстрый взгляд себе под ноги, я увидел, как из-под моей правой ноги в тень придорожного куста порскнул небольшой зверек... Нет, скорее это был крошечный человечек! Во всяком случае, передвигалось это существо на двух нижних конечностях и при этом нелепо размахивало двумя верхними. Оно было покрыто серовато-бурым мехом, который на крохотной голове приобретал вид стоящего торчком зеленоватого хаера. В самый последний момент перед тем, как эта крохотуля исчезла за кустом, я разглядел, что на ней было надето что-то вроде коротеньких штанишек или семейных трусиков. Это стало последней каплей, и я истерично расхохотался.
Не могу с точностью сказать, сколько времени я веселился, но этот смех, наверное, спас мой рассудок. Подумайте сами - повстречать посреди областного города малорослого Змея Горыныча, затем неизвестно каким образом оказаться в незнакомом синем лесу, затем выслушать непонятный диалог собственных стареньких кроссовок, затем узреть какого-то средневекового монаха с багровыми фонариками вместо глаз и в заключение обнаружить... мышь величиной с зайца в трусах и с зеленым хаером на голове, улепетывающую на задних лапах! Представьте себя на моем месте, и я не сомневаюсь, что вы немедленно отправитесь на консультацию к психиатру!
Когда я отсмеялся, моя нервная система худо-бедно пришла в норму. Вернее, я просто махнул на себя рукой, но мне стало интересно досмотреть этот бред до конца. Потому я снова поднял глаза на стоявшую неподвижно фигуру и с неожиданным высокомерием спросил:
- Может быть, вы все-таки меня пропустите?.. Ответа я не получил и через пару секунд молчания иронично поинтересовался:
- Ты живой или как?..
И снова последовало молчание. Впрочем, не знаю каким образом, но я почувствовал, что угроза, исходившая от этой фигуры по-первоначалу, стала быстро исчезать. На ее место приходила некая заинтересованность. Темная фигура даже вроде бы слегка наклонила свою голову, как будто разглядывая меня с неким интересом. Тогда я снова решился на еще один вопрос:
- Прошу прощения за назойливость, но, может быть, вы подскажете мне, как добраться до ближайшего населенного пункта?
Однако фигура снова промолчала.
Подождав с минуту, я пожал плечами и начал прикидывать, с какой стороны мне лучше обойти этого... "черного монаха", но тот неожиданно повернулся ко мне спиной и медленно поплыл над тропой прочь от меня. Я уже было обрадовался, что меня наконец пропустили, и вдруг явственно услышал, как мне предлагают следовать за моим новым глухонемым знакомцем. Хотя сказать "услышал" было бы большой натяжкой, скорее я почувствовал этот приказ каким-то новым, доселе неведомым мне образом.
Я еще раз пожал плечами и двинулся следом, решив, что, в конце концов, лучше иметь хоть какого-то проводника, чем бродить по незнакомому лесу в одиночку.
Следуя за своим неразговорчивым проводником, я прошагал еще около получаса. Лес становился все более темным. Холодало. Видимо, в этой местности наступал вечер.
Фигура, молчаливо плывшая в пяти шагах впереди меня, неожиданно остановилась. Тропу в этом месте перегораживал здоровенный темно-серый валун. Я тоже притормозил, не желая наступать на подол черного плаща. Мой проводник обернулся ко мне и еще раз бросил в мою сторону настороженный багровый взгляд. Затем он снова повернулся к камню и неожиданно произнес, нет, пропел, несколько слов на совершенно непонятном мне языке. Валун дрогнул и, сминая траву, медленно откатился вбок, открывая темный вход в подземелье. Мой провожатый не оглядываясь шагнул в темноту открывшейся пещеры, а я, как привязанный, плохо понимая, что делаю, двинулся за ним следом.
Не сделав и пяти шагов по плотно утрамбованному песчаному полу, я услышал, как за моей спиной раздался тихий шорох, и понял, что валун встал на свое место, отгородив меня от мира. В подземелье сразу наступила полная темнота, однако заблудиться здесь было невозможно, потому что подземный ход, по которому я медленно двигался, был достаточно узок и не имел ответвлений. Я не торопился, опасаясь натолкнуться в темноте на своего провожатого, а этого мне почему-то очень не хотелось. Впрочем, мои глаза достаточно быстро привыкли к темноте и я стал различать сгусток черноты, плывший впереди, а затем и небольшие, странно мечущиеся тени между мной и моим провожатым.
Видимо, темнота обострила мои чувства, потому что я отчетливо слышал тихое перешлепывание быстрых шажков, еле различимое сопение и пыхтение, иногда раздавалось хихиканье и перешептывание. Я ощущал странные ароматы, плывшие мимо и дразнившие меня своей неуловимостью, - ни один из запахов мне не удалось узнать, хотя среди них было и что-то цветочное, и нечто напомнившее мне кухню. В какое-то мгновение моего носа коснулось страшное зловоние, однако в следующую секунду оно растворилось, оставив после себя нечто невообразимо приятное. Иногда я чувствовал чьи-то легкие касания. Меня трогали за руки, гладили по лицу, дергали за куртку, но все это вполне можно было принять за слабое дуновение ветра или случайно задетый рукавом камень... если бы не этот чуть слышный заливистый смех, звучавший после каждого прикосновения.
Мне вдруг вспомнились прочитанные давным-давно легенды о скрывавшемся под холмами народце, веселом и проказливом, заманивавшем к себе доверчивых людей. Помнится, одна ночь под таким холмом равнялась многим годам на поверхности земли.
Наконец мое путешествие по этому подземному ходу закончилось, и я оказался в довольно большой пещере, слабо освещенной багровыми угольями, тлевшими прямо посреди чистого каменного пола в обложенном большими камнями очаге.
Рядом с этим неказистым источником света и тепла лежала большая, гладкая прямоугольная плита. Мой провожатый кивком указал на эту плиту, словно предлагая мне присесть, а когда я опустился на оказавшийся неожиданно теплым камень, он протянул мне невесть откуда взявшуюся в его руке тяжелую каменную чашку.
Я послушно взял предложенную посуду и за неимением столовых приборов запустил в нее пальцы. Внутри лежала некая пахучая, немного липкая масса, оказавшаяся смесью каких-то вяленых фруктов и дробленых орехов. Пока я поедал предложенный ужин, мой провожатый, а может быть, хозяин этого укромного местечка, неподвижно стоял напротив меня по другую сторону очага и молчал, то ли разглядывая меня, то ли о чем-то раздумывая.
Через несколько минут я отставил опустошенную чашку в сторону и совсем уже собрался задать один из занимавших меня вопросов, как вдруг ощутил странную, неодолимую усталость. Мои руки и ноги отяжелели, глаза начали слипаться, а голова прямо-таки упала на грудь. Я еще успел додумать горькую мысль "Отравили, гады...", а потом мне стало все безразлично - я понял, что если сейчас же не лягу, то вполне могу просто помереть! Потому я, не обращая внимания на вросшую в пол неподвижную черную фигуру, улегся на своей плите, чуть поерзал, устраиваясь поудобнее, поворчал про себя, что хозяин мог бы дать мне подушку, и... заснул.
Всю ночь мне снилась какая-то дичь! Впрочем, подробностей своего сновидения я совершенно не помню, хотя оставшееся от сна общее впечатление было мерзопакостным! И еще, в течение всего моего сна я слышал какой-то настойчивый шепот. Мне что-то усердно, безостановочно втолковывали, вдалбливали, внушали.
Проснулся я с тяжелой головой и не сразу понял, где нахожусь. Вокруг царила кромешная тьма, которой в моей однокомнатной квартире никогда не бывает, поскольку прямо в мое окно рвется неоновая реклама бывшего продмага, который новые владельцы обозвали супермегамаркетом. Сердечко мое замерло, потому как я решил, что меня, возвращавшегося в нетрезвом состоянии от Витьки Козлова, забрали в отделение. Я успел дать зарок больше никогда не мешать водку с пивэм и не слушать Козла, когда он твердит, что водка без пива - деньги на ветер, но тут в окружающей меня тьме проклюнулся слабый лепесток огня. Я, привыкший к мгновенным вспышкам включаемого электричества, ужасно удивился, но огонек быстро разгорелся до размеров факела и высветил голые каменные стены, каменную плиту, служившую мне ложем, и черную фигуру, неподвижно стоявшую напротив моей постели, по другую сторону холодного очага. В этот момент я вспомнил, где нахожусь и как сюда попал.
Черная фигура шевельнулась, и из-под надвинутого капюшона в мою сторону снова блеснули два багровых отблеска. А потом я услышал голос, задавший на чистом русском языке совершенно непонятный вопрос:
- Рассказывай, сквот, как ты попал в заповедник Демиурга и что здесь делал?
Я быстро осмотрелся. В пещере никого, кроме меня и этого типа в черном не было, и тем не менее я довольно глупо спросил:
- Вы меня спрашиваете?
- А разве здесь еще кто-то есть?.. - вполне резонно ответил мой собеседник, но этот ответ почему-то меня разозлил.
- Вот именно, что нет! И мне непонятно, почему вы мне "тычете" и обзываете нехорошими словами?! В конце концов, я к вам в гости не набивался, вы сами меня зазвали!
- Я тебя никак не обзывал... - начала было оправдываться фигура, но я не дал ей развить мысль.
- Да?! Значит, милое словечко "сквот" означает "самый хороший во всем мире"?
Несколько секунд фигура молчала, то ли в растерянности от моей наглости, то ли обдумывая мои слова, а потом прежним невозмутимым тоном задала совсем уж нелепый вопрос:
- Почему ты считаешь себя самым хорошим сквотом во всем мире?
Признаться, я несколько растерялся, обычно мои глубокомысленно-иронические замечания выбивали собеседника из колеи, но на этот раз мне попался весьма твердокожий субъект. А может, он просто "не догонял"... Посему я решил на этот идиотский вопрос дать совершенно правдивый ответ:
- Я вообще не считаю себя сквотом, хотя должен признаться, что действительно считаю себя самым хорошим в мире.
- Кем? - немедленно спросил черный.
- Что - кем? - мгновенно переспросил я.
- Ты сказал, что не считаешь себя сквотом, тогда кем ты себя считаешь?
Вот так! Либо "сквот", либо... Однако мне почему-то очень не понравилась эта кличка, посему я довольно напыщенно представился:
- Я - журналист, специальный корреспондент областной газеты! - И тут же задал свой очередной вопрос: - С кем имею честь?..
Из-под капюшона снова полыхнуло багровым светом, но на мой вопрос хозяин пещеры отвечать не стал. Вместо этого он произнес:
- Я не знаю живого существа, которого называли бы "журналист". Тем более - "специальный корреспондент областной газеты". По-моему, это твоя выдумка. Я только не понимаю, почему ты скрываешь свою видовую принадлежность. Если ты сквот, можешь спокойно это сказать, тем более что это и так видно. Поскольку ты явно не фейри и не Тень, значит, ты можешь быть только сквотом.
- А я не знаю, кто такие эти сквоты, - резонно возразил я. - Тем более никогда себя к ним не причислял. Я самый обычный человек, хотя и с высшим журналистским образованием.
При этих моих словах закутанная в черное фигура откачнулась назад, словно ее ударили в грудь, а следующие слова прозвучали со странным напряжением:
- Ты не можешь быть Человеком! Этот мир слишком юн, чтобы в нем мог появиться Человек!
- И тем не менее этот человек появился, - со всем доступным мне сарказмом ответил я. - Причем, как мне кажется, не один!
Снова черная фигура качнулась при слове "Человек", но на этот раз в прозвучавших словах чувствовалось облегчение:
- Ты что-то путаешь, существо, называющее себя Человеком-журналистом, в этом мире не наберется и десяти миллионов живых существ. Всех живых существ, - особо подчеркнул Маулик. - И среди них нет ни одного Человека!
Он сказал это с такой уверенностью, что я несколько растерялся:
- Это почему же?..
- Я же уже сказал, что этот мир слишком юн. Человек в нем еще не появился.
- Но я-то - человек!
- Ты в этом уверен?
Я-то был уверен, но по законам логики, после моего утвердительного ответа на столь прямо поставленный вопрос последовала бы просьба представить доказательства моего человеческого существа, а какие я мог представить доказательства этому чудаку, не верящему в существование людей?! Поэтому я осторожно перевел разговор в иную плоскость:
- Очень жаль, что людей в этом мире, как ты утверждаешь, нет, хотелось бы встретить привычные лица. Однако кто тогда те десять миллионов живых существ, которые здесь живут? И кто, в конце концов, ты сам?!
Очень долго мой собеседник ничего не говорил. Он продолжал стоять совершенно неподвижно, не то о чем-то раздумывая, не то просто внимательно разглядывая меня своими странными, багрово светящимися глазами. А потом он заговорил:
- Хорошо, странное существо, называющее себя Человеком-журналистом, я расскажу тебе об этом мире. Может быть, тогда ты вспомнишь, кем ты на самом деле являешься!
Тут он плавно развернулся и принялся медленно прохаживаться вдоль стены пещеры, рассказывая на ходу лекторским тоном:
- Наш Мир, как я уже говорил, существует совсем недолго. В момент создания он, как и любой другой мир, был населен самыми различными существами, способными выжить в его условиях. Я не буду перечислять тебе все виды живых существ, тем более что некоторые из них уже вымерли. Сегодня самыми многочисленными среди обитателей нашего мира считаются сквоты, гномы, лешие и кикиморы, гоблины оседлые и приблудные, каргуши, гвельфы, медведи, волки, олени, кабаны, птицы летающие и плавающие, рыбы плавающие и ползающие, пресмыкающиеся... Я понял, что это перечисление может затянуться, и постарался мягко его сократить:
- Насекомые меня не интересуют...
Рассказчик на секунду замолчал, а потом продолжил как ни в чем не бывало:
- Дикие, неразумные существа живут в соответствии с заложенным в них инстинктом. Существа, наделенные разумом, живут в соответствии с уровнем их разумности. Сквоты, например, расселяются по всему миру, живут большими и малыми группами, строят себе жилища из разных материалов, обрабатывают дерево, металлы, камень, кожу. Выращивают себе пищу или добывают ее охотой...
Это довольно нудное перечисление начало навевать на меня тоску, а потому я очень похожим говорком продолжил:
- Дерутся, напиваются пьяными, организуют войны, воруют, грабят, любят, родят детей...
Пропагандист из местного отделения общества "Знание" остановился и замолчал, явно прислушиваясь к моим словам, а потом своим безразличным голосом констатировал:



Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.