read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Крепко прижавшись к плечу щекой, выставив вперед ногу, испуганно-злобно и
как бы с отчаянием смотрел второй. Я хотела крикнуть им, что здесь нельзя
стрелять - военный завод! Но было уже поздно. Полный гимназист поднял руку,
выстрелил... И ничего не произошло, должно быть, промахнулся.
Теперь стал целиться другой, в надвинутой на лоб фуражке. Без сомнения,
он нарочно целился так долго - то в лицо, то в живот. Наконец, сказав: "А,
черт с тобой!" - он отвел руку и выстрелил в сторону. Он выстрелил в мою
сторону, это я поняла еще прежде, чем услышала выстрел. Он выстрелил в меня
и, кажется, попал, потому что я увидела небо - и вовсе не там, где оно было
мгновение тому назад. Не там, над гимназистами, над полем, которое, переходя
за Степановским лужком в косогор, поднималось к черной громаде завода, а
высоко перед собой.
Только что мне было холодно, я не хотела, чтобы они стреляли, и
волновалась. А теперь мне было не холодно, и я нисколько не волновалась. Я
лежала и смотрела в небо. Я знала, что он попал в меня и убил и что сейчас
все кончится навсегда.
Придя в себя, я прежде всего вспомнила эту минуту - когда
почувствовала, что сейчас кончится не знаю что, но самое последнее в жизни.
Я лежала, не открывая глаз, и думала. Было трудно вздохнуть, но все это
происходило уже после той последней минуты. После! Я стала радостно, шумно
дышать. И потом несколько раз возвращалась к этому счастливому "после".
Но где я? Что со мной? Что это за маленькая высокая комната с темным
кругом на потолке? Какая-то таблица висела на стене, два одинаковых
темно-красных комода стояли рядом, покрытые одной довольно грязной накидкой
с кистями, - значит, я не в больнице? И не дома?
Я хотела привстать, оглядеться, но в эту минуту где-то очень близко за
стеной раздались шаги и что-то тяжелое стало толкаться о стены. С медленно
бьющимся сердцем я долго слушала эти удаляющиеся, тяжело переступающие шаги.
Огромный зверь вроде мамонта, которого я видела в "Природоведении" у Лельки
Алмазовой, представился мне, и я почти увидела, как он спускается с
лестницы, упираясь в стены боками.
Шаги умолкли, и с другой стороны, за стеной, послышались скрип пера и
долгое невнятное бормотанье. Я прислушивалась, переставала, снова
прислушивалась - все скрипело да скрипело перо, кто-то грустно бормотал за
стеной.
Но самое главное заключалось в том, что в этой комнате я была не одна.
Он был совсем другой, чем вчера, - я еще не знала, что меня чуть живую
привезли в этот дом не вчера. Тогда под тенью козырька у него было острое,
злое лицо. А сейчас - доброе и веселое, как у ангела на картинке, которую
мадам Гутман, хозяйка писчебумажного магазина, бесплатно выдавала всем, кто
покупал у нее больше чем на пятьдесят копеек.
Подложив под щеку ладонь, скорчившись так, что подбородок упирался в
колени, он крепко спал в старом кожаном кресле у моего изголовья. Он спал,
хотя было утро или день и яркое солнце смотрело в окно, освещая странные
домики с многоэтажными крышами, изображенные на выгоревших обоях.
Мне было трудно дышать, какие-то твердые бинты с палками на груди
мешали мне, я не могла даже подняться на локте. Но я все-таки поднялась. Я
долго разглядывала его. Он неслышно дышал, и вокруг было так тихо, как будто
дом был заколдован и все остановилось в этой солнечной, однообразной тишине,
прерываемой лишь скрипом пера да сонным бормотаньем за стеной. К счастью,
мамонт больше не спускался с лестницы, хотя теперь мне даже немного
хотелось, чтобы он спустился еще раз.
Зато я сама куда-то спускалась, очень медленно - пак будто даже нарочно
так медленно, чтобы не было страшно...
Когда я очнулась или проснулась снова, был уже вечер, потому что пагоды
на стене - я потом узнала, что эти зданьица с многоэтажными крышами
называются "пагоды", - были красными от заходящего солнца. Два голоса
спорили надо мной, и прежде чем совсем открыть глаза, я несколько раз
приоткрывала их и опять закрывала.
- Мало того, что ты чуть не утопил мальчика из прекрасной семьи, -
сердито говорил женский голос, - теперь еще эта история, о которой говорит
весь город! Имей в виду, что больше я не ударю пальцем о палец! Расхлебывай
сам эту кашу. Тебя исключат...
Вот тут я в первый раз широко открыла глаза. Я увидела полную даму в
пенсне, которая, гордо закинув голову, смотрела куда-то мимо меня. У нее
была старомодная твердая прическа с валиком - таких уже давно никто не
носил, и мне показалось, что все на ней такое же твердое, как эта прическа,
- юбка до земли, шнурок от пенсне. Даже боа (она была почему-то в боа),
которому по природе полагается быть мягким, тоже как-то твердо лежало на ее
полных плечах. Давешний гимназист, улыбаясь, стоял у меня в изголовье.
- Мамочка, честное слово, не стоит так волноваться! В крайнем случае
переведут куда-нибудь... И еще лучше! На пари - золотая медаль!
- Не переведут, а исключат.
- Однако Раевского не исключили.
- У Раевского отец - директор банка.
- Тем более! Неудобно же его оставить, а меня исключить.
Полная дама сняла пенсне, и я увидела, что ее близорукие глаза были
полны слез.
- Да что говорить, - сказала она и безнадежно махнула рукой. - Никогда
я не думала, сколько будет горя с тобой. И так бьешься как рыба об лед,
только и думаешь, как бы вытянуть вас, а ты...
Она хотела уйти, но гимназист обнял ее, даже не обнял, а обхватил
сверху, потому что оказалось, что она ему едва по плечо.
- Конечно, плохой, что же делать? - с нежностью сказал он. - Но ведь я
же слово дал, вы об этом забыли? Если Таня поправится...
Я смотрела на него через щелки век, но, когда он сказал "Таня",
поскорее снова закрыла глаза.
Они еще спорили, но я больше не слушала их. Мне стало так страшно, что
я не поправлюсь, что я даже сжала колени и положила ладони на грудь. Нужно
было сделать что-нибудь - встать или крикнуть.
- Мамочка!
Полная дама вздрогнула и бросилась ко мне.
- Очнулась? Таня, милая! Очнулась?
- Очнулась? - дрожащим голосом спросил гимназист.
Он выбежал, и из комнаты в комнату стало передаваться: "Очнулась,
очнулась!" Сперва переспросил высокий мальчишеский голос, потом старческий -
кажется, тот самый, который только что бормотал за стеной. Залаяла собака,
захлопали двери, и старик в длинном сюртуке, в измятых штанах, засунутых в
огромные боты, вошел и, опираясь на две палки, остановился в дверях.
Я снова закричала:
- Мамочка!
Все стало сдваиваться перед глазами, домики с многоэтажными крышами
снялись со стен и рядами стали уходить от меня.
Полная дама взволнованно сказала кому-то: "Полотенце!" - и, называя мою
мать по имени-отчеству - это поразило меня, - послала кого-то за ней.
Страшный старик, тяжело опираясь на палки, подошел к моей постели и не сел,
а свалился в кресло. Он взял меня за руку и стал прислушиваться, глядя прямо
в мое лицо грустными глазами. И все на цыпочках вышли.
Возможно, что он поил меня с ложечки какой-то жидкостью, довольно
приятной на вкус, которую непременно нужно было выпить - так он сказал, -
чтобы пришла моя мама. Я послушалась, и правда - мама пришла, и я, как
всегда, немного огорчилась, что у нее такие черные, провалившиеся глаза и
такая морщинистая, худая шея.
Я сказала ей:
- Мама, возьми меня домой.
Она поцеловала меня и стала говорить, что теперь - скоро, а прежде
нельзя было, доктор не велел. Я уснула, держа ее руку в своей.


О ЧЕМ РАССКАЗАЛ АНДРЕЙ
Мальчик лет тринадцати в гимназической серой рубашке неторопливо
подошел ко мне, когда я очнулась. Он был чем-то похож на давешнего
гимназиста, и я подумала, что они, наверное, братья. У того были веселые
серые глаза, а у этого тоже серые, но тяжелые, с ленивым выражением.
- Тебе нужно что-нибудь? - спросил он. - Хочешь чаю?
Я покачала головой.
- Ничего не ела целый день, - медленно сказал мальчик. - Ну, хлеба с
маслом? Съешь, пожалуйста, а то мне неприятно, что ты голодная.
Я сказала:
- Потом.
- Ладно. - Он подумал. - А теперь вот что: ты имей в виду...
Он смотрел прямо на меня - даже не смотрел, а разглядывал, - и так
внимательно, что мне стало неловко.
- Ты имей в виду, что все это вранье.
- Что вранье?
- А вот что мать говорит, что она к тебе привязалась. Она твоей матери
сказала, я слышал. Это невозможно хотя бы потому, что ты все время была без
сознания. К тебе можно было так же привязаться, как к бревну. Она это
утверждает, чтобы твоя мать не подняла шуму. То же самое и насчет
прогимназии.
- Какой прогимназии?
- Когда ты поправишься, - задумчиво продолжал мальчик, - она обещала
отдать тебя в прогимназию Кржевской.
- Меня? В прогимназию Кржевской? - Я открыла рот, чтобы не задохнуться
от счастья, и поскорее положила руку на грудь. Я буду ходить в коричневом
платье с черным передником, носить книги на левой руке, учить уроки,
получать отметки...
- Твоя мать портниха?
- Да.



Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.