read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Дверь сзади захлопывается.
В комнате, чуть побольше его камеры, стоит стол, точно как у
следователя, конторский стол с двумя ящиками.
За столом мирно сидит Никита.
В пиджаке и белой сорочке, но без галстука.
- Садись, - говорит Хрущев Лаврентию Павловичу.
Берия садится.
И его охватывает слепая радость - тибетские мудрецы врать не будут.
Никогда новый главарь государства не будет вызывать к себе смертника
только для того, чтобы пожелать ему счастливого пути.
- Ну как? - задает вопрос Хрущев. - Имеются жалобы?
Глупее ничего не придумаешь. Спрашивать о жалобах у приговоренного к
смерти. Но, может, это сигнал? Может, дорогие союзнички передрались между
собой? А я понадобился?
- Я протестую, - сказал Лаврентий Павлович. - Ты не представляешь, в
каком положении я нахожусь! Мне даже не дают бумаги, чтобы написать
жалобу.
- Тебя били? - спросил Никита.
- Почему меня должны бить?
Эта комната была также освещена лампочкой в решетке под потолком. От
этого на лысине Хрущева искорками перемещались отражения лампы.
- Вот видишь, - сказал Хрущев. - А при тебе происходили нарушения
законности.
- Все дело против меня - это сплошное нарушение социалистической
законности. И если мне дадут возможность выступить на ЦК...
- Тебе не дадут такой возможности, - сказал Никита.
И этим словно с размаху ударил по вспыхнувшей надежде. Берия так и
застыл с полуоткрытым ртом.
Только через минуту, или чуть поменьше минуты, он произнес:
- Тогда зачем вызывал меня?
Он хотел сказать - пригласил, но испуганные губы не сказали этого
слова. Они задрожали - глаза Хрущева были холодными, как у взбешенной
свиньи.
- Ты все равно приговорен, - сказал Хрущев. - Я хотел с тобой
встретиться, чтобы получить твои последние показания.
- Я все сказал.
- Не хорохорься, Лаврентий. Через полчаса будешь в ногах у исполнителя
ползать, "Интернационал" петь. А мы будем строить социалистическое
будущее. Что ты мне хотел сказать?
- Мне нечего сказать.
- Тогда прощай. Теперь уж совсем прощай. А то я думал, что ты хочешь
дать дополнительные показания.
Берия стоял, не двигался, словно ждал, когда войдет конвоир.
Никто не входил. В комнате было очень тихо - она была спрятана на много
метров под землей. Даже слышно было, как дышит Хрущев - быстро и резко.
Берия слышал и свой пульс - почему-то в шее, справа.
Потом пришло озарение. Такое озарение приходит от Бога, с неба, оно не
придумывается в голове.
- Если бы партия дала мне возможность, я бы дал показания на
деятельность некоторых руководителей нашего государства. Я не давал этих
показаний раньше...
- Почему не давал? - Хрущев был настойчив, как охотничья собака,
которая взяла след и рванулась с поводка.
- Вопрос стоял о партийной этике, Никита Сергеевич. - Лаврентий
Павлович пытался ухватить нужный тон. Именно сейчас решается, правы ли
тибетские мудрецы из городка Шамбала.
- Конкретнее.
- Речь шла о моих старых товарищах, много сделавших для партии и
государства. Мог ли я докладывать о них?
- Даже когда речь шла о твоей жизни?
- Я скажу тебе честно, Никита Сергеевич. - Берия дрожал, ему было
холодно. Он видел выход, как говорится - свет в конце туннеля, но кто даст
ему добежать до этого конца? - Меня бы все равно приговорили. Днем позже,
днем раньше. И приговорили бы именно те товарищи, которые сегодня
узурпировали власть в стране и боятся меня хуже смерти.
- Конкретно. Кто конкретно?
А теперь не спеши, Лаврентий. Теперь пойми, что ставка - твоя
собственная жизнь. Ты должен назвать имена главных и самых опасных
соперников Никиты. Не тех, кого в самом деле надо считать его соперниками,
а тех, кого он больше всего боится.
- Я предпочел бы изложить свои соображения в письменной форме, -
решился Берия. - Мне нужно время, чтобы все вспомнить и сформулировать.
- Нет у тебя такого времени, - сказал Никита. - Нет времени. Ты
приговорен. Уже сейчас... - Никита посмотрел на ручные часы. Берия
заметил, что они показывают двадцать минут восьмого. Вечера? Утра? А так
ли это важно? - Уже сейчас ты живешь взаймы. Ты расстрелян. И весь Союз
будет знать, что ты уже расстрелян. Так что говори, караул ждет.
Берия глубоко вздохнул.
Теперь он в своей обстановке. Это своя игра, и тут у Хрущева нет особых
преимуществ.
- Все! - взбесился Хрущев, словно его укусила гадюка. - Ты мертвец!
Врал ты все, не знаешь ничего нового.
- Я знаю, - просто и доверительно ответил Берия. Только акцент у него
стал еще тяжелее, чем в начале беседы. - Я знаю очень много.
- Где эти документы?
- Не документы. Зачем мне документы-мокументы? Я в голове все держу.
- Выбьем!
- Вряд ли, - сказал Берия. - Что ты выбьешь?
- Все!
- А если отвяжешься от меня, дашь мне время и возможность, получишь не
только фамилии - ты получишь иностранные связи, ты получишь шпионскую
сеть, ты получишь заговор против самого себя. Все будет на столе.
- Торгуешься? - Хрущев вытащил гребешок - маленький, пластмассовый,
дешевый - и стал нервно причесывать лысину. - Не выйдет. Ты мертвец!
- Не надо было звать меня, - сказал Берия.
Хрущев засунул гребешок в верхний карман пиджака, будто успокоился,
причесавшись.
- Все же скажи фамилии, - сказал он спокойнее, ровнее.
- Близкие к тебе люди, Никита Сергеевич.
Тон был правильным. И даже сочетание второго лица с отчеством.
- Фамилии!
- Мне нужно будет немного, - сказал Берия. - Мне нужно будет... можно я
сяду?
- Ноги дрожать устали?
- А тебя, Никита Сергеевич, приговаривали к смерти?
- Думаю, если бы не Хозяин, ты бы меня давно убрал.
- Были на тебя материалы, - признался Берия с товарищеской
искренностью. - Серьезные материалы.
- Какие же?
- О репрессиях на Украине, о процессах в Москве, твое письмо Хозяину по
Бухарину...
- Стой!
"Дурак я, старый дурак, - подумал Берия. - Об этом говорить нельзя!
Неужели я все погубил? Именно сейчас, когда блеснула надежда?"
Хрущев молчал.
- Ты боишься, сволочь, - сказал он наконец.
Берия сдержался от естественного и правдивого ответа: "И ты ненамного
лучше меня, Никита".
Вместо этого он произнес:
- Я не дал хода делу.
- А кто тебя просил об этом?
- Многие просили. Включая Хозяина.
- И что же тебя остановило?
- Сегодняшний день. Я допускал, что он может прийти. И тогда ты мне
нужен как друг. А не как злобный враг.
- Мудришь и крутишь. Ты не выносил соперников.
И опять Берия подавил в себе фразу: "Ты мне не соперник".
Тем более что фраза в конечном счете прозвучала бы глупо -
приговоренный к смерти не критикует своего палача.
- Я все документы уничтожил. Почти все...
- И про других документы уничтожил?
Идет торговля. Ну что ж, украинский куркуль, выстоишь ли ты против
мингрельского рыцаря?
- Теперь уже все равно, - вздохнул Лаврентий Павлович.
- Почему все равно? Для партии это не все равно.
- Я - человек конченый, я разоружился перед партией, но партия меня
отвергла, Никита Сергеевич, ты же знаешь.
- Сам виноват. Значит, не разоружился.
Каждая минута, говорил себе Лаврентий Павлович, каждая секунда
разговора увеличивает мои шансы. Он знал этот закон: если разбойник с
тобой разговаривает, а не стреляет сразу, дай ему говорить.
- Послушай, Никита Сергеевич, - сказал Лаврентий Павлович, стараясь
отыскать нужный тон - не наглый, не просящий. Тон собеседника. Не то чтобы
совсем равного - это может рассердить, но и не униженно просящего. - Ты
лучше всех знаешь, что мое положение в Политбюро позволяло мне узнавать о
некоторых событиях раньше, чем их участники.
Никита не улыбнулся. Но и не оборвал его.
- Кое-что я прятал в сейфе, кое-что докладывал Иосифу Виссарионовичу.
Но были такие вещи, которые я мог докладывать только сюда. - Он постучал
себя по виску костяшками пальцев.



Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.