read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



школе учат?
Наконец, класс выстроился в одну линейку. Галя Карповна бегала за
спинами, топая, как шумное приведение.
- У кого есть магические предметы, амулеты, обереги - сдайте! -
потребовала тетка. - Потом то, что дозволено к ношению, будет вам
возвращено.
- У меня - вот... сказала Машка, протягивая кусочек янтаря.
- И у меня, - Гарик Абовян отдал камешек с дыркой.
- И у меня... и у меня... - класс сдавал оружие: маленькие
пентаграммки, старинные монеты, кроличьи лапки, крошечных костяных кошек и
слоников...
- Не стыдно быть такими суеверными? - укорила тетка. - А еще в школе
учитесь... Теперь мы проверим вашу честность. Федор, где ты?
Откуда-то появился одетый в военную форму горбун с чучелом обезьянки
на плече. У Руськи упало сердце: теперь все... Прикинься шлангом, велел он
себе, бить ведь не будут...
Горбун медленно шел вдоль выстроившегося класса, что-то шепча и
прихихикивая. Он дошел до Руськи и вдруг остановился, будто принюхиваясь.
Со слабым хрустом, слышным так, как если бы ломался лед на реке, обезьянка
приподняла веки и стала выпрямлять скрюченную, прижатую к груди ручку.
Тонкий черный палец уставился Руське пониже подбородка. Страх был такой,
что Руська перестал чувствовать себя - тело стало чужое и как из ваты. Не
описаться бы... Он, может быть, упал бы - но сзади подхватили, обшарили и
нашли, конечно, веревочку.
- Эт-то что? - грозно нависла над ним тетка. - Это что, я тебя
спрашиваю?
- В-веревочка...
- Веревочка? А какая веревочка?
- Кра... красивая...
- Я тебе покажу - красивая! Шелковая веревочка с семью сионскими
узелками! Ты хоть знаешь, что это такое?
- Не... не знаю...
- Учительница! - воззвала тетка, потрясая рукой с веревочкой - она
держала ее двумя пальцами, брезгливо, будто это был глист. - Учительница!
Почему ваши дети не знают самого элементарного?
И тут Галя Карповна удивила Руську.
- Простите, - сказала она. - В школу поступает список предметов,
запрещенных к ношению. Насколько я знаю, этого предмета там нет. Поэтому
претензии могут быть предъявлены к наблюдающим инстанциям, но никак не к
школе и не к ученикам.
Тетка еще поворчала для порядка и куда-то ушла, унося запрещенный
предмет, и никто не догадался, что веревочка эта отвела взгляд обезьянки
от Руськиного свитера...
- Где ты взял эту гадость? - ненавидяще глядя куда-то мимо Руськи,
прошипела Галя Карповна.
- Нашел... - Руська отходил понемногу от пережитого страха.
- Что ты врешь - нашел...
- Правду говорю... клянусь... Лениным клянусь... - прошептал Руська.
Он при этом сложил крестом пальцы левой руки. Это подействовало и
гром не поразил Руську.

Их долго-долго водили по Кремлю, показывая все, что там было. Возле
Глав-колокола Толик потерялся, но его нашли и вернули. Потом экскурсовод
рассказывал много интересного про Глав-пушку. Глав-пушку отлил великий
русский мастер Андрей Чохов за много лет до рождения Ильича, но специально
для того, чтобы охранять вождя от злоумыслов. Обычными снарядами
Глав-пушка не стреляет, да она и не предназначена для этого. Но вот если
кто задумает что-то злое против Ильича, то Глав-пушка тут же испепелит
негодяя магическим огнем... Руська подумал было, а как же тогда история с
Каплан?.. но спросить не решился.
- А теперь пойдемте - Ильич ждет вас, - сказал экскурсовод с широкой
неподвижной улыбкой.
Класс построили попарно и повели к дверям в большом доме. У дверей
стояли часовые в высоких шлемах. Они взяли "на караул" и не шевельнулись
ни одним мускулом, пока класс проходил мимо них. По ту сторону тяжелых
дверей ждали люди в кожаных куртках.
- Пойдемте, дети, - сказала другая тетка, чем-то похожая на
предыдущую, хотя и совершенно не такая: худая, с длинным носом. - Не
шумите, не галдите, не задавайте вопросов сами. Ильич будет спрашивать -
отвечайте по одному, я буду показывать, кому отвечать. Ильич будет угощать
вас конфетами - больше двух брать нельзя. Не набивайте конфетами рот - это
некрасиво. После встречи вас покормят в столовой. Если кто-то хочет в
туалет, сходите сейчас, вон туда, - она показала рукой.
Полкласса воспользовалась предложением.
- А можно я спрошу? - раздался чей-то голос. Руська скосил глаза: это
был Венька Степанов, на вид - тихий очкарик...
- Спроси, мальчик, - благодушно сказала тетка. Не знала она, кто
такой Венька.
- Степанов! - предостерегающе гаркнула Галя Карповна, но было
поздно...
- А это правда, что Крупская отравилась?
Тетку будто стукнули палкой по затылку. Она замерла, мгновенно
сгорбившись, потом медленно распрямилась, откинула голову назад, как
кобра, и всем телом повернулась к Веньке.
- Ну что ты, мальчик, - сказала она медовым голосом. - Надежда
Константиновна скончалась от пневмонии, и все очень горевали о ней, и
Ильич - больше всех... А почему ты спросил? Тебе кто-то говорил об этом,
да? Кто же?
- В трамвае слышал, - сказал Венька. - Два старика поругались, один
другому это и сказал.
- Ах, чего только не говорят люди в ссоре! - вздохнула тетка. -
Никогда не ругайтесь, дети. А вам, учительница, я советую уделить особое
внимание этому мальчику. Может быть, имеет смысл показать его хорошему
врачу...
Класс поднялся на второй этаж. У двустворчатой двери, обитой синей
кожей с вытесненными на ней пяти-, шести- и семиконечными звездами,
знаками единорога и чем-то еще, чего Руська никогда раньше не видел,
стояли совсем уж странные часовые: рыцари в латах и с обнаженными мечами в
руках.
- Строимся, строимся, - суетилась Галя Карповна, носатая тетка и еще
какие-то люди. Класс строился, но как-то не так. Наконец, тетка, которая,
похоже, всем тут заправляла, дала сигнал:
- Заходим!
Рыцари с лязгом наклонились вперед и взялись за ручки дверей.
Невидимый оркестр заиграл марш. Двери распахнулись, и класс стал медленно
вдавливаться в комнату.
Там было полутемно, стоял большой письменный стол, книжные шкафы,
диван, несколько кресел. За столом сидел человек и что-то писал, какая
перо в чернильницу. На входящих он не смотрел. Наконец, все вошли, замерли
- и повисла такая тишина, что слышно стало слабое шарканье пера о бумагу.
- Владимир Ильич! - медово заговорила тетка. - Гости к вам,
школьники, отличники!
Человек отложил перо и медленно выпрямился. Он очень походил на свои
портреты и скульптуры, стоящие и висящие везде, и в то же время чем-то
неуловимо отличался от них, и Руське подумалось, что прав был дядя Костя,
когда говорил отцу - а Руська нечаянно подслушал, - что фотографируют,
рисуют и лепят других людей, специальных артистов, чтобы избежать дурного
глаза... Кожа человека за столом странно лоснилась, и смотрел он на класс
тоже странно: будто никак не мог понять, что это за люди и что они здесь
делают. Тетка с длинным носом встала рядом с ним, повернулась к классу, и
Ильич тут же хитро улыбнулся, подмигнул или прищурился - Руська не понял -
и быстро встал.
- Культурная задача не может быть решена так быстро, как задачи
политические или военные, - сильно картавя, сказал он. На слушателей он
смотрел так, будто сам стоял на трибуне, а они - у его ног. - Мы не можем
уничтожить различия между классами до полного введения коммунизма. Нам не
нужно зубрежки, но нам нужно развить и усовершенствовать память каждого
обучающегося знанием основных фактов, ибо коммунизм превратится в пустоту,
превратится в пустую вывеску, коммунист будет только простым хвастуном,
если не будут переработаны в его сознании все полученные знания. Тут мы
беспощадны, и тут мы не можем вступить ни на какой путь примирения или
соглашательства. Это надо иметь в виду, когда мы, например, ведем
разговоры о пролетарской культуре. Старая школа была школой учебы, она
заставляла усваивать массу ненужных, лишних, мертвых знаний, которые
забивали голову и превращали молодое поколение в подогнанных под общий
ранжир чиновников. Теперь они видят: Европа так развалилась, империализм
дошел до такого положения, что никакая буржуазная демократия не спасет,
что только Советская власть может спасти. Трудящиеся тянутся к знанию,
потому что оно необходимо им для победы. Главное именно в этом. Мы
говорим: наше дело в области школьной есть та же борьба за свержение
буржуазии; мы открыто заявляем, что школа вне жизни, вне политики - это
ложь и лицемерие. То поколение, которому сейчас пятнадцать лет, оно увидит
коммунистическое общество, и само будет строить это общество!
Первой захлопала Галя Карповна, за ней - весь класс. Руська бил в
ладоши "коробочкой" - то есть пальцами правой руки в расслабленную ладонь
левой; звук от этого получался громкий и резкий, как выстрел. За его
спиной Толик хлопал "венчиком" - это еще громче, но глуше. На Руську
навалилось какое-то не совсем понятное разочарование - все, что
происходило сейчас с ним и с остальными, было таким простым, деловитым...



Страницы: 1 [ 2 ] 3 4
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.