read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



что все смотрели на них.
- Ты мне подсунула свою галету вчера, - сказал Козлов. - Сегодня ты
опять подсовываешь мне свою несчастную галету.
Зойка молчала. Она чуть не плакала от смущения.
- Не ори на нее, Козел! - гаркнул с другого конца столовой
атмосферный физик Потапов. - Зоенька, ну что ты его подкармливаешь, этого
зверя! Дай лучше галету мне, я съем. Я даже не буду на тебя орать.
- Нет, правда, - сказал Козлов уже спокойнее. - Я и так здоровый, а
ей надо есть больше моего.
- Неправда, Валя, - сказала Зойка, не поднимая головы.
Кто-то сказал:
- Чайку еще можно, дядя Валнога?
Валнога поднялся. Потапов позвал через всю столовую:
- Эй, Грегор, после работы сыграем?
- Сыграем, - сказал Грегор.
- Снова будешь бит, Вадимчик, - сказал кто-то.
- На моей стороне закон вероятностей! - заявил Потапов.
Все засмеялись.
В столовую просунулась сердитая физиономия.
- Потапов здесь? Вадька, буря на Джупе!
- Ну! - сказал Потапов и вскочил. И другие атмосферники поспешно
поднялись из-за стола.
Физиономия исчезла и вдруг появилась снова:
- Галеты мне захвати, слышишь?
- Если Валнога даст, - сказал Потапов вдогонку. Он поглядел на
Валногу.
- Почему не дать? - сказал дядя Валнога. - Стеценко Константин,
двести граммов галет и пятьдесят граммов шоколада...
Директор встал, вытирая рот бумажной салфеткой. Козлов сказал:
- Товарищ директор, как там с "Тахмасибом"?
Все замолчали и повернули лица к директору. Молодые загорелые лица,
уже немного осунувшиеся. Директор ответил:
- Пока никак.
Он медленно прошел по проходу между столиками и направился к себе в
кабинет. Вся беда в том, что на Каллисто не вовремя началась "консервная
эпидемия". Пока это еще не настоящий голод. Амальтея еще может делиться с
Каллисто хлореллой и галетами. Но если Быков не придет с
продовольствием... Быков уже где-то близко. Его уже запеленговали, но
затем он замолчал и молчит вот уже шестьдесят часов. Нужно будет снова
сократить рационы, подумал директор. Здесь всякое может случиться, а до
базы на Марсе не близко. Здесь всякое бывает. Бывает, что планетолеты с
Земли и с Марса пропадают. Это случается редко, не чаще грибковых
эпидемий. Но очень плохо, что это все-таки случается. За миллиард
километров от Земли это хуже десяти эпидемий. Это голод. Может быть, это
гибель.


ГЛАВА ПЕРВАЯ. ФОТОННЫЙ ГРУЗОВИК "ТАХМАСИБ"
1. ПЛАНЕТОЛЕТ ПОДХОДИТ К ЮПИТЕРУ, А КАПИТАН
ССОРИТСЯ СО ШТУРМАНОМ И ПРИНИМАЕТ СПОРАМИН
Алексей Петрович Быков, капитан фотонного грузовика "Тахмасиб", вышел
из каюты и аккуратно притворил за собой дверь. Волосы у него были мокрые.
Капитан только что принял душ. Он принял даже два душа - водяной и ионный,
но его еще покачивало после короткого сна. Спать все-таки хотелось так,
что глаза никак не открывались. За последние трое суток он проспал в общей
сложности не более пяти часов. Перелет выдался нелегкий.
В коридоре было пусто и светло. Быков направился в рубку, стараясь не
шаркать ногами. В рубку нужно было идти через кают-компанию. Дверь в
кают-компанию оказалась открытой, оттуда доносились голоса. Голоса
принадлежали планетологам Дауге и Юрковскому и звучали, как показалось
Быкову, необыкновенно раздраженно и как-то странно глухо.
"Опять они что-то затеяли, - подумал Быков. - И нет от них никакого
спасения. И выругать их как следует невозможно, потому что они все-таки
мои друзья и страшно рады, что в этом рейсе мы вместе. Не так часто
бывает, чтобы мы собирались вместе".
Быков шагнул в кают-компанию и остановился, поставив ногу на комингс.
Книжный шкаф был раскрыт, книги были вывалены на пол и лежали неаккуратной
кучей. Скатерть со стола сползла. Из-под дивана торчали длинные, обтянутые
узкими серыми брюками ноги Юрковского. Ноги азартно шевелились.
- Я тебе говорю, ее здесь нет, - сказал Дауге.
Самого Дауге видно не было.
- Ты ищи, - сказал задушенный голос Юрковского. - Валялся, так ищи.
- Что здесь происходит? - сердито осведомился Быков.
- Ага, вот он! - сказал Дауге и вылез из-под стола.
Лицо у него было веселое, куртка и воротник сорочки расстегнуты.
Юрковский, пятясь, выбрался из-под дивана.
- В чем дело? - сказал Быков.
- Где моя Варечка? - спросил Юрковский, поднимаясь на ноги. Он был
очень сердит.
- Изверг! - воскликнул Дауге.
- Без-здельники, - сказал Быков.
- Это он, - сказал Дауге трагическим голосом. - Посмотри на его лицо,
Владимир! Палач!
- Я говорю совершенно серьезно, Алексей, - сказал Юрковский. - Где
моя Варечка?
- Знаете что, планетологи, - сказал Быков. - Подите вы к черту!
Он выпятил челюсть и прошел в рубку. Дауге сказал вслед:
- Он спалил Варечку в реакторе.
Быков с гулом захлопнул за собой люк.
В рубке было тихо. На обычном месте за столом у вычислителя сидел
штурман Михаил Антонович Крутиков, подперев пухлым кулачком двойной
подбородок. Вычислитель негромко шелестел, моргая неоновыми огоньками
контрольных ламп. Михаил Антонович посмотрел на капитана добрыми глазками
и сказал:
- Хорошо поспал, Лешенька?
- Хорошо, - сказал Быков.
- Я принял пеленги с Амальтеи, - сказал Михаил Антонович. - Они там
уж так ждут, так ждут... - Он покачал головой. - Представляешь, Лешенька,
у них норма: двести граммов галет и пятьдесят граммов шоколада. И
хлорелловая похлебка. Триста граммов хлорелловой похлебки. Это же так
невкусно!
"Тебя бы туда, - подумал Быков. - То-то похудел бы, толстяк". Он
сердито посмотрел на штурмана и не удержался - улыбнулся. Михаил
Антонович, озабоченно выпятив толстые губы, рассматривал разграфленный
лист голубой бумаги.
- Вот, Лешенька, - сказал он. - Я составил финиш-программу. Проверь,
пожалуйста.
Обычно проверять курсовые программы, составленные Михаилом
Антоновичем, не стоило. Михаил Антонович по-прежнему оставался самым
толстым и самым опытным штурманом межпланетного флота.
- Потом проверю, - сказал Быков. Он сладко зевнул, прикрывая рот
ладонью. - Вводи программу в киберштурман.
- Я, Лешенька, уже ввел, - виновато сказал Михаил Антонович.
- Ага, - сказал Быков. - Ну что ж, хорошо. Где мы сейчас?
- Через час выходим на финиш, - ответил Михаил Антонович. - Пройдем
над северным полюсом Юпитера... - слово "Юпитер" он произнес с видимым
удовольствием, - на расстоянии двух диаметров, двести девяносто
мегаметров. А потом - последний виток. Можно считать, мы уже прибыли,
Алешенька...
- Расстояние считаешь от центра Юпитера?
- Да, от центра.
- Когда выйдем на финиш, будешь каждые четверть часа давать
расстояние до экзосферы.
- Слушаюсь, Лешенька, - сказал Михаил Антонович.
Быков еще раз зевнул, с досадой протер кулаками слипающиеся глаза и
пошел вдоль пульта аварийной сигнализации. Здесь было все в порядке.
Двигатель работал без перебоев, плазма поступала в рабочем ритме,
настройка магнитных ловушек держалась безукоризненно. За магнитные ловушки
отвечал бортинженер Жилин. "Молодчина, Жилин, - подумал Быков. - Отлично
отрегулировал, малек".
Быков остановился и попробовал, чуть меняя курс, сбить настройку
ловушек. Настройка не сбивалась. Белый зайчик за прозрачной пластмассовой
пластинкой даже не шевельнулся. "Молодчина, малек", снова подумал Быков.
Он обогнул выпуклую стену - кожух фотореактора. У комбайна контроля
отражателя стоял Жилин с карандашом в зубах. Он упирался обеими руками в
края пульта и едва заметно отплясывал чечетку, шевеля могучими лопатками
на согнутой спине.
- Здравствуй, Ваня, - сказал Быков.
- Здравствуйте, Алексей Петрович, - сказал Жилин, быстро обернувшись.
Карандаш выпал у него из зубов, и он ловко поймал его на лету.
- Как отражатель? - спросил Быков.
- Отражатель в порядке, - сказал Жилин, но Быков все-таки нагнулся
над пультом и потянул плотную синюю ленту записи контрольной системы.
Отражатель - самый главный и самый хрупкий элемент фотонного привода,
гигантское параболическое зеркало, покрытое пятью слоями сверхстойкого
мезовещества. В зарубежной литературе отражатель часто называют "сэйл" -
парус. В фокусе параболоида ежесекундно взрываются, превращаясь в



Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.