read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com




В зале почти ничего не изменилось, разве что в противоположной стене появилась арка, ее раньше не было, за ней звездная ночь, пролетающие частые кометы и метеориты, но я все-таки вспомнил, что за этим залом другой зал, а там еще один, ну никак не может арка выводить отсюда наружу, это чиста колдовские штучки...
Меня встретили аплодисментами, королева подошла и собственноручно надела мне на голову венок из цветов с сильным пряным запахом. Я ощутил себя сразу весьма глупо, словно на языческом празднике в Подмосковье, сказал что-то вроде: ну что вы, это слишком, ну не надо, я же стесняюсь, но меня хлопали по плечам, поздравляли, хотя я не понял, с чем именно, а королева взяла меня под руку и повела к арке.
- Красиво, - признал я. - А что там?
- О, - сказала она загадочно, - ты такого еще не видел, герой! Ты ведь герой?
- Герой, - согласился я.
- Ну так это и есть дорога героя!
- Я герой, - повторил я, - но это не значит, что я обязательно дурак. И среди героев не все дураки набитые. Я вот - умный.
Я остановился в двух шагах от арки, однако королева с одной стороны и ее принц-консорт с другой, веселые и хмельные, подхватили меня под руки и потащили с веселым аристократическим смехом. Холод пронзил мне грудь, оба только что едва держались на ногах, но сейчас стоят крепко, в руках сила, оба знают четко, что делают...
Арка надвинулась, еще миг, я окажусь по ту сторону, мои руки как будто сами ухватились за края. Консорт внезапно выругался и начал отрывать мои пальцы. Лицо стало абсолютно трезвым и злым. Еще до конца не веря, что это ловушка, я оттолкнул его, развернулся и дал подножку второму гостю, что подталкивал меня сзади. Тот удержался, что непросто и для трезвого, я ухмыльнулся, пытаясь все превратить в шутку.
Консорт заорал:
- Быстрее!.. Всего один шаг!
На меня, нагнув голову, бросились еще двое гостей. Похоже, они намеревались просто вбить меня в проем арки. Я торопливо сдвинулся, консорт влетел и пропал, а двое его дружков успели ухватиться за столбы. Еще несколько человек торопливо обнажили мечи. Лица у всех стали серьезными, я понял с холодком, что шутки кончились, им зачем-то надо, чтобы я обязательно прошел через ту арку, но они еще не знают, что я из племени самых виртуозных избегателей и увиливателей, как насчет налогов, так и насчет исполнения любых распоряжений.
Я зарычал, нагнетая в себе злобу, на меня навалились со всех сторон, я старался двигаться как можно быстрее, бил кулаками, локтями, ногами. Один пробился с поднятым мечом, я уклонился и тут же перехватил его за кисть. Он охнул и выпустил меч.
- Спасибо, - крикнул я. Меч в моей руке описал полукруг, один отшатнулся с рассеченной головой, в воздух взлетела половинка ладони с тремя пальцами. - Спасибо... за радость!
Я ревел, гримасничал, они поверили, что я превратился в берсерка, а это значит, что мне все до гениталий, отшатнулись, зато из других дверей выбежали стражи в доспехах, с копьями и мечами.
- Оглушите! - прокричал кто-то визгливым, совсем не эльфиным голосом. - Только оглушите!.. Его надо туда живым!
Ах так, сказало во мне, тогда еще не все потеряно, я заорал диким голосом, вытаращил глаза и сделал вид, что весь трясусь, тут же бросился на толпу влево, там от ужаса попадали, я помчался, прыгая через упавших, кого-то сшиб, кого-то срубил, неплохой трофей, вышиб плечом входную дверь и вывалился вместе с нею в прохладную звездную ночь, где на востоке разгорается нежная алая заря рассвета.
Возле конюшни с колоды поднялись заинтересованные эльфы-мужики, всматривались, приложив ко лбу ладони козырьками, что же такое происходит у господского дворца. Завидев меня, опасливо расступились, я ворвался в конюшню, мой единорог преспокойно жрет овес, как будто впервые его видит, брюхо едва не до пола.
- Уходим! - крикнул я ему.
К моему удивлению, он уже оседлан, кто же это постарался, я убрал запорную доску, вывел в проход между яслями В распахнутых воротах показались бегущие люди. Я вставил ногу в стремя, эльфийский меч все еще в руке, толчок от земли, мы ринулись навстречу светлому четырехугольнику выхода.
Во дворе уже крик, волк прыгает во все стороны и разгоняет собирающуюся толпу. Сверху носится посланником смерти ворон и кричит истошно:
- Пожар!.. Спасайся!.. Гунны похитили королеву!.. Все в банкетный зал!!!
Размахивая мечом, я послал единорога к воротам. Там вышли навстречу непонимающие стражники, волк прыгнул на ближайшего, тот замахнулся копьем, но рухнул от удара эльфийским, а теперь моим трофейным. Я оглянулся в ожидании погони, но там пока только выводят из конюшни неоседланных коней, вбежал в караульное помещение. Ухватил свой трехручный меч, дождался хозяина, молодецким ударом обрубил цепь, решетка ворот загремела, освобожденная от груза, и взлетела вверх.
Мы выметнулись на простор, копыта застучали часто и победно. В последний раз я оглянулся на эльфийский замок. По заросшей виноградом стене спускается широкоплечий молодой гигант с длинным мечом за спине. Плечевой пояс развит, как у Григория Новака, руки толстые и мускулистые, а миниатюрная женщина висит на нем, крепко вцепившись в широкий кожаный с металлом пояс и крепко-крепко зажмурившись. Длинные волосы цвета молодого меда красиво рассыпались по узкой прямой спине, достигая оттопыренных ягодиц. Варвар опускается быстро, плавно, однако у женщины все равно покачивается и подпрыгивает высокая полная сочная налитая горячая грудь, а ягодицы двигаются вверх-вниз и в стороны.
Волк тоже оглянулся в прыжке, рыкнул завистливо:
- Сколько же он их навыводил!
- Врага надо бить в самое уязвимое место, - ответил я на скаку. Ветер ревел и свистел в ушах, в носу и забивал дыхание. - Без женщин эти гады быстро превратятся в... что-нибудь непотребное!
- Да, конечно, - каркнул сверху ворон злорадно, - но согласитесь, мой лорд, что его миссия выглядит интереснее, да?

Глава 13

Мы скакали навстречу утренней заре, впереди появилась роща, уклоняться от встречи не стали, ворон уже прокричал, что там все чисто, мы с волком достигли первой же полянки, ворон плюхнулся на пень и всем видом показывал, что здесь самое то место для отдыха, словно мы в пути уже десятую неделю.
- Ладно, - сказал я, - переведем дух, но только на несколько минут. Рогача не расседлывать!.. Итак, что имеем?
- Краденый меч, - сказал ворон с восторгом.
- Красивый, - согласился и волк. Добавил: - Наверное, дорогой.
- Камешки могу повыковыривать, - предложил ворон. - Для своей фамильной коллекции.
Меч в самом деле великолепен, как будто держу длинную полоску стекла, настолько меч прозрачен, а когда поворачиваю, на какое-то мгновение исчезает вовсе. Я пару раз взмахнул, проверяя баланс, конечно, великолепно, то есть хорошо сбалансированный меч, даже замечательно сбалансированный меч, ну просто идеально сбалансированный меч, хотя, на мой взгляд, коротковат, нет в нем страшного великолепия трехручного рыцарского меча, пусть не такого острого, зато грубо надежного, как настоящая мужская дружба.
- Прекрасная добыча, - одобрил волк. - Я уж начал было тревожиться за вас, мой лорд.
- Зря, - каркнул ворон.
- Почему?
- Героев не убивают, - объяснил ворон. - Я имею в виду, в начале или середине квеста. Но в плен взять должны, иначе что за квест?.. А потом мы из плена убежим, это тоже ясно как нам, так должно быть ясно им тоже...
Волк прорычал:
- Ага, убежишь, а если тебе руки-ноги отрубят?
- Не отрубят, - возразил ворон хладнокровно. - Разве что пытать будут... Но опять же никаких увечий. Разве что по морде дадут, но все равно даже прическу не испортят. Пусть хоть кувалдой в зубы, все равно широкая улыбка нашего лорда должна сиять безмятежно и незамутненно. И ни одного кровоподтека...
Он посмотрел на меня, голос слегка поколебался. Я потрогал себя за челюсть, остро сожалея, что нет со мной зеркала.
- Ты уверен?
- Ну, - ответил ворон уклончиво, - что для вашего лордства пара синяков? Или пустяковые царапины?
Я спросил угрюмо:
- Насколько пустяковые?.. Плечи ободрали, как будто шкуру старались спустить.
Волк сказал с солдатской прямотой:
- Отделали вас, мой лорд, здорово. Места живого нет. Но что это для настоящего мужчины?
- Да, - согласился я. - Что это для настоящего? Как жаль, что возвышенное и духовное всегда что-то отщипывает от настоящести... Ладно, у нас теперь цель - достичь перекрестка и отыскать там Корчму.
Ворон приподнялся, растопырил крылья.
- Я взлечу повыше, высмотрю?
- Давай. А мы с волком будем выбираться потихоньку.

* * *

Корчма, как и водится, на перекрестке, одна дорога ведет на запад, другая на восток, третья на юг, четвертая - на север. Что-то во мне подсказало, что можно бы и с прописной: Запад, Восток, Юг, Север, а то и вовсе назвать чиста конкретнее, но это будет совсем уж чересчур, нужно оставить хоть малость недоговоренности, так принято. Мол, из уважения. Даже из уважения к... Старомодные идиоты, уже дожили до подсказывающего хохота за сценой, а все еще говорят об уважении и обязательности недоговоренности!
Я оставил Рогача во дворе у коновязи, волк уселся у колодца и с удовольствием смотрел, как его обходят опасливо, а ворон принялся летать над конюшней и делать вид, что бросает в сухое сено горящие угли.
Я толкнул дверь, остановился, узнавая Корчму и не узнавая, она всегда разная, в то же время остается Корчмой. Зал вроде бы стал еще просторнее, воздух пропитан бодрящими запахами крепкого кофе, крепкого пива, крепкого слова, но, конечно же, без мата, Хозяйка следит строго. Ноздри уловили зовущий аромат жареного мяса, узнаю запах жареного кабанчика, а также гуся, испеченного в глине, фирменный рецепт Мрака, за тяжелыми дубовыми столами завсегдатаи и робкие новички, хотя видны и нахальные, тех сразу же с охотой бьют табуретками, кружками, лавками, кричат хором: "Читай FAQ, дурило, и ставь (-), если вякнуть нечего", рыжая псина смотрит со стойки строго и требовательно, а когда видит, как какой-то жлоб, объев мясо, начинает грызть и сахарную косточку, бежит к нему и требовательно стучит лапой по колену, напоминая, что вообще-то Творец и Карл Маркс велели делиться.
Справа в стене за спинами пирующих две двери, над одной надпись "Старая Корчма", над другой все те же загадочные буквы "ОР". Из того, где "ОР", дверь распахнулась, выскочил решительного вида вьюноша в дорогой одежде. Он вытирал слезы, бледное лицо преисполнено оскорбленного достоинства, узкие губы плотно сжаты. "Ничего не понимают..." - услышал я горькое, дальше он пронесся через зал, как метеор. Я ожидал, что выскочит из Корчмы, но он уже у двери передумал, плюхнулся на свободное место между стариком в фуфайке и высокомерным офицером в мундире полковника Рамзеса Второго, жестом велел ему на стол всего и побольше, побольше...
Дверь так и осталась приоткрытой, оттуда яркий свет, искрятся и блестят изящные светильники, подсвечники в виде нимф и дриад, голосов из того зала не слышно, все заглушает мощное чавканье со всех сторон, но в щель видно, как на стол вскочил красивый изящный мужчина, похожий на эльфа в серебристом одеянии стратосферного летчика, на поясе тонкая шпага с затейливо украшенной гардой, он вскинул руку, слов я не услышал, но догадался, что не рубленый призыв взять и поделить, а что-то ритмичное...
Да это же стихи, мелькнула мысль. Заинтересовавшись, я попытался прислушаться, но рядом возник спор, нервный худой юноша быстро-быстро доказывал детине с бычьей шеей
- ...а как православному, рекомендую вам почитать святого Максима Грека "О принципах мирного сосуществования религий".
Детина в задумчивости почесал в затылке:
- Гм... А у меня другая книжка есть, Библия называется, там тоже написано. И вот думаю я, которую из них считать первоисточником. Думаю, думаю...
В голосе его звучало некое обещание, я не стал разгадывать, поспешно взял тарелку с мясом и пошел по проходу, где меня пихал всяк, кто нечаянно, а кто нарочно, и, хотя у меня в руках не тарелка, исполненная борщом до краев, пришлось придерживать кусок мяса рукой и прикрывать локтем. Наконец отыскал свободное место за столом поближе к полуоткрытой двери в благородное, как уже догадывался, собрание, однако эльф уже покинул стол, а собравшиеся аплодировали милой женщине в малиновом берете. Она смущалась, мило опускала глазки, краснела и благодарила, благодарила, причем - очень бойко, уверенно. Чувствовалось, что хвалят ее часто.
Спиной ко мне крупный монах, поперек себя шире, с выбритой тонзурой, массивные плечи, зад еще шире, но спина-то, спина, куда там хомяку, что запасает зерна на зиму, вот это спина, на месте хребта вертикальная впадина, а по бокам две огромные массы... ладно, это под сутаной, а сам монах лениво увещевал невидимого мне за косяком собеседника:
- Что-то мрачно очень. Декаданс. У автора, кажется, растет мастерство. За декаданс пороть.
Я слышал горестный вскрик, шум борьбы, кого-то схватили и увели, я слышал, как он загребал шпорами каменный пол. Монах сказал с сомнением:
- А это хорошая строчка... Не у Ларионихи ли взята, случайно? А то ведь вот она, плетка, семь хвостов... Гм, "перемешалось со спиртом вино". Хм-м... Спирт вроде в вине присутствует изначально. Измеряется в градусах. Ежели хорошее, то обычно двенадцать. Ладно, потом решим, пороть или не пороть...
Я все вытягивал голову, стараясь угадать, что же за масонская ложа там, или составляют Великую Хартию Вольностей? За спиной возникла драка, оглушил звон посуды, мимо пролетела табуретка, я услышал голос монаха:
- ...я долго думал, чья же это мама. Полосатая. Додумался. Отпраздновал с шиком, в окружении соратников и дам легкого поведения...
Вторая табуретка срикошетила о спину массивного золотокопателя и ударила в дверь. Та с мягким стуком захлопнулась. Я с разочарованным видом отвернулся и хотя ел с аппетитом, здесь всегда все с перчиком и жгучими специями, но теперь начал присматриваться и прислушиваться к происходящему в этом, главном, как понял, зале Корчмы.
На одном из столов явные аристократы: высокомерные, все с моноклями, один так и вовсе в пробковом шлеме не то плантатора, не то охотника на львов, двое в форме немецких войск. Не то бронетанковых, не то воздушных, но, скорее всего, бронетанково-воздушных. Или воздушно-бронетанковых, неважно. Рядом с ними убого накрытый стол, где трое в черных шляпах и с пейсами, а четвертый явный эллинист, поддакивает, но на морде ехидная улыбочка, предатель чертов, но, увы, здесь полиции нет, все должны справляться своими силами.
За моим столом двое ведут вялую беседу о том, как лучше ловить рыбу, на мормышку или блесну, и стоит ли отдавать Саудовскую Аравию юсовцам. На меня посматривали искоса, сперва настороженно, готовые дать отпор, едва влезу в беседу, но я помалкивал, и тогда один поинтересовался:
- А ты как сюда попал?
- По ссылке, - ответил я коротко.
Через зал прошел, держа взглядом дальний столик, высокий, могучего сложения человек в простых кожаных доспехах.
Седые волосы свободно падают на плечи, коричневое от солнца и ветра лицо изборождено шрамами и морщинами. Еще с момента его появления некоторые из пьянствующих начали приподниматься и торопливо швырять в него ножи, молоты, а двое-трое выхватили луки и начали торопливо выпускать стрелы.
Старый воин не замедлил шага, ножи и стрелы звякали о его доспехи, что выглядели собственной кожей, падали со звоном на пол. Пару стрел он с небрежностью перехватил и швырнул обратно, я видел, как мерзавцы падали на свои сиденья, ухватившись за пораженные места.
Мужик, что напротив меня, с укоризной покачал головой:
- Не терпят сильнее себя... Шакалы.
- Почему шакалы, - вступился я. - Инстинкт.
- Да уж очень как-то... не так, - проворчал он. - Погляди, он с открытым лицом, а они в масках, а сверху еще и капюшоны, чтобы их не узнать. А как их иначе назвать, как не трусами?.. А туда же - жаждут быть первыми. Всякий, кто сильнее, - враг. Но что уж делать, если ему Бог дал, а им только показал, да и то издали?
- Кому не дал, - возразил я, - тот может развить сам. Он бросил на меня недобрый взгляд:
- Вижу, и тебе не нравится старый воин?
- Не нравится, - признался я. - И у меня инстинкт - быть первым.
- Ну, ты еще молод... Когда-то да получится. Но не сейчас, не сейчас.... Пока жив этот, остальным с ним не равняться. Но всех тянет именно в эту Корчму, потому что у всех в душе подленькая задумка: свалить его и сразу стать сильнейшим!
- Почему подленькая?
- Ну ладно, расценивай как хошь... Они еще не знают, что для того, чтобы стать лучше, нужно не швырять ножи в спину, а как минимум тоже набить столько же драконов, сколько набил он, освобождая города и веси, нанести рану Повелителю Тьмы, перебить сто дюжин Кровавых Демонов, двести Ледяных Чудищ и помирить враждующие сто тысяч лет королевства Клаты и Пеги!.. Я уж молчу про Битву у Трех Мостов и в Долине Ледяной Смерти...
Один из завсегдатаев, что сидел за тазиком с горячей похлебкой и жадно орудовал ложкой, вскочил и выплеснул содержимое всего тазика на старого воина. Я содрогнулся, но варево странным образом ничуть не испачкало, даже не коснулось, а стекло на пол. Одежда незнакомца осталась чистой и опрятной.
Он ушел в дальний угол, отворил дверь под надписью "Старая Корчма", я на миг увидел небольшое помещение, намного более тихое, и дверь закрылась.
- Ничего, - проворчал мужик, - ему и там достается. Каждый старается возразить, поспорить, швырнуть костью... Утверждаются у нас так!
Слева через два стола один толстый монах с бычьей шеей сидел в окружении женщин-амазонок и вальяжно декламировал стихи, а еще через стол двое неимоверно худых гномов с завистливыми глазами постоянно прерывали ехидными репликами. Мне показалось, что одного из них уже где-то видел, повернул голову, как раз открылась дверь в "ОР", кого-то вытолкали в шею, я успел заметить этих же двух гномов локоть к локтю, тоже морды завистливые, губы шевелятся, шпильки, значит, бросают, но там оба покрупнее малость, а тот, что с рыжей бородой, крупнее другого почти вдвое, хотя до размеров человека не дотягивает.
Я тупо дивился, как это может быть, а мужик, который ловит на мормышку, верно истолковал недоумение на моем лице, сказал понимающе:
- Что, зацепило?
Я указал кивком:
- Как это может быть?
- В Корчме все может быть, - сообщил он загадочно. - В двух залах?.. Эка невидаль!.. А если в одном подают изумительное мясо волшебного оленя, а в другом Техасец читает стихи, принесенные из далеких земель? Ведь надо же успеть сказать, что и мясо - говно, и стихи - говно, и сам Техасец - говно. Вот и раздваиваются...
Я указал на совсем уж мелких человечков, что суетливо пробегали под ногами завсегдатаев, норовя укусить за лодыжку, нагадить, плюнуть:
- А это кто?
Он усмехнулся:
- Еще не узнал?
- Нет.
- Присмотрись, - посоветовал он с несерьезной серьезностью.
Человечки кого-то смутно напоминали, хотя все разные, иные вовсе не человечки, а не то клубки шерсти, не то клочья гнилого тумана. Я всматривался в то общее, что уловилось, это прежде всего мелочность и жажда укусить тайком, ахнул:
- Неужели?
Он довольно кивнул:
- Точно. Еще больше распахнешь варежку, когда узнаешь, что это дерьмецо, вольно бегающее здесь с попустительства чересчур доброй Хозяйки, вовсе не рыжий гном, а вполне себе рыжий великан!.. Да-да. Только душа у него, увы, гномья. А то и намного мельче. Видишь, до чего измельчился...
Он с брезгливостью пнул рыжую мышь, что на бегу пыталась вцепиться в его сапог. Я ошалело покрутил головой, со всех сторон нарастает говор, голоса становятся напористее, громче, злее, это у нас вместо аргументации.
Справа от меня один проворчал с высокомерием:
- Но как он предсказуем!.. Как предсказуем, вы только посмотрите!.. Сперва ставит впереди себя одну ногу, потом вторую... и так все время! А сейчас вот сядет за стол... Ага, видели, видели?.. Я ж говорю, что абсолютно предсказуем!.. Сейчас же вот подзовет домового и что-нить закажет...
С другой стороны:
- Нет, эту вещь читать вообще невозможно...
С другой:
- Что вы, невозможно все остальные...
Я помотал головой, с набитым желудком чувствую себя намного увереннее даже в таком странном месте, поднялся и постучал в дверь под вывеской "ОР". Никто не ответил, дернул на себя, дверь подалась легко, я застыл на пороге, ослепленный великолепием множества красивых людей, даже мужчины здесь не вызывают неприязни, больно морды умные, а мы не любим только сильных, умные нам не соперники, мы сами умнее всех, это же козе ясно, я сделал шаг, вслушиваясь. Толстенный монах развалился в кожаном кресле эпохи Луи все так же спиной ко мне, я услышал его назидательный голос:
- Господа, господа, в наше время даже в христианском мире весьма превратно понимается любовь. Очевидно, это пережиток языческих эпох, где мир был черно-белый, как эти... ну как их... картины Эйзенштейна, любимца дядюшки Джо и Стивена... нет, не того, который дерется, то было бы еще понятно... То есть - добро, мол, это сю-сю, зло - гав-гав, а любовь - что-вы-что-вы, зарделась стремглав. Этот подход неверен в корне. Проще говоря, для того, чтобы искусство было искусством, людей следует по-христиански любить. И не только сю-сю. То есть следует любить и противников, даже врагов, как завещал нам Христос... Все перекрестились? А то моя плетка вот она, под рукой. Так вот, нам всем легче любить своих врагов в молитвах, чем в жизни. Да. Но без любви искусства не бывает. То есть на персонажи и на людей можно злиться, их можно критиковать, ругать, припечатывать, разделывать - но так, чтобы нехристианской злобе места не было. Как, чтоб далеко за примером не ходить, Дюма любит своих Рошфора, Миледи, Мордаунта, Людовика Четырнадцатого, Кольбера и Арамиса, причем Арамиса больше всех. Все они - явно отрицательные персонажи, особенно последний. И автор это многократно подчеркивает. А сам - любит. И без этого искусству - не быть...
Он проследил за взглядом дамы в малиновом берете, попытался обернуться, но шея такую непозволительную операцию проделать не позволила, тогда монах поднялся, чудовищная туша развернулась на месте. На меня взглянули маленькие злые глаза, коричневые, нижняя челюсть, как у бульдога, воинственно выдвинулась, тяжелая, как крепостная стена.
Я таращил на него глаза, наконец оглянулся. Через оставленную благоразумно щель видно, что за первым столом, где я сидел, двое уже сцепились, тонкие руки юноши ухватились за пиратскую куртку бычешеего, тот с брезгливым видом удерживал вьюношу на вытянутой руке. Я повернулся к загородившему вход. Тот же с бычьей шеей, только в сутане католического монаха, не то бенедиктинца, не то франксиканца. В талии, это место такое, чрево подпоясано толстой веревкой с намыленной петлей на конце. На другом конце веревки я рассмотрел железный крюк ниндзя.
- Э-э... - сказал я обалдело, - э-э... не столько я вроде бы и пил...
- Че возжелал, человече? - поинтересовался бычешеий. - Бисера стало не хватать, не взыщи...
Я указал пальцем через плечо:
- А там... э-э... вон там...
Он прогудел зычно:
- Орлам случается и ниже кур спускаться...
- ...но курам никогда до облак не подняться, - сказал я машинально, - дык вон там...
- Грамотный? - удивился бычешеий. - То-то тебе вина мало, захотелось чего-то ишшо, цыпленок?.. Какая свадьба без драки?..
Я оглянулся, бычешеий пират уже ухватил оппонента за ногу, раскрутил его с лихим посвистом над столами, как Илья Муромец Калин-царя, а потом сделал шаг в сторону и с размаха хрястнул головой об опорный столб. Кровля вздрогнула, на поперечной балке каркнул ворон, а гигантская летучая мышь беспокойно задвигалась во сне.
Бычешеий наконец выпустил жертву, тот улетел в дальний угол, стену тряхнуло. Оппонент сполз по ней, как разбитый помидор, с усилием поднялся, отряхнулся и сказал с обидой:
- А вот это не довод, знаете ли!
Пират сказал весело:
- А я всего лишь проверял, пустая у вас голова или цельнолитая!.. Ладно, оставим эту тему, поговорим лучше о...
Вконец ошалевший, я повернулся к монаху, на крупном багровом лице уже нетерпение, проговорил как можно убедительнее:
- Там слишком шумно... Нельзя ли мне перебраться в ваше благородное собрание?
- Ты хто? - прорычал бычешеий.
- Я?.. Я сын и внук короля... императора тоже... а также наследник престола Трех Королевств...
- А почему грамотный? - удивился монах.
- Да так, по недосмотру...
- А ты христианин или язычник? - спросил монах.
Я подумал, как ответить половчее, подсказка лежит на поверхности, монах явно не из варварской обители, но уж слишком простая подсказка, такие обычно означают ложные пути, тупики, а то и ловушки в конце и по дороге, так что я бодро выпятил грудь и ответил с грубой прямотой истинного дипломата:
- Мне ли кланяться и выпрашивать милости?.. Конечно же, я сын природы!
По лицам в роскошном зале я понял, что ответ не совсем. Амазонки и дамы отвернулись, что самое обидное, оживленно беседовали с хлыщами, у которых и спины колесом, и ростом не удались, и руки спичечные, а монах взял меня за плечо, приблизил лицо, чтобы речь звучала доверительнее, я услышал запах коньяка, хорошего коньяка, а монах проговорил проникновенно:
- Ответ неверен. Христианская культура отличается от остальных еще и тем, что постоянно проявляет интерес к другим культурам. Один из проявляющих такой интерес - ты, представитель именно христианской культуры, как бы тебе лично этого ни хотелось. Любовь к экзотике - это наше, законное, давнее, ах, какие дивные они, эти аборигены. Прям слезы умиления на глазах. Аборигены всех остальных, включая нас с тобой, варвар с мечом за плечами, в гробу, естественно, видели, и это хорошо и почтенно - их вероисповедание к любопытству не располагает. А только бывают времена, когда они начинают завидовать и, используя нашу жадность, продают, чего у них растет и произлеж... живает, ну, в общем, искапывается, просто так, ибо производить они не умеют, опять же, не располагает вероисповедание... на выручку покупают у нас мечи и копья, и вперед, а мы их за это с низко летящего дракона огнем и напалмом, и так далее. Короче, тупизм, и, в общем, пора называть вещи своими именами и отчествами. Если тебе кажется, что еще не пора, - это твое право, но смею заметить, что и это твое мнение, отличное от моего, - тоже продукт именно христианской культуры, ибо в культурах нехристианских наличие более чем одного мнения среди собеседников не приветствуется, если только речь не идет о постройке сарая... это потому, что не имеют в этом случае мнения никакого значения, все равно потом приедут христиане и построят. Все понял, отроче?
- Да! - воскликнул я воспламененно. - Теперь я сяду с вами за стол с новыми взглядами на жизнь...
Он прервал:
- Никуда ты не сядешь.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [ 11 ] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.