read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



человека, с Осяниной да Комельковой спешно занялся подготовкой. Пока они для
костров хворост таскали, он, не таясь (пусть слышат, пусть готовы будут!),
топором деревья подрубал. Выбирал повыше, пошумнее, дорубал так, чтоб от
толчка свалить, и бежал к следующему. Пот застилал глаза, нестерпимо жалил
комар, но старшина, задыхаясь, рубил и рубил, пока с передового секрета
Гурвич не прибежала. Замахала с той стороны.
-- Идут, товарищ старшина!
-- По местам, -- сказал Федот Евграфыч. -- По местам, девоньки, только
очень вас прошу: поостерегитесь. За деревьями мелькайте, не за кустами. И
орите позвончее...
Разбежались его бойцы. Только Гурвич да Четвертак на том берегу
копошились. Четвертак все никак бинты развязать не могла, которыми чуню ее
прикручивали. Старшина подошел:
-- Погоди, перенесу.
-- Ну, что вы, товарищ...
-- Погоди, сказал. Вода -- лед, а у тебя хворь еще держится.
Примерился, схватил красноармейца в охапку (пустяк: пуда три, не боле).
Она рукой за шею обняла, вдруг краснеть с чего-то надумала. Залилась аж до
шеи:
-- Как с маленькой вы...
Хотел старшина пошутить с ней -- ведь не чурбак нес все-таки, -- а
сказал совсем другое:
-- По сырому не особо бегай там.
Вода почти до колен доставала -- холодная, до рези. Впереди Гурвич
брела, юбку подобрав. Мелькала худыми ногами, для равновесия размахивая
сапогами. Оглянулась:
-- Ну и водичка -- бр-р!
И юбку сразу опустила, подолом по воде волоча. Комендант крикнул
сердито:
-- Подол подбери!
Остановилась, улыбаясь:
-- Не из устава команда, Федот Евграфыч...
Ничего, еще шутят! Это Васкову понравилось, и на свой фланг, где
Комелькова уже костры поджигала, он в хорошем настроении прибыл. Заорал что
было сил:
-- Давай, девки, нажимай веселей!.. Издалека Осянина отозвалась:
-- Эге-гей!.. Иван Иваныч, гони подводу!..
Кричали, валили подрубленные деревья, аукались, жгли костры. Старшина
тоже иногда покрикивал, чтоб и мужской голос слышался, но чаще, затаившись,
сидел в ивняке, зорко всматриваясь в кусты на той стороне.
Долго ничего там уловить было невозможно. Уже и бойцы его кричать
устали, уже все деревья, что подрублены были, Осянина с Комельковой свалили,
уже и солнце над лесом встало и речку высветило, а кусты той стороны стояли
недвижимо и молчаливо.
-- Может, ушли?.. -- шепнула над ухом Комелькова.
Леший их ведает, может, и ушли. Васков не стереотруба, мог и не
заметить, как к берегу они подползали. Они ведь тоже птицы стреляные -- в
такое дело не пошлют кого ни попадя... Это он подумал так. А сказал коротко:
-- Годи.
И снова в кусты эти, до последнего прутика изученные, глазами впился.
Так глядел, что слеза прошибла. Моргнул, протер ладонью и -- вздрогнул:
почти напротив, через речку, ольшаник затрепетал, раздался, и в прогалине
ясно обозначилось заросшее ржавой щетиной молодое лицо.
Федот Евграфыч руку назад протянул, нащупал круглое колено, сжал.
Комелькова уха его губами коснулась:
-- Вижу...
Еще один мелькнул, пониже. Двое выходили к берегу, без ранцев, налегке.
Выставив автоматы, обшаривали глазами голосистый противоположный берег.
Екнуло сердце Васкова: разведка! Значит, решились все-таки прощупать
чащу, посчитать лесорубов, найти меж ними щелочку. К черту все летело, весь
замысел, все крики, дымы и подрубленные деревья: немцы не испугались. Сейчас
переправятся, юркнут в кусты, змеями выползут на девичьи голоса, на костры и
шум. Пересчитают по пальцам, разберутся и... и поймут, что обнаружены.
Федот Евграфыч плавно, ветку боясь шевельнуть, достал наган. Уж этих-то
двух он верняком прищучит, еще в воде, на подходе. Конечно, шарахнут по нему
тогда, из всех оставшихся автоматов шарахнут, но девчата, возможное дело,
уйти успеют, затаиться. Только бы Комелькову отослать...
Он оглянулся: стоя сзади него на коленях, Евгения зло рвала через
голову гимнастерку. Швырнула на землю, вскочила, не таясь.
-- Стой!.. -- шепнул старшина.
-- Рая, Вера, идите купаться!.. -- звонко крикнула Женька и напрямик,
ломая кусты, пошла к воде.
Федот Евграфыч зачем-то схватил ее гимнастерку, зачем-то прижал к
груди. А пышная Комелькова уже вышла на каменистый, залитый солнцем плес.
Дрогнули ветки напротив, скрывая серо-зеленые фигуры, Евгения
неторопливо, подрагивая коленками, стянула юбку, рубашку и, поглаживая
руками черные трусики, вдруг высоким, звенящим голосом завела-закричала:
Расцветали яблони и груши,
Поплыли туманы над рекой...
Ах, хороша она была сейчас, чудо как хороша! Высокая, белотелая, гибкая
-- в десяти метрах от автоматов. Оборвала песню, шагнула в воду и,
вскрикивая, шумно и весело начала плескаться. Брызги сверкали на солнце,
скатываясь по упругому, теплому телу, а комендант, не дыша, с ужасом ждал
очереди. Вот сейчас, сейчас ударит -- и переломится Женька, всплеснет руками
и...
Молчали кусты.
-- Девчата, айда купаться!.. -- звонко и радостно кричала Комелькова,
танцуя в воде. -- Ивана зовите!.. Эй, Ванюша, где ты?..
Федот Евграфыч отбросил ее гимнастерку, сунул в кобуру наган, на
четвереньках метнулся вглубь, в чащобу. Схватил топор, отбежал, яростно
рубанул сосну.
-- Эге-гей, иду!.. -- заорал он и снова ударил по стволу. -- Идем
сейчас, погоди!.. О-го-го-го!..
Сроду он так быстро деревьев не сваливал -- и откуда сила взялась.
Нажал плечом, положил на сухой ельник, чтоб шуму больше было. Задыхаясь,
метнулся назад, на то место, откуда наблюдал, выглянул.
Женька уже на берегу стояла -- боком к нему и к немцам. Спокойно
натягивала на себя легкую рубашку, и шелк лип, впечатывался в тело и
намокал, становясь почти прозрачным под косыми лучами бьющего из-за леса
солнца. Она, конечно, знала об этом, знала и потому неторопливо, плавно
изгибалась, разбрасывая по плечам волосы. И опять Васкова до черного ужаса
обожгло ожидание очереди, что брызнет сейчас из-за кустов, ударит,
изуродует, сломает это буйно-молодое тело.
Сверкнув запретно белым, Женька стащила из-под рубашки мокрые трусики,
отжала их и аккуратно разложила на камнях. Села рядом, вытянув ноги,
подставила солнцу до земли распущенные волосы.
А тот берег молчал. Молчал, и кусты нигде не шевелились, и Васков, как
ни всматривался, не мог понять, там ли еще немцы или уже отошли. Гадать было
некогда, и комендант, наскоро скинув гимнастерку, сунул в карман галифе
наган и, громко ломая валежник, пошел на берег.
-- Ты где тут?..
Хотел весело крикнуть -- не вышло, горло сдавило. Вылез из кустов на
открытое место -- сердце чуть ребра не выламывало от страха. Подошел к
Комельковой:
-- Из района звонили, сейчас машина придет. Так что одевайся. Хватит
загорать.
Поорал для той стороны, а что Комелькова ответила -- не расслышал. Он
весь туда был сейчас нацелен, на немцев, в кусты. Так был нацелен, что
казалось ему, шевельнись листок, и он услышит, уловит, успеет вот за этот
валун упасть и наган выдернуть. Но пока вроде ничего там не шевелилось.
Женька потянула его за руку, он рядом сел и вдруг увидел, что она
улыбается, а глаза настежь распахнутые, ужасом полны, как слезами. И ужас
этот живой и тяжелый, как ртуть.
-- Уходи отсюда, Комелькова, -- изо всех сил улыбаясь, сказал Васков.
Она что-то еще говорила, даже смеялась, но Федот Евграфыч ничего не мог
слышать. Увести ее, увести за кусты надо было немедля, потому что не мог он
больше каждое мгновение считать, когда ее убьют. Но чтоб легко все было,
чтоб фрицы проклятые недоперли, что игра все это, что морочат им головы их
немецкие, надо было что-то придумать.
-- Добром не хочешь -- народу тебя покажу! -- заорал вдруг старшина и
сгреб с камней ее одежонку. -- А ну догоняй!..
Женька завизжала, как положено, вскочила, за ним бросилась. Васков
сперва по бережку побегал, от нее уворачиваясь, а потом за кусты скользнул и
остановился, только когда в лес углубился.
-- Одевайся! И хватит с огнем играться! Хватит!..
Сунул, отвернувшись, юбку, а она не взяла, и рука висела в воздухе.
Ругнуться хотел, оглянулся -- а боец Комелькова, закрывши лицо, скорчившись,
сидела на земле, и круглые плечи ее ходуном ходили под узкими ленточками
рубашки...
Это потом они хохотали. Потом -- когда узнали, что немцы ушли. Хохотали
над охрипшей Осяниной, над Гурвич, что юбку прожгла, над чумазой Четвертак,
над Женькой, как она фрицев обманывала, над ним, старшиной Васковым. До
слез, до изнеможения хохотали, и он смеялся, забыв вдруг, что старшина по
званию, а помня только, что провели немцев за нос, лихо провели, озорно, и
что теперь немцам этим в страхе и тревоге вокруг Легонтова озера сутки
топать.
-- Ну, все теперь!.. -- говорил Федот Евграфыч в перерывах между их
весельями. -- Теперь все, девчата, теперь им деваться некуда, ежели,
конечно, Бричкина вовремя прибежит.
-- Прибежит, -- сипло сказала Осянина, и все опять принялись хохотать,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [ 11 ] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.