read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



тута дети наши схоронят!
Марья молча покивала и затряслась от рыданий, клонясь лицом ниже и
ниже. Степан привлек ее к себе. Она ткнулась ему в колени.
От реки донесся звонкий голос. Ребята ловили сорожек, уже позабыв о
похороненной сестренке.
- Вставай, жена, - сказал Степан. - Дела ждут. Детей кормить нать!

ГЛАВА 98
Данил Лексаныч возвратился в Москву сразу, как ушли татары. Все было
разорено, амбары пусты, пол-Кремника выгорело - сгорел княжой двор и
житницы. Уцелели хоромы Протасия, там и поселились на время, навесив
выбитые двери и отмыв изгвазданные полы, княжеская семья вместе с семьями
Протасия, Федора Бяконта и еще троих великих бояр, чьи хоромы также были
разрушены. Из Новгорода уже дошли вести, что старший сын, Юрий, жив и цел
и по весне воротится домой, и Данила мысленно перекрестился. Пока
прятались на Пахре, в лесах, у Овдотьи разболелся и в три дня сгорел
меньшой, новорожденный, Семен. Но теперь она уже оправилась. Бегала по
переходам, дивилась тесноте:
- Вот не знали, како житье-то!
И со смехом сказывала приезжим, как, кувырком, они бежали из Москвы
от татар.
Народ опасливо возвращался на свои места. В концах уже стучали
топоры. Купцы починяли амбары. Из уцелевших деревень везли хлеб.
Данил, когда, воротясь, прошел по своему порушенному Кремнику, дак
едва тут и не заплакал. Он бродил, ковыряя сапогами то здесь, то там. Все,
что с такими трудами ежедневно, годами стараний возводилось и копилось,
обернулось дымом в единый день. <Не собирай себе богатств на свете сем,
что червь портит и тать крадет!> Он жевал бороду, глядя в пустоту. Подошел
дворский. Данил слепо оборотился к нему... Мужики и дружина лопатами стали
разгребать снег. Данил стоял, тупо глядя, как обнажаются остатки недавнего
пожара: рухнувшие обгорелые бревна, зола, черепки. Наконец что-то
проблеснуло зеленью. Он опомнился, удержал замахнувшегося пешней ратника.
То была завалившаяся, рухнувшая обливная печь - гордость Данилы. Он
подошел, присел, потрогал. Потом разогнулся:
- Осторожнее махай, Минич!
Позвал дворского:
- Повороши тута! Которы целы изразцы, пущай отберут. И того... На
монастырь лес возят ле?
- Возят, батюшка, Данил Ляксаныч!
- Ну и... того... Житницу вели скласть. В первую голову чтоб.
- Велено уже, батюшка!
- Люди-то ворочаются?
Дворский мелко засмеялся.
- А что им сдеется, мужики! Не впервой! Гляди, строются уже!
- То-то... Не впервой...
Данил отворотился и, сутулясь, пошел озирать городовую стену.
Федор прискакал в Москву, когда уже на развороченном посаде и в
Кремнике поднялись новые хоромы и клети, были залатаны крыши и бойко
звенели молотки и колотушки ремесленной слободы. В Детинце возводились
княжие хоромы, под горою жгли изразцы для печей, и ордынцы уже ходили,
щурясь, задирая головы, смотрели на княжеское устроение. Им было с чего
усмехаться. Нынче Данил безо спора передал ордынский выход в Орду, хану
Тохте: оставили бы только в покое! (Землю разорили вконец, впору было не
выход платить, а с Орды, кабы такое возможно, просить помочи...) В ход
пошло береженое серебро, чего бы трогать не след... Охо-хо-хо-хо! К Андрею
тоже послал князь Данил с поклоном и поминками. Ладно, их дела с Митрием,
а только Переяславль ярославскому князю отдавать было не след, ой, не
след!
Федора князь Данил сперва не признал было. Потом, маленько оживясь,
стал расспрашивать: <Ну как? Ну как?> Но, видно, что не очень вникал. Свои
заботы, разоренная Москва, да и смерть старшего брата на Волоке - все было
поважнее.
- Уходит Ростиславич-то из Переяславля, уходит, бают!
Данил пожевал губами. У него появилась новая привычка, чего раньше не
было: жевать кусок бороды. Он раздобрел, но как-то не по-хорошему. Заметно
постарел, вокруг горбатого носа обозначились две крупные морщины. На
взгляд тридцатитрехлетнему московскому князю сейчас можно было дать уже и
все сорок.
Принимал Данил Лексаныч Федора в тесной горнице Протасьевых хором.
Свой терем еще не был свершен. Князь прежде поторопился поставить житницу,
поварню, бертьяницы, погреба и конюшни.

ГЛАВА 99
Отпущенный князем и накормленный внизу, в людской избе, Федор
отправился на посад искать своих. Он сам нетвердо понимал, с какого конца
ему начинать. Прежде всего, наверно, следовало разыскать брата. Грикша, на
грех, оказался в отъезде. В Даниловом монастыре, где трудились не покладая
рук и где всем было не до него, тоже ничего не знали. Вызнал он тут,
однако, что с монастырским обозом, когда бежали, ни Фени, ни детей не
было. Он воротился в Москву, ткнулся в указанный ему дом брата, но тут
вышла какая-то раскосмаченная толстая баба в сбитом повойнике и начала
ругаться:
- Какой брат? Какой Михалкин? Нету тут таких! И не было никогда!
Татары убили! Харю б тебе своротить! И не пущу! Ишь, глаза-то налил с
утра! Винищем-то разит! Да бесстужий какой, дом ему подавай! У-у-у, ирод,
зацапа, волюга тухлая! Язык бы те выворотило, час бы вздохнул, да другой
не мог!
Она ругалась, упершись руками в бока. Потом схватила жердь,
замахиваясь на Федора:
- Чаво стал, чаво! Уходи!
Стала собираться толпа. Федор не знал, как сладить с осатанелой
бабой, не за саблю же браться!
Вылез мрачный мужик.
- Чево нать? Не живут! Нету таких!
Соседи начали стыдить:
- Сказал бы путем! Ты-то здеся давно ли? Избу у тя что ли съели,
отгрызли углы?
- Ходют тут всякие! - сипло проворчал хозяин, захлопывая дверь.
- Да ты заходь, мил человек! - позвал другой сосед.
- Кто таков у вас?
- А! Офонас, медник! Сам и женка - ругатели, каких мало! Под горкой
жил. А тута один переяславский с монастыря. Да у Офонаса-то дом раскатали,
сюда перебралси! А того-то и нету до сих пор! Братец? Да ну! Ну заходь,
заходь. Коня тута привяжи, без опасу!
- Народ тут у вас! - покачал Федор головой.
- А всякой у нас на Москве народ! Всякого есь чуда. Со всих мест.
Тута и рязански, и володимерски... Местных-то, почитай, не остаетси!
Разный народ, разноличный! Кабы свои-то, так бы не тово... А толь, деды-то
сказывают, тихо было место!
Хозяин подал деревянный ковшик с водой.
- Были, были тута. Бабенка была рябовата така, и с дитем. Двое...
Нет, того не знать. Одно чадо. Еще мужик при ей, словно не муж? Братец,
должно, а словно другой!
С надеждой узнать поболе Федор засиделся. Он никак не предполагал,
что Ойнас остался с Феней. Ему почему-то казалось, что холоп должен был
дернуть от него в бег и уйти в Литву. Смущало и то, упорно повторяемое
хозяином, что чадо было одно, и он засомневался. Может, Грикша пристроил
Феню с детьми где в ином месте?
- Да вот, - тараторил хозяин, - Глаха придет, она с има толковала
тута, она скажет! Мы-то ране ушли, не знам ничо...
Приходилось ждать Глафиру. Хозяин сел на складную скамеечку, надел
передник, подвязал волосы кожаным снурком, взял в колени сапог. Ловко
отдирая прохудившуюся подметку, продолжал сказывать.
- Так-то... Тихо было место! Стечки, вона, где Неглинка с Москвой
сходют, там стоял крест. С мальчишками что случатца, там вешали новины на
крест, водичку брали, лечили. Помогало.
- И у нас также!
- Во-во! Это уж крест-от потом ставлен, а воду на стечках брали еще
при волхвах ентих. Ну, а после в бору, на горе, на Боровицкой, отшельник
жил, Вукол, Букол ли, так и так кличут. А там, ближе-то, терем стоял
Кучковичей, тутошние были, бояре али князья. Юрий-то, Долгая Рука, ихнее и
забрал имение-то и построил град, оттоле прозвася Москов, али Москва.
Теперича больши бают Москва, по реке, значит. А кто болтают, что и до Юрия
тута град был, Кучково прозывалось место, невесть! Ну, а уж как тут Данил
Ляксаныч, значит, сел, то все и завелось: и суд, и торг, и
купчи-новгородчи... Вона, как обстроили! Кабы не етая беда, дак тута
любота была!
Сказывая, он постукивал молотком, ухитряясь одновременно говорить и
держать во рту деревянные гвозди. Кончив сапог, оглядел, полюбовался,
прищурился, потом, безразлично шваркнув в угол, принялся за другой.
Федор сидел как на иголках. Наконец возвернулась с рынка Глафира.
Стала шумно объяснять, какая нынче дороговь, завидя Федора, всплеснула
руками:
- Гость-от у нас! А я и не малтаю!
Глафира тоже, однако, утверждала, что в доме жили женка с дитем и
мужик <большой такой, все ходил, с коням обряжалси>. Федор верил и не



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 [ 106 ] 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.