read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



жены и напуганы сходством мнимого доктора с молодым графом. Впрочем,
нельзя утверждать, что Амалия определенно его узнала, - не хочется ве-
рить, что она участвовала в гонениях, которые немедленно обрушились на
него. Нам неизвестно, какие обстоятельства подняли на ноги всю эту свору
получиновников-полушпионов, с чьей помощью венский двор управлял порабо-
щенными народами. Достоверно одно - не успела канонисса испустить пос-
ледний вздох в объятиях своего племянника, как того схватили и стали
допрашивать, каким образом и с какими намерениями он оказался у ложа
умирающей. От него потребовали, чтобы он предъявил диплом врача. Диплом
оказался в полном порядке, но тогда сомнению подвергли его имя - Ливера-
ни, и нашлись люди, вспомнившие, что встречали его прежде под именем
Трисмегиста. Его обвинили в шарлатанстве и чернокнижии. Он не мог дока-
зать, что никогда и ни с кого не получал денег за лечение. Ему дали оч-
ную ставку с баронессой Амалией, и вот это-то и погубило его. Потеряв
терпение, раздраженный допросами, устав скрываться под чужим именем, он
внезапно объявил своей кузине в разговоре с глазу на глаз - разговор
этот был подслушан, - что он Альберт Рудольштадт. Должно быть, Амалия
узнала его, но, испуганная этим необыкновенным происшествием, лишилась
чувств. Отныне дело приняло другой оборот.
Решено было считать Альберта самозванцем, но, желая возбудить один из
тех нескончаемых процессов, которые разоряют сразу обе стороны, чиновни-
ки такого же толка, как негодяи, сделавшие нищим Тренка, постарались
скомпрометировать обвиняемого, заставив его повторять и утверждать, что
он Альберт Рудольштадт. Началось длинное следствие. Было приведено пока-
зание свидетеля Сюпервиля, который, вероятно искренне, отказался под-
вергнуть сомнению факт смерти графа, умершего в Ризенбурге на его гла-
зах. Приказано было произвести эксгумацию трупа. В могиле нашли скелет,
который вполне мог быть положен туда накануне. Кузину обвиняемого убеди-
ли в том, что она должна бороться с авантюристом, желающим ее обобрать.
Разумеется, им запретили дальнейшие свидания. Жалобы Альберта и пылкие
мольбы его жены не выходили за пределы каменных стен тюрьмы, куда заклю-
чили обоих. Быть может, оба они лежали больные и умирали каждый в своем
каземате. Поскольку делу уже дали ход, Альберт мог теперь бороться за
свое Счастье и свободу лишь одним способом - говоря правду. Тщетно заяв-
лял он об отказе от наследства и о своем желании немедленно составить
завещание в пользу своей кузины. Кое-кому выгодно было затянуть и запу-
тать дело, и оказалось, что это не так уж трудно. Возможно, что императ-
рица была обманута, а может быть, ей намекнули, что конфискацией этого
состояния так же не стоит пренебрегать как конфискацией состояния панду-
ра. Чтобы добиться цели, постарались придраться и к самой Амалии, при-
помнили ей скандал, связанный с ее бегством, упрекнули за недостаток
благочестия и тайно пригрозили, что, если она не откажется от своих прав
на спорное наследство, ее запрут в монастырь. Юной баронессе пришлось
покориться и удовольствоваться наследством отца, которое после огромных
затрат на навязанный ей процесс оказалось весьма незначительным. В конце
концов замок и земли Ризенбурга были конфискованы в пользу казны, но не
ранее, чем адвокаты, поверенные, судьи и доносчики расхитили две трети
добычи.
Таковы наши сведения об этом таинственном процессе, который тянулся
пять или шесть лет и в результате которого Альберт был изгнан из
австрийских владений как опасный безумец, - благодаря особой милости им-
ператрицы. Начиная с этого времени уделом супружеской четы стало, по-ви-
димому, безвестное и полное нужды существование. Младших детей они взяли
с собой. Гайдн и каноник решительно отказались отдать им старших, воспи-
тывавшихся под нежным присмотром этих верных друзей и на их средства.
Консуэло навсегда потеряла голос. Совершенно очевидно, что тюрьма, без-
действие и боль из-за страданий, выпавших на долю подруги, снова поколе-
бали рассудок Альберта. Однако их взаимная любовь, повидимому, не стала
от этого менее горячей, души - менее гордыми, а поступки - менее чисты-
ми. Невидимые исчезли, спасаясь от преследований. Их дело погибло -
главным образом по вине шарлатанов, которые наживались на энтузиазме,
вызываемом новыми идеями, и на пристрастии людей ко всему чудесному.
Подвергаясь, как франкмасон, новым гонениям в странах нетерпимости и
деспотизма, Альберт вынужден был бежать во Францию или в Англию. Возмож-
но, что он продолжал распространять там свои идеи, но, по всей вероят-
ности, только среди людей из народа, и если труды его и принесли свои
плоды, то это никому не известно.
Здесь начинается большой пробел, и наше воображение бессильно его
восполнить. Но благодаря последнему достоверному и весьма подробному до-
кументу мы вновь встречаем около 1774 года нашу чету, странствующую в
Богемском Лесу. Приводим этот документ в том виде, в каком мы его полу-
чили. Это наше последнее слово об Альберте и Консуэло, так как об их
дальнейшей жизни и об их смерти нам решительно ничего не известно.
Письмо Филона [26]
Игнацу-Иозефу Мартыновичу, профессору физики Лембергского университе-
та
Подхваченные вихрем, словно спутники царственной планеты, мы следова-
ли за Спартаком [27] по крутым тропинкам под самыми бесшумными и тенис-
тыми деревьями Богемского Леса. О друг! Зачем вас не было с нами! Вы не
стали бы собирать камешки в серебристом ложе потоков, не стали бы вопро-
шать поочередно жилы и кости нашей таинственной прародительницы - terra
parens [28]. Пламенные речи учителя окрыляли нас; мы перепрыгивали через
овраги и взбирались на вершины утесов, не разбирая дороги, не глядя
вниз, на бездны, которые преодолевали, не ища вдалеке крова, где могли
бы найти отдых на ночь. Никогда еще Спартак не казался нам таким вели-
чественным, до такой степени исполненным всемогущей истиной. Красота
природы действует на его воображение, подобно возвышенной поэме. Однако
даже в минуты восторженных порывов способность к научному анализу и
изобретательной выдумке никогда не покидает его полностью. Он рассказы-
вает о небе и о планетах, о земле и о морях с такой же ясностью и после-
довательностью, какие отличают его ученые рассуждения о праве и о других
сухих материях нашего мира. Но как ширится его душа, когда на вольном
воздухе, наедине с избранными учениками, под синевой звездного неба или
перед лицом заалевших облаков, предвестников солнца, он побеждает время
и пространство, желая одним взглядом окинуть человеческий род в целом и
в частностях, желая проникнуть в недолговечную участь империй и в вели-
кое будущее народов! Вам приходилось слышать ясные речи, которые произ-
носил этот юноша с кафедры! Какая жалость, что вы не видели и не слышали
его, когда он стоял на вершине горы! Этот человек мудр не по годам, и у
меня такое чувство, словно он жил среди людей с самого сотворения мира!
Дойдя до границы, мы поклонились земле - свидетельнице подвигов вели-
кого Жижки, и еще ниже склонились перед глубокими рвами, послужившими
могилой мученикам, некогда погибшим во имя свободы народов. Здесь мы ре-
шили разделиться, с тем чтобы начать наши поиски и расспросы сразу в
нескольких направлениях. Катон [29] отправился на северо-восток, Цельс
[30] - на юго-восток. Дальше [31] пошел с запада на восток, а сборным
пунктом был назначен Пльзень.
Меня Спартак оставил при себе и решил идти наудачу, рассчитывая, как
он говорил, на счастливую случайность, на некий тайный внутренний голос,
который должен был направить нас. Меня несколько удивило это отсутствие
расчетливости и предусмотрительности - оно как будто противоречило его
обычной методе.
- Филон, - сказал он мне, когда мы остались одни, - я убежден, что
такие люди, как мы, являются орудиями провидения на земле, но ведь оно,
это заботливое провидение, отнюдь не бездеятельно и не равнодушно, ведь
именно оно и подсказывает нам наши чувства, помыслы и поступки. Я заме-
тил, что к тебе оно более благосклонно, нежели ко мне, - все твои начи-
нания почти всегда увенчиваются успехом. Итак, вперед! Я следую за тобой
и верю в твою проницательность, в тот таинственный свет, к которому про-
стодушно взывали наши предки-иллюминаты, благочестивые фанатики минувше-
го.
Учитель поистине оказался пророком. К вечеру второго дня мы нашли то-
го, кого искали, и вот каким образом я оказался орудием судьбы.
Мы дошли до опушки леса, и здесь дорога разделилась на две. Одна тро-
пинка круто спускалась вниз, в долину, а другая огибала более пологие
склоны горы.
- Куда мы пойдем? - спросил Спартак, садясь на обломок скалы. - Вон
там я вижу возделанные поля, луга, бедные хижины. Нам говорили, что он
беден. Значит, он живет с бедняками. Надо спросить о нем у скромных пас-
тухов долины.
- Нет, учитель, - возразил я, показывая ему на другую дорогу. - Я ви-
жу справа крутые башенки и ветхие стены какого-то старинного здания. Мы
слышали, что он поэт - он должен любить развалины и уединение.
- Тем более, - с улыбкой добавил Спартак, - что над развалинами ста-
ринного замка, в еще розовом небе, восходит белый, как жемчужина. Вес-
пер. Мы похожи на пастухов, разыскивающих пророка, и эта чудесная звезда
указывает нам путь.
Вскоре мы добрались до руин замка. Это было внушительное строение,
воздвигавшееся постепенно в разные эпохи, и остатки владычества импера-
тора Карла мирно лежали рядом с обломками времен феодализма. Но не вре-
мя, а рука человека учинила недавно все эти разрушения. Было еще светло,
когда мы поднялись на противоположный склон высохшего рва и вошли под
заржавленную неподвижную решетку. Первый, кого мы увидели во дворе, был
сидевший на камне старик в причудливых лохмотьях, больше похожий на ка-
кое-то древнее ископаемое, нежели на современного человека. Борода цвета
пожелтевшей слоновой кости ниспадала ему на грудь, а лысый череп отсве-
чивал, словно поверхность озера в последних лучах солнца. Спартак
вздрогнул и, быстро подойдя к нему, спросил, как называется этот замок.
Старик, по-видимому, не расслышал и устремил на нас безжизненные стек-
лянные глаза. Мы спросили, как его имя, но он не ответил - лицо его вы-



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 [ 107 ] 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.