read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



чаще всего и который я больше всего проклинал и ненавидел, несмотря на то,
что анекдот этот, по несчастью, был ему известен. Анекдот этот приписывают
каждому остряку, когда-либо стоявшему на американской земле - от Колумба
до Артемуса Уорда [Артемус Уорд - псевдоним американского
писателя-юмориста Чарльза Феррера Брауна (1834-1867), с которым Твен был
лично знаком]. В нем говорится о лекторе-юмористе, который целый час
угощал невежественных слушателей остроумнейшими шутками и не добился ни
одного смешка, а когда он уже уходил, несколько седовласых простаков с
благодарностью пожали ему руку, сказав, что никогда ничего смешнее они не
слыхали и что "в течение всего богослужения они с трудом удерживались от
смеха". Никогда еще этот анекдот не был рассказан кстати, и тем не менее
мне приходилось в моей жизни выслушивать его сотни, и тысячи, и миллионы и
миллиарды раз, и плакать, слушая, и проклинать все на свете. Теперь вам
нетрудно понять, что почувствовал я, когда этот бронированный осел
принялся рассказывать его мне в мрачных сумерках седой старины, на заре
истории, когда даже Лактанция [Лактанций - Люций Цецилий Фирмиан, римский
писатель христианин IV века, родом из Африки; автор многих богословских
сочинений] могли называть "недавно почившим Лактанцием", а до рождения
крестоносцев оставалось целых пять столетий. Едва он кончил, вошел
мальчишка звать его на турнир. С дьявольским смехом, грохоча и звякая, как
корзина с железным ломом, он вышел из ложи, и я потерял сознание. Я
очнулся через несколько минут и открыл глаза как раз в то мгновение, когда
сэр Гарет нанес ему ужасающий удар; и я невольно произнес: "Господи, хоть
бы его убили!" Но, к несчастью, прежде чем я успел договорить эти слова,
сэр Гарет обрушился на сэра Саграмора Желанного и нанес ему такой удар,
что тот рухнул с лошади; падая, сэр Саграмор услышал мое восклицание и
принял его на свой счет.
А уж если эти люди заберут себе что-нибудь в голову, их не переубедишь.
Я это знал и поэтому не тратил усилий на объясненья. Поправившись, сэр
Саграмор заявил мне, что нам с ним нужно свести кое-какие счеты, и
назначил день - через три или четыре года, и место для поединка - то самое
ристалище, где ему была нанесена обида. Я сказал, что буду ждать его
возвращения. Дело в том, что он отправлялся на поиски святого Грааля [в
романы Круглого Стола вплетается мистическая христианская легенда о
"святом Граале", то есть о чаше с кровью Христа, якобы собранной при
распятии одним из его учеников; в рыцарских романах XII века на поиски
этой чаши, как символа нравственного совершенства, отправляются рыцари
Персиваль, Ланселот, Говэн и другие]. Все наши ребята время от времени
отправлялись к святому Граалю. Это путешествие занимало несколько лет.
Уехав, они долго блуждали, плутая самым добросовестным образом, так как
никто толком не знал, где находится этот святой Грааль. Мне думается, они
в глубине души и не надеялись найти его и, если бы наткнулись случайно, не
знали бы, что с ним делать. Видите ли, это было нечто вроде наших поисков
Северо-Западного прохода [имеются в виду многочисленные попытки
итальянских и английских мореплавателей (начиная с конца XV века и в
течение трехсот лет) открыть морокой путь в Китай и Индию мимо северных
берегов Америки], только и всего. Каждый год отправлялись экспедиции
святограальщиков, а в следующий год отправлялись новые экспедиции на
поиски прошлогодних. В этих походах можно было заработать славу, но не
деньги. А они еще и меня тащили с собой! Я только посмеивался.



10. ПЕРВЫЕ РОСТКИ ЦИВИЛИЗАЦИИ
За Круглым Столом скоро прослышали об этом вызове на поединок. Пошли
всякие толки и пересуды, так как наши ребята чрезвычайно интересовались
такими вещами. Король считал, что мне теперь следует отправиться на поиски
приключений, чтобы стяжать-себе славу и через несколько лет стать
достойным встречи с сэром Саграмором. Я извинился и заявил, что мне
потребуется еще три-четыре года, чтобы все наладить и пустить в ход, и
тогда я готов отправиться куда угодно; вероятнее всего, сэр Саграмор к
тому сроку все еще будет граалить, и я вполне успею стяжать себе славу, не
теряя драгоценного времени; с начала моего вступления в должность пройдет
уже шесть-семь лет, и государственная машина, я убежден, будет уже
настолько налажена, что мне удастся взять отпуск без всякого вреда для
дела.
Я был вполне удовлетворен всем тем, что мне уже удалось совершить. В
разных тихих уголках страны я исподволь успел насадить ростки различных
отраслей промышленности - зародыши будущих огромных заводов, железных и
стальных миссионеров моей грядущей цивилизации. Там я собирал способнейших
молодых людей, и агенты мои рыскали по всей стране, подыскивая все новых и
новых. Я превратил множество невежд в специалистов, в знатоков разных
ремесел и наук. В этих моих питомниках, спрятанных в глухих уголках
страны, обучение шло спокойно и гладко, и никто нам не мешал, так как
никто не мог проникнуть туда без разрешения, - больше всего я опасался
церкви.
Я прежде всего основал учительский институт и множество воскресных
школ. В результате в этих потайных местах выросла превосходная единая
система народного образования, а также целая сеть протестантских
конгрегации, процветавших и разраставшихся. Каждому предоставлялось
выбрать себе любую христианскую секту: в религиозных вопросах я
поддерживал полнейшую свободу. Однако я ограничил преподавание закона
божия церквами и воскресными школами, в другие же мои учебные заведения
религии не допускал. Я, конечно, мог бы предоставить привилегии моей
собственной секте и всех без труда обратить в пресвитерианство, но это
значило бы совершить насилие над человеческой природой; духовные запросы и
влечения людей не менее разнообразны, чем их телесные потребности, цвет их
кожи, черты их лица, и человек нравственно чувствует себя только тогда
хорошо, когда он облачен в одежду той религии, которая по цвету, фасону и
разуму лучше всего соответствует его духовному складу; кроме того, я
боялся создания единой церкви: такая церковь - власть могущественная,
могущественнее всякой другой; обычно церковную власть прибирают к рукам
корыстные люди, и она постепенно убивает человеческую свободу и парализует
человеческую мысль.
Все рудники считались собственностью короля, и было их множество.
Разрабатывались они до меня по-дикарски: в земле рыли ямы и выносили
оттуда руду в мешках из шкур, по тонне вдень; но я постарался как можно
скорее поставить разработку рудников на научную основу.
Да, многого успел я добиться к тому времени, когда на меня обрушился
вызов сэра Саграмора.
Прошло всего четыре года - а сколько сделано! Вы и представить себе не
можете. Неограниченная власть - превосходная штука, когда она находится в
надежных руках. Небесное самодержавие - самый лучший образ правления.
Земное самодержавие тоже было бы самым лучшим образом правления, если бы
самодержец был лучшим человеком на земле и если бы его жизнь продолжалась
вечно. Но так как даже самый совершеннейший человек на земле должен
умереть и оставить свою власть далеко не столь совершенному преемнику,
земное самодержавие - не только плохой образ правления, а самый худший из
всех возможных.
Своими трудами я показал, чего может добиться самодержец, распоряжаясь
всеми богатствами королевства. Темная страна и не подозревала, что я
насадил цивилизацию девятнадцатого века под самым ее носом! Цивилизация
эта была скрыта от взоров толпы, но она существовала, - факт огромный и
неопровержимый, - и о нем еще услышат, если только я не умру и счастье не
отвернется от меня. Она существовала столь же несомненно и столь же
скрыто, как существует рвущееся наружу адское пламя в недрах потухшего
вулкана, невинно возносящего свою бездымную вершину в голубое небо. Мои
школы и церкви четыре года назад находились еще в младенчестве; теперь они
стали взрослыми; мои мастерские превратились в обширные фабрики; на месте
каждой дюжины обученных рабочих теперь работала тысяча; на месте одного
отличного специалиста теперь я имел пятьдесят. Я, так сказать, держал руку
на выключателе, готовый в любое мгновение залить ночной мир потоками
света. Впрочем, я не собирался включать свет внезапно. Внезапность - не
моя политика. Народ не вынес бы внезапности; к тому же на меня тотчас же
насела бы господствующая римско-католическая церковь.
Нет, я действовал осторожно. Я рассылал по всей стране доверенных
агентов, которым поручено было незаметно подкапываться под рыцарство и
расшатывать понемногу то одно, то другое суеверие, тем самым подготовляя
постепенно страну к лучшему строю. Я, так сказать, включал свет сначала
только яркостью в одну свечу и намеревался постепенно усиливать его.
Школы специального назначения я тайно разбросал по всему королевству, и
они превосходно работали. Я собирался развивать это дело все шире и шире,
если никто меня не спугнет. Наибольшей тайной окружил я свой Уэст-Пойнт -
свою Военную академию. Я ревниво оберегал ее от посторонних взоров; не
менее ревниво оберегал я свою Морскую академию, основанную мною в
отдаленном морском порту. Обе академии процветали, к полному моему
удовлетворению.
Кларенсу исполнилось уже двадцать два года, и он стал главным
исполнителем моих предначертаний, моей правой рукой. Он был чудесный
малый: все ему удавалось, он был мастер на все руки. За последнее время я
обучил его журналистике, так как мне казалось, что пора уже приниматься за
газетное дело. Я собирался начать не с большой газеты, а с маленького
еженедельного листка, который хотел пустить в обращение в виде пробы в
моих питомниках цивилизации. Кларенс чувствовал себя в этом деле, как рыба
в воде; в нем безусловно сидел настоящий газетчик. Он как бы раздвоился -
говорил на языке шестого века, а писал на языке девятнадцатого. Его
журналистский слог упорно мужал и развивался. Он уже достиг уровня газет,
выходящих в захолустных городишках Алабамы, и его передовицы не уступали
тамошним ни по содержанию, ни по стилю.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [ 12 ] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.