read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Умер...
И небо обрушилось ей на плечи.
Когда мир снова родился из кричащего небытия, сузившись до размеров
монашеской кельи - аббат Ян по-прежнему ходил из угла в угол, перебирая
четки сухими пальцами, а Христос с распятия все так же смотрел на бледную
Марту.
- После услышанного я бы предложил тебе для начала обосноваться в
монастыре, - Ян отсчитывал слова скупо, как черные бусины четок, - и
пересидеть некоторое время в освященных стенах, пока мы не решим, что
делать.
- В вашем монастыре?
Что-то, похожее на усмешку, искривило тонкие губы аббата.
- Наш монастырь - мужской, дочь моя. Я бы отвез тебя в чорштынскую
обитель кармелиток - тамошняя аббатисса мне кое-чем обязана... Впрочем,
сейчас это не имеет значения. Ты помнишь клятву, которую мы давали, уходя
из Шафляр?
- Помню, - кивнула Марта.
- И ты поедешь на поминки отца? Подумай, Марта - ведь если мы хотим
успеть на сороковины, то выезжать должны завтра, в крайнем случае
послезавтра. Ни о каком монастыре тогда и речи быть не может. А если все,
что ты наговорила мне - правда...
- Это правда, Яносик. Но если я не встану в нужный день над могилой
батьки Самуила - я прокляну себя вернее, чем это сделает любой дьявол. Ты
веришь мне?
- Я боюсь за тебя, - ответил аббат.
И Марте почудилось, что в глазах распятого мелькнуло одобрение.
- Ну что ж, - невесело улыбнулась женщина, - раз ворам прямая дорога
в ад (не хмурься, Яносик, ты у нас святой, тебя это не касается!), значит,
доведется мне еще разок увидеться со старым Самуилом. Может, соберемся на
одной сковороде: я, батька, Тереза, Михалек...
- В ад? - странным тоном спросил аббат.
- А что, отец мой Ян, ты не веришь в ад? Весьма удивительно для
тынецкого настоятеля!
- Я верю в Бога, - очень серьезно отозвался аббат. - А ад или рай...
возможно, они пока что пустуют, Марта.
- Пустуют?
- Я говорю - возможно. Тебе ведь известно, когда Господь будет судить
души живых и мертвых, отделяя овец от козлищ?
- По-моему, ты хочешь таким образом отвлечь меня, Яносик, от более
земных забот. Конечно, известно. Когда наступит Dies irae, День Гнева,
Судный день.
- Значит, Судный день еще не настал?
- Издеваешься, святой отец?! Конечно, нет!
- Но если нас еще не судили, - плетью хлестнул голос аббата, - если
Господь еще не вынес нам приговор, то почему нас должны наказывать или
награждать?! Кто взял на себя право судить, карать и миловать раньше
Господа?! Откуда рай или ад, кара или воздаяние, если приговор не
вынесен?! Ответь, Марта!
Марта растерянно молчала.
- Ты что-нибудь слышала о ереси альбигойцев, которые сами себя
называли "катарами", что по-гречески значит "чистые"? О крестовых походах
внутри Европы, случившихся почти четыре века тому назад, когда
альбигойский Прованс истекал кровью, когда пало Тулузское графство, а
преданный анафеме граф Раймунд VI Тулузский уступил свой титул крестоносцу
Симону де Монфору - правда, через два года доблестный граф Раймунд отбил
родную Тулузу у захватчика, а еще через два года крестоносец де Монфор был
убит во время восстания местного населения! Что ты знаешь о маленькой
крепости Монсегюр в Пиренеях, которая пала последней?!
Аббат Ян перевел дыхание, некоторое время молчал, а потом виновато
посмотрел на Марту.
- Извини, Марта... ты и не должна быть знатоком в подобных вопросах.
Просто ересь катаров уже давно не дает мне, аббату Яну Ивоничу, вору
Яносику из Шафляр, спать по ночам. Да, "чистые" исказили многие
католические догматы; да, они протащили в христианство зороастрийских
Ормузда и Аримана, как символы добра и зла; они считали, что исповедуясь,
мы помогаем Господу, а не наоборот, но не в этом дело. Невместно мне
осуждать поступки святого Доминика Гусмана, основателя ордена
доминиканцев, но я бы не стал подобно ему жечь "чистых" на кострах. Я
вообще не люблю костров, Марта...
- Ты что-то не договариваешь, Яносик, - бросила Марта, пристально
глядя на взволнованного аббата. - Я могла бы украсть у тебя это "что-то",
но вор не должен красть у вора, а сестра у брата. Расскажи мне сам.
- Альбигойцы считали, что после смерти человек начинает жить заново,
что душа его воплощается в ином живом существе - звере, человеке, птице -
и грехи прошлого вкупе с былыми заслугами довлеют над возродившимся в его
новой жизни. И так, до самого Страшного Суда, человек копит в себе добро и
зло, его мучит свобода выбора, он ищет, спорит, соглашается, грешит... Но
тогда - если Господь даровал таким, как мы, способность брать чужое добро
из душ человеческих, то не готовил ли Он для нас особую участь?! Не выше
других, не над людьми - но другую, как разнятся участи воина и лекаря!
Ведь если допустить хоть кроху правоты в догматах катаров - значит,
проданная дьяволу душа попадает не на сковородку, пугало старух-богомолок,
а начинает жить заново под сюзеренитетом Сатаны! Не это ли ад, Марта! Ад
на земле, способный вовлечь в свое пламя и находящихся рядом невинных
жертв! Ты украла погибшую душу у Сатаны... нет ли в этом особого промысла
Божьего?!
- Не знаю, Яносик. Не знаю. Знаю только, что мне тяжко жить с той
проклятой ночи. Когда, ты говоришь, должен приехать Михал?
- Завтра, - ответил аббат Ян.
Нить его четок неожиданно лопнула, агатовые бусины звонко раскатились
по полу, но он даже не заметил этого.
- Завтра, Марта. Михал приедет вместе со своей женой - она в тягости,
и мы должны отслужить молебен о счастливом разрешении от бремени - но
обратно жена Михала поедет без него.
Марта кивнула.

Пан Михал Райцеж, придворный воевода графа Висничского, был
исключительно хорош собой. Это отмечали пылкие флорентийки, в чьем родном
городе пан Михал постигал нелегкое искусство владения рапирой под
руководством строгого Антонио Вазари; это обсуждали между собой искушенные
в любовных делах уроженки Тулузы, где знаменитый мастер шпаги Жан-Пьер
Шарант после долгих уговоров согласился взять в обучение худородного
шляхтича из далекого Подгалья; красота пана Михала не давала спать
пухленьким саксоночкам Гербурта, когда возвращающийся домой Райцеж сумел
упросить барона фон Бартенштейна преподать ему несколько уроков владения
тяжелым драгунским палашом, застряв в баронском замке на три года; женщины
беззаветно любили пана Михала, но увы - пан Михал не любил женщин.
Нет, это отнюдь не значило, что шляхтич Райцеж был склонен к
мужеложству.
Просто пан Михал любил оружие, и страсть эта заполняла дни его столь
полно, что ночами ему снились выпады и отражения, в результате чего Михал
Райцеж шептал во сне вместо имени возлюбленной:
- Парад ин-кварто и полкруга в терцию!.. парад ин-кварто... Двигайся!
Двигайся, я тебе говорю!.. парад ин-кварто...
Дам, изредка попадавших в его постель, потом долго мучила мигрень, и
не раз они в самый неподходящий момент командовали законному мужу:
- Парад ин-кварто... двигайся, я тебе говорю!
Мужья не любили пана Михала.
Они его боялись.
Они боялись бы его еще больше, если бы знали, что пан Михал Райцеж,
Михалек Ивонич, приемный сын Самуила-бацы из Шафляр - вор.
Такой же вор, как Марта и аббат Ян.
Сам же Михал не без оснований считал себя самым ловким вором из всей
семьи, но и самым неудачливым. Мечту его жизни нельзя было просто вытащить
из карманов чужой души - воинский талант, как и любой талант вообще,
хранился в самых глубоких подвалах его обладателя, сросшись с фундаментом,
основанием сущности хозяина.
Повстречавшись с вором, прошедшим науку Самуила-бацы, скрипач может
забыть название и даже мелодию сто раз игранной песни, отдав это знание
встречному пройдохе, но пальцы его заставят струны откликнуться быстрее,
чем сам скрипач обнаружит потерю. Пожмет плечами музыкант, да тем дело и
кончится. Но если вор попытается забраться не в кошель, где бренчат
расхожие монетки, а в дом скрипача, туда, где хранится его чуткий слух,
способный с первого раза запоминать любую музыкальную фразу, где кроется
суть скрипичного дара, где в сундуках спит данное от рождения золото...
Строго-настрого предостерегал Самуил-баца приемных детей от подобных
дел.
Лишь однажды попытался отчаянный Райцеж забраться в дом души бешеного
тулузца, своего тогдашнего учителя Жан-Пьера Шаранта, когда Жан-Пьер
заснул - и до конца дней своих будет помнить он вой и крики тех кошмарных
Стражей, которые гоняли его по бесконечному лабиринту Шарантовой
сокровищницы, грозя огненными мечами, а выползающие из крошащихся стен
узловатые корни исподтишка норовили опутать ноги Михала, не дать уйти,
навсегда оставить здесь, в сумрачных переходах...
Михалу удалось найти щель и юркнуть наружу.
В себя.
Но он знал: случись ему пасть под клинками Стражей, пропади он в
лабиринте Шарантова мастерства, рухни в Черный Ход - за время сна душа
Шаранта переварила бы его, как отрезанный и проглоченный ломоть хлеба, и



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [ 12 ] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.