read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



сказал дядя Леня. -- Я предполагаю, что у Ивана комната не очень большая...
-- Не очень. При чем тут это?
-- Значит, на твои объявления откликаются главным образом одинокие люди.
Телефон для них особенно важен. Им ведь дома не с кем поговорить. Они хотят
иметь связь с внешним миром.
-- Внизу автоматная будка!
-- Видишь ли, это односторонняя связь... А люди предпочитают
двустороннюю.
-- Пусть выйдут в коридор или на кухню и Taw связываются с внешним
миром. У Ивана ведь не отдельная квартира, в которой можно сдохнуть со
скуки. У него есть соседи! Кажется, даже две или три семьи.
-- Сосед -- это тот, кто оказался рядом случайно. Друзья и соседи --
понятия разные.
Мне стало ясно, что выполнить задание Ивана будет совсем нелегко.
Часто я слышал, как Людмила рассказывала по телефону о комнате "на краю
города". Она говорила вполголоса, словно стеснялась, словно боялась, что
кто-нибудь из нас услышит.
Я злился! Ну зачем было подчеркивать, что Иван живет так далеко? И что в
квартире много соседей? И что до троллейбусной остановки нужно идти
пятнадцать минут? А может, кто-нибудь дойдет за десять! Или даже за пять!
"Мастер четких линий"! -- злился я про себя. -- Прямота многое искупает! И
так далее... Но если она уж такая прямая, то почему не говорит о дачном
воздухе, о реке, о курортном климате? Почему это скрывает? Неужели она не
хочет, чтоб Иван переехал? Неужели не ждет?.."
Однажды я полез в ящик Людмилиного стола за бумагой: мне казалось, что
письма, написанные на тетрадных листах в клеточку или в линейку, выглядят
как домашние сочинения или как контрольные по математике. В ящике были
аккуратно сложены в стопку все письма, полученные от Ивана, и на каждом
конверте четким Людмилиным почерком были обозначены месяц, число.
Сестра не любит хранить то, что ей не нужно. Она всегда с удовольствием
рвет на мелкие клочки старые записи и тетради: "Человечеству это не
пригодится!.."
Прогулки отца по двору и бульвару становились длиннее.
Дядя Леня сказал тихо и даже с грустью:
-- Заметное улучшение. -- А потом добавил: -- Но еще долго будет
необходим ежедневный врачебный контроль.
Он привык бывать у нас ежедневно.
Один раз я заметил, что у дяди Лени совсем уж грустное настроение.
"Может, отец уже выздоровел? -- подумал я. -- И ему не нужен ежедневный
врачебный контроль?"
-- Что с обменом? -- спросил меня дядя Леня в коридоре, возле самой
двери, -- Никто не хочет ехать туда, на край города?
-- Нет, не хотят! -- с досадой ответил я.
-- Видишь ли, больше по этому поводу можешь не волноваться.
-- Почему? -- удивился я.
-- Видишь ли... я все продумал... И согласен туда переехать.
-- Вы?!
-- Ну да, готов обменяться с этим самым молодым человеком, которого ты
выдал за двоюродного брата.
-- Как это в_ы_д_а_л?
-- Видишь ли, получилось не очень удобно... Мне нужно было оставить
памятку: как принимать лекарства, в какой последовательности. Отец попросил
меня открыть ящик стола, где лежит бумага. Там я увидел... Случайно,
конечно. Как-то неловко вышло... Я вроде бы подглядел. Хотя это не очень
существенно... Видишь ли, от двоюродного брата так много писем не получают.
И их так бережно не хранят. Но, в общем, это все несущественно. Я согласен
отсюда уехать...
Я обрадовался. А потом спохватился и стал отговаривать дядю Леню:
-- Мы к вам привыкли!..
Он решительно распахнул дверь и сказал каким-то не своим, твердым
голосом:
-- Значит, считайте, что я согласен.
Иван и Людмила будут жить прямо под нами, на втором этаже!
-- В нашем доме, в нашем доме!.. -- весело переиначил отец арию из
"Евгения Онегина".
-- Мы будем перестукиваться по трубе! -- крикнул я.
Мама стала искать тряпкой пыль там, где ее никогда не было. А Людмила
начала чертить что-то на своей доске, хотя за пять минут до этого сказала,
что весь вечер будет свободна,
-- Надо сейчас же написать об этом Ивану! -- воскликнул я.
-- Напиши, -- сказала сестра.
А когда я сел рядом с нею за стол, тихо спросила:
-- Сколько ты в этом месяце получил писем?
-- Два!
-- Значит, два -- один в твою пользу.
Я потверже уселся на стуле и гордо огляделся по сторонам. Но мама и отец
не слышали Людмилиных слов и не могли понять моей гордости.
А через два дня счет в мою пользу увеличился. Я получил третье письмо от
Ивана. Правда, оно было совсем коротким:
"Здравствуй, Ленька! Я прилечу на один день. Есть важное дело! Пока
никто не должен знать об этом. Никто, кроме тебя! Ты помнишь, где я живу?
Жду тебя двадцатого в три часа дня. Надеюсь, что самолет не опоздает.
Мужской уговор: никому ни слова. До скорой встречи! Иван".

12
Больше всего в письме Ивана мне понравились слова "мужской уговор". Я
много читал о священных союзах, которые заключали между собой мужчины. Они
всегда договаривались кого-то спасти, выручить или преподнести кому-нибудь
неожиданный подарок, сюрприз.
"Наверно, Иван тоже решил поразить Людмилу, а может, и маму с отцом
чем-то необычайным! И хочет, чтобы я ему в этом помог. Как мужчина
мужчине!.. -- так рассуждал я в троллейбусе, конечная остановка которого
была примерно за километр от Иванова дома. -- Иван верит в меня. Знает, на
что я способен. Он ни разу не сказал; "Ты ребенок! Не поймешь, не сумеешь,
не сможешь!" И никогда так не скажет. Все познается в сравнении! Иван
прекрасно помнит самого себя в моем возрасте. Разве он считал себя в те
годы ребенком?"
Я ехал прямо из школы, с портфелем. Дома я сказал, что у нас будет
собрание. Многие не любят собраний, ругают их. Но это же просто-напросто
черная неблагодарность! Собрания бывают не так уж часто, но зато как часто
можно на них ссылаться! Куда бы ни пошел после школы, к товарищу или на
стадион, всегда можно сказать: "Было собрание!" И никто не станет ворчать:
"Столько часов без обеда! Все ждали, все волновались..."
В прошлый раз я ехал к Ивану на такси. Это было летом, дорога была
быстрой, приятной. А троллейбус тащился не спеша, потому что была
гололедица, и делал слишком уж частые длинные остановки. Потом усы его
соскочили с проводов, водитель выскочил из кабины и долго дергал усы за
веревку. Потом какой-то грузовик буксовал на дороге. Водитель снова
выскочил и вместо того, чтобы подтолкнуть грузовик, зачем-то ругал шофера.
Оба раза я выскакивал на улицу вместе с водителем. "Все норовит
подсобить!.." -- сказала кондукторша. Она не знала, что я еле-еле поспевал
к трем часам.
"Ведь никому, кроме меня, неизвестно о приезде Ивана, -- рассуждал я. --
В письме так и написано: "Никто, кроме тебя!" Значит, я один ему нужен. И,
может быть, именно в три часа. Ровно в три!.."
Чтоб сократить расстояние, я бежал от остановки до дома прямо через
сугробы. Падал, проваливался, отряхивался и снова бежал...
Дом Ивана нельзя было спутать с другими домами: он стоял один среди
белого поля, которое летом было зеленым, С двух сторон от него начинали
расти еще два кирпичных корпуса, словно братья-близнецы, родившиеся совсем
недавно: летом их не было. Невдалеке, за шоссе, была замерзшая река с
невысокими берегами и лес, который летним вечером казался мне совсем темным
и мрачным, а в зимний день стал серебристо-синим, нарядным.
Вдруг я увидел Ивана. Он стоял на балконе в пальто, но без шапки. И
махал мне, будто поторапливал. Зимой редко выходят на балкон, в он вышел.
"Значит, не зря я бежал по сугробам. Значит, я нужен ему ровно в три!.."
-- так думал я, то и дело спотыкаясь на лестнице: очень спешил.
Дверь квартиры была открыта. Иван стоял на площадке. Я гордился, что
первым вижу его в день возвращения. Раньше Людмилы! Раньше отца и мамы.
Его, которого все так ждали!..
Иван притянул меня к себе и поцеловал. Я тоже вытянул губы, но попал в
плечо его зимнего пальто.
Я никогда еще не видел его в этом пальто. Как все, что он носил, оно
было красивым и выглядело совсем новым. "Почему все на нем кажется только
что купленным?" -- не раз уже думал я.
Он не был дома больше пяти месяцев, а комната была убрана, растения в
горшках были зелеными, свежими. На тумбочке возвышалась кипа несмятых и,
видно, нечитаных газет и журналов.
-- Соседка следит, -- объяснил мне Иван. -- Я оставил ключи.
Он бросил свое пальто на диван. Потом бросил туда мое пальто и мою
ушанку. "Наверно, волнуется, -- решил я. -- А то бы вынес пальто в коридор
и повесил на вешалку".
-- Как здоровье отца? -- спросил он.
Я ответил, что отец целые дни дышит воздухом на бульваре и во дворе.
-- Хорошо, что мы тогда не разрешили испытывать на нем новые методы, --
сказал Иван. -- Молодец этот ваш дядя Леня!..
-- Он согласен переехать сюда, к тебе! -- торжественно сообщил я. -- А
вы с Людмилой переедете к нему, на второй этаж. Будем перестукиваться по
трубе!



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [ 12 ] 13
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.