read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



кулаки.
Проводив ярославского князя и опять остановясь на крыльце, Данил,
дождавшись, когда последние всадники отъехали, оборотился к детям:
- Ну вот! И нету больше Федора на смоленском столе!
- Батюшка, ты сам упреждал смольнян? - не вытерпел и на этот раз
Юрий. Данил захохотал, торнул сына в затылок:
- Думашь, сами не знали?!
Отсмеявшись, прибавил:
- Упредить - невелик труд. Земля отвергла его, вот что! Да тут, -
приодержавшись, добавил Данил, - что племянник, что дядя - друг друга
стоят. Ставил его Ростиславич, чуял, что по духу свой: таков же подлец. Ан
он свой и обвел! Подлец завсегда в людях ошибется - по себе судит дак!
Людей себе ищут, думашь, по уму? По сердцу, как на сердце ляжет! Сам
хорош, хороших и найдешь, и служить будут верно. А сам как Федор Черный, и
холопы твои будут таковы же, и служить станут до часу, пока не споткнулся.
Так-то, сын!
Лесные пожары утихли, только когда пошли наконец осенние дожди. Но и
когда уже выпал снег, на моховых болотах нет-нет да и протаивало, курилось
упорным едким дымом, пока уже метели с морозами не укрыли все вдосталь, до
конца.
Федор Черный умер в следующем году, посхимившись, у себя, на
Ярославле. При жизни он всем мешал, и о нем постарались забыть, вернее,
забыть то, чем он был на деле. В памяти и преданиях он остался
родоначальником ярославских князей, и его потомки, вкупе с
монахом-летописцем, много потрудились, чтобы в житии Федора Черного
придать своему предку черты благолепия и святости.

Год этот, предпоследний год тринадцатого столетия, начался грозным
солнечным знамением, предвещавшим, как толковали старики, новую рать.
Всколыхнулось на западной окраине страны. Немцы в силе тяжкой пришли под
Псков, и князь Довмонт, выйдя навстречу, разбил их в кровавой, небывалой
доднесь сече на берегу Великой, в виду псковских стен. Это был последний
подвиг знаменитого псковского князя. Тою же весной, двадцатого мая,
Довмонт умер, с почетом и скорбью быв положен в соборе Святой Троицы. Да
будет память его нерушима в Псковской земле!
На далекой южной окраине, в степи, в гигантском сражении был
разгромлен Ногай. Сыновья его бежали, чтобы, в свой черед, бесславно
погибнуть в чужих землях. Сам же он был настигнут и убит русским ратником,
поднесшим отрубленную голову Ногая хану Тохте.
Тохта долго смотрел на голову старика, серую от пыли, с жалко
торчащими пучками седых бровей <столь густых и длинных, что они, при
жизни, закрывали глаза его>. Спросил, как воин узнал, что перед ним именно
Ногай? Выслушав, что всесильный темник, будучи схвачен, сам назвал себя и
просил отвести к Тохте, кивнул головой и, помолчав, приказал казнить
ратника: <ибо не подобает простому воину самому убивать сдавшегося ему
столь великого мужа>.
Так закончился раскол Золотой Орды, дорого обошедшийся Орде и еще
дороже многострадальному <русскому улусу>.
Волны от разгрома Ногая пошли по всей земле. Зашевелились, потекли,
разоряя города и веси, разбойные отряды разбитых и победителей. Южная
Русь, некогда силой привязанная к Орде Ногая, погибала теперь вместе с
ним.
Этою зимой от татарского насилия разбежался весь Киев, и митрополит
Максим со всем клиром и двором переехал во Владимир. В апреле он сел на
волостях владимирского епископа, переведя владыку Симеона в Ростов.
В Рязани тою порой умер князь Ярослав Романович, и на рязанский стол
сел Константин Романович, набравший конную рать из разбежавшихся ногаевых
татар и сразу рассорившийся с племянниками, пронскими князьями, а заодно с
Данилом Московским из-за рязанских мужиков и порубежных сел.
Тверь собирала силы. Ждали, что после разгрома Ногая Андрей опять
обратит свои взоры на Переяславль. Михаил, оставя жену (Анна была на
сносях) на попечение матери, поехал в Переяславль договариваться с Иваном.
А беглецы из южных разоряемых княжеств все шли и шли, пробираясь дорогами
и лесами в спасительные заокские и заволжские леса, и за ними тянулись
бояре с послужильцами, и даже мелкие князья снимались с мест, чтобы
поискать счастья на севере.

ГЛАВА 113
Юрий нынче, воротясь из Переяславля, застал отца в хлопотах.
- Ко мне большой боярин просится с Волыни, Нестер Рябец с сыном
Родионом. Тысячи полторы людей с има!
Юрий присвистнул:
- Сила!
- То-то! - отозвался отец. - Сила силой, а хватило бы запасу
прокормить!
- Ну, до осени дотянем.
- До осени не хитро дотянуть. У твово родителя, Юрий, хлеба было
засыпано на три годы вперед! А только засуха подъела.
- Где посадим?
- Подумаю с боярами! На Сходне у нас земли пустые еще.
Волыняне подходили весь следующий день и располагались станом за
Москвою-рекой. Бояре, старый Нестор Рябец и Родион, трапезовали у князя.
К вечеру, когда утихла суета на торгу и начал успокаиваться посад,
Данил с Федором Бяконтом отправились осматривать стан. Волынский табор
протянулся аж до Данилова монастыря. Горят костры. Плачет ребенок. <Долго
ли еще брести?> - спрашивает кто-то от шатра. Кони под коврами чутко
дремлют, изредка встряхивая гривами. Звяк оружия, и вновь тихая южная
речь. Люди истомились в дороге.
Встречу князю шел хромающий Нестер - тоже обходил свой стан - и сын
Родион, на голову выше отца, красавец, непривычно бритый. Долгие усы
свисают ниже щек. Соколиные, холодные глаза. Поздоровались. Спешились,
пошли рядом. Данил озирал измученные лица, котлы и то, как истово приезжие
хлебают кашу (каша - его дар, значит, уже успели сварить). Где и
разместить такую орду? А принять нужно!
Волынские бояре ступают следом. Где-то там остались Холм, Галич,
Владимир Волынский, королевские приемы и блеск, и снова, как в древнем
Киеве, кочевье, костры, и кажется - на века назад отброшены они к седым
легендарным временам Всеслава и вещего Олега...
Женщины с запавшими глазами оглядывают московского князя, когда он
проходит мимо. Переговариваются меж собой. Кормят детей. В сумраке
весенней ночи скрипят возы. Сквозь речную сырость доносит дух свежего
печеного хлеба, что везут из Кремника.
- Сколь у него кованой рати? - спросил Бяконт, когда они,
возвращаясь, переехали мост.
- Да немало, неколико сот.
- С этою силой Коломну-то бы и отобрать! - сурово сказал Бяконт,
глядя перед собой. - Князь Константин, слышь, наши дворы в Коломне под
себя забирает! - Он уже знал, что Данила опять отмолвит отказом. Но князь
промолчал. Сзади них цокали по доскам моста копыта дружинников. <Добро бы
вовсе не воевать! - думал Данил, вздыхая. - Дак ить с им добром-то не
сговоришь!>
Данил не сказал ничего. Он ехал и думал. Москва была мала. Затерянный
в лесах деревянный городок. И речка, что вьется под холмом, - не Ока и не
Клязьма, маленькая речка Москва. Там, на устье... Да, Коломна была нужна.
Они поднялись к воротам. Не оборачиваясь, Данил спросил:
- Что твой ентот... рязанской...
- Опять приезжал! - с готовностью отозвался Бяконт.
- Ежель ратиться... - все так же, на глядя, проговорил Данил, -
рязане - оны к бою привычны... Сорому б не было!
- У меня он, могу завтра ж и привести! - молвил Бяконт. Данил тут
повернул свой большой нос, скосил глаза на Бяконта:
- Ладно, приводи, погляжу! Торопиться все ж не будем. Преже надо с
Андреем и с ханом Тохтою урядить.

ГЛАВА 114
В следующем году Федор отправил сына в Москву. Грикша обещал
поговорить с великим боярином Протасием, а быть может, ежели удастся,
встретить князя Данилу Александровича в монастыре и напомнить о Федоре.
Тогда парня могли бы взять и ко двору, в число <детских>, там уж от него
самого зависит, как сумеет выслужиться. Жить Грикша брал племянника к
себе, чтобы заодно убирался с лошадьми. Федор сам когда-то начинал
повозником, при конях, так что сыну предстояло в чем-то повторить
родительский путь. Феня плакала:
- Куды отправлять дите! Жалости в тебе нет, ирод поганый! Сам всю
жизть ездишь, а он бы хоть дома посидел... Мог и ко князю Ивану
определить!
Федор сам толком не знал, почему отсылает сына в Москву. Конечно,
князь Иван не отказал бы ему, но у князя Ивана не было детей. В чьи еще
руки попадет удел! В душе он иногда смутно жалел, что не послушал своего
<московского князя>, когда еще Данилу только дразнили этим прозвищем, и не
последовал за ним.
Сын был перед отъездом непривычно тих. Федор усмотрел, как парень
украдом, на задах, прощался с какой-то совсем уж зеленой девкой, и та
всхлипывала, вздрагивая худенькими плечами. Он вспомнил свое, давнее, и
скорее ушел, чтобы не спугнуть детей.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 [ 119 ] 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.