read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Я открыл глаза. Освещенный первыми лучами солнца, туман лениво бродил
между деревьями. У меня было мокрое лицо, мокрые руки. Ромашов сидел
поодаль в прежней сонно-равнодушной позе. Все, кажется, было, как прежде,
но все было уже совершенно другим.
Он не смотрел на меня. Потом посмотрел - искоса, очень быстро, и я
сразу понял, почему мне так неудобно лежать. Он вытащил из-под моей головы
мешок с сухарями. Кроме того, он вытащил флягу с водкой и пистолет.
Кровь бросилась мне в лицо. Он вытащил пистолет!
- Сейчас же верни оружие, болван! - сказал я спокойно.
Он промолчал.
- Ну!
- Ты все равно умрешь, - сказал он торопливо. - Тебе не нужно оружия.
- Умру я или нет, это уж мое дело. Но ты мне верни пистолет, если не
хочешь попасть под полевой суд. Понятно?
Он стал коротко, быстро дышать.
- Какой там полевой суд! Мы одни, и никто ничего не узнает. В
сущности, тебя уже давно нет. О том, что ты еще жив, ничего неизвестно.
Теперь он в упор смотрел на меня, и у него были очень странные глаза
- какие-то торжественные, широко открытые. Может быть, он помешался?
- Знаешь что? Глотни-ка из фляги, - сказал я спокойно, - и приди в
себя. А уж потом мы решим - жив я или умер.
Но Ромашов не слушал меня.
- Я остался, чтобы сказать, что ты мешал мне всегда и везде. Каждый
день, каждый час! Ты мне надоел смертельно, безумно! Ты мне надоел тысячу
лет!
Безусловно, он не был вполне нормален в эту минуту. Последняя фраза
"надоел тысячу лет" убедила меня.
- Но теперь все кончено, навсегда! - в каком-то самозабвении
продолжал Ромашов. - Все равно ты умер бы, у тебя гангрена. Теперь ты
умрешь скорее, сейчас, вот и все.
- Допустим! - Между нами было не больше трех шагов, и, если удачно
бросить костыль, возможно, я мог бы оглушить его. Но я еще говорил
спокойно. - Но за чем же ты взял планшет? Там мои документы.
- Зачем? Чтобы тебя нашли просто так. Кто? Неизвестно. (Он пропускал
слова.) Мало ли валяется, чей-то труп. Ты будешь трупом, - сказал он
надменно, - и никто не узнает, что я убил тебя.
Теперь эта сцена представляется мне почти фантастической. Но я не
изменил и не прибавил ни слова.


Глава восьмая
НИКТО НЕ УЗНАЕТ

Мальчиком я был очень вспыльчив и прекрасно помню то опасное чувство
наслаждения, когда я давал себе полную волю. Именно с этим чувством, от
которого уже начинала немного кружиться голова, я слушал Ромашова. Нужно
было приказать себе стать совершенно спокойным, и я приказал, а потом
незаметно отвел руку за спину и положил ее на костыль.
- Имей в виду, что я успел написать в часть, - сказал я ровным
голосом, который удался мне сразу. - Так что на эту заметку ты
рассчитываешь напрасно.
- А эшелон?
С тупым торжеством он взглянул на меня. Он хотел сказать, что после
обстрела ВСП нет ничего легче, как объяснить мое исчезновение. В эту
минуту я понял, что он очень давно, может быть со школьных лет, желал моей
смерти.
- Допустим. Но, как ни странно, ты ничего не выиграешь на этом, -
сказал я что-то такое - все равно что, лишь бы затянуть время.
Поленница мешала замахнуться. Нужно было незаметно отодвинуться от
нее и ударить сбоку, чтобы вернее попасть в висок.
- Выиграю я или нет, это не имеет значения! Ты все равно проиграл.
Сейчас я застрелю тебя. Вот!
И он вытащил мой пистолет.
Если бы я поверил, что он действительно может застрелить меня,
возможно, что он бы решился. В таком азарте я еще не видел его ни разу. Но
я просто плюнул ему в лицо и сказал:
- Стреляй!
Боже мой, как он завыл и закрутился, заскрипел и даже защелкал
зубами! Он был бы страшен, если бы я не знал, что за этими штуками нет
ничего, кроме трусости и нахальства. Борьба с самим собой - выстрелить или
нет? - вот что означал этот дикий танец. Пистолет жег ему руку, он все
наставлял его на меня с размаху и дрожал, так что я стал бояться, в конце
концов, как бы он нечаянно не нажал собачку.
- Мерзавец! - закричал он. - Ты всегда мучил меня! Если бы ты знал,
кому ты обязан своей жизнью, ничтожество, подлец! Если бы я мог, боже мой!
И зачем, зачем тебе жить? Все равно ногу отнимут. Ты больше не будешь
летать.
Это может показаться смешным, но из всех его идиотских ругательств
самыми обидными показались мне именно слова о том, что я больше не буду
летать.
- Можно подумать, что я больше всего мешал тебе в воздухе, - сказал
я, чувствуя, что у меня страшный голос, и все еще стараясь говорить
хладнокровно. - А на земле мы были Орестом и Пиладом.
Теперь он стоял боком ко мне да еще прикрыв левой ладонью глаза, как
бы в отчаянии, что никак не может уговорить меня умереть. Минута была
удобная, и я бросил костыль. Нужно было метнуть его, как копье, то ест
сильно откинуться, а потом послать все тело вперед, выбросив руку. Я
сделал все, что мог, и попал, но, к сожалению, не в висок, а в плечо и,
кажется, не особенно сильно.
Ромашов остолбенел. Как кенгуру, он сделал огромный неуклюжий прыжок.
Потом обернулся ко мне.
- Ах, так! - сказал он и выругался. - Хорошо же!
Не торопясь, он уложил мешки. Он связал их, чтобы было удобно нести,
и надел один на правую, другой на левую руку. Не торопясь, он обошел меня,
наклонился, чтобы поднять с земли какую-то ветку. Помахивая ею, он пошел
по направлению к болоту, и через пять минут уже среди далеких осин
мелькала его сутулая фигура. А я сидел, опершись руками о землю, с
пересохшим ртом, стараясь не крикнуть ему: "Ромашов, вернись!", потому что
это было, разумеется, невозможно.


Глава девятая
ОДИН

Оставить меня одного, голодного и безоружного, тяжело раненного, в
лесу, в двух шагах от расположения немецкого десанта - я не сомневаюсь в
том, что именно это было тщательно обдумано накануне. Все остальное
Ромашов делал и говорил в припадке вдохновения, очевидно надеясь, что ему
удастся испугать и унизить меня. Ничего не вышло из этой попытки, и он
ушел, что было вполне равносильно, а может быть, даже хуже убийства, на
которое он не решился.
Не могу сказать, что мне стало легче, когда эта трезвая мысль явилась
передо мною. Нужно было двигаться или согласиться с Ромашовым и навсегда
остаться в маленькой осиновой роще.
Я встал. Костыли были разной высоты. Я сделал шаг. Это была не та
боль, которая без промаха бьет куда-то в затылок и от которой теряют
сознание. Но точно тысячи дьяволов рвали мою ногу на части и скребли
железными скребками едва поджившие раны на спине. Я сделал второй и третий
шаг.
- Что, взяли? - сказал я дьяволам.
И сделал четвертый.
Солнце стояло уже довольно высоко, когда я добрался до опушки, за
которой открылось давешнее болото, пересеченное единственной полоской
примятой, мокрой травы. Красивые зеленые кочки-шары виднелись здесь и там,
и я вспомнил, как они вчера переворачивались у девушек под ногами.
Какие-то люди ходили по насыпи - свои или немцы? Наш поезд еще горел;
бледный при солнечном свете огонь перебегал по черным доскам вагонов.
Может быть, вернуться к нему? Зачем? Раскаты орудийных выстрелов
донеслись до меня, глухие, далекие и как будто с востока. Ближайшей
станцией, до которой нам оставалось еще километров двадцать, была Щеля
Новая. Там шел бой, следовательно, были наши. Туда я и направился, если
можно так назвать эту муку каждого шага.
Роща кончилась, и пошли кусты с сизо-черными ягодами, название
которых я забыл, похожими на чернику, но крупнее. Это было кстати - больше
суток я ничего не ел. Что-то неподвижно-черное лежало в поле за кустами,
должно быть мертвый, и всякий раз, когда, навалившись на костыли, я
тянулся за ягодой, этот мертвый почему-то беспокоил меня. Потом я забыл о
нем - и снова вспомнил с неприятным чувством, от которого даже дрожь
прошла по спине. Несколько ягод упало в траву. Я стал осторожно
опускаться, чтобы найти их, и точно игла кольнула меня прямо в сердце: это
была женщина. Теперь я шел к ней, как только мог быстрее.
Она лежала на спине с раскинутыми руками. Это была не Катя, другая.
Пули попала в лицо, красивые черные брови были сдвинуты с выражением
страдания.
Кажется, именно в это время я стал замечать, что говорю сам с собой и
притом довольно странные вещи. Я вспомнил, как называется та сизо-черная



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 [ 120 ] 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.