read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- О! Вот кого сейчас спросим! - Морозов подскочил к Володе и втянул его
в комнату. - У нас тут разговор зашел о Плутоне. Помнишь, ты мне говорил о
докторе Моррисе, ну, об этом планетологе, который безвылазно сидит на
Тритоне...
- Да брось, Алеша, - прогудел басом розовощекий юноша. - Одни догадки у
Морриса, никаких серьезных доказательств.
- Вот мы и спросим Володю. - Морозов поморщился от слишком уж громкого
хриплоголосого хора, грянувшего из динамика кристаллофона. - Сделай-ка
потише, Виктор. Так вот, - вскинул он взгляд на Заостровцева, - верно ли,
что Моррис...
- Понятно, - прервал его Володя. - Когда-то мать рассказывала, что
Моррис видел там "Дерево". У нее в записках есть об этом.
- Что значит "видел"? - сказал розовощекий Виктор. - Если он смотрел в
телескоп, то почему не сфотографировал?
- Он снимал. Но на пленке вышло только слабое пятнышко.
- А! - махнул рукой Виктор. - Пятнышко, видите ли. Этому Моррису вечно
что-нибудь мерещится.
- Неверно, - тихо сказал Володя. - Есть объективные подтверждения.
- Данные разведки, что ли? Но ведь тоже - ничего определенного! Ну,
одно световое пятно на десять километров пленки - разве это подтверждение?
Володя не ответил. Да и что отвечать? После страшной гибели
"Севастополя" десять лет назад всполошилась Земля. Десятки, сотни
автоматических зондов пошли к Плутону. Это общеизвестно. Угрюмая
черно-серая, будто графитовая, пустыня с округлыми горными хребтами
бесконечно тянулась на бесчисленных снимках. Многие пленки почему-то были
засвечены. И лишь изредка снимки фиксировали слабое, размытое световое
пятно. Споры об этом странном проблеске в царстве вечной тьмы не утихли до
сих пор. Большинство ученых склонялось к тому, что на Плутоне возможна
вулканическая активность. Роковым образом "Севастополь" совершил посадку в
зоне действующих вулканов в момент извержения...
Но были скептики, не принимавшие этой гипотезы. Не верил в вулканы и
Володя Заостровцев. "А во что ты веришь? В "Дерево"?" - не раз спрашивал
его Морозов. Володя пожимал плечами. А однажды ответил с каким-то вызовом,
удивившим Морозова: "Вот слетаю туда, тогда и поговорим". Этот разговор
был года три назад, они тогда на втором курсе учились. "Интересно, -
сказал Морозов, - как ты полетишь на запретную планету?" Володя,
разумеется, прекрасно знал, что Международная федерация космонавтики
объявила Плутон и его окрестности запретной для человека зоной. Тем более
удивительным, гусарским каким-то показался Морозову его ответ: "Запретный
плод сладок".
Теперь, когда этот настырный Виктор стал наседать на Володю, как будто
именно тот несет ответственность за фантазии доктора Морриса, а остальные
гости Морозова поддакивали и посмеивались, - Володя не стал ввязываться в
спор. Он направился к двери.
- Погоди! - окликнул его Морозов. - Ребята, управляйтесь сами. Где
фруктовый сок - вы, к сожалению, знаете не хуже меня. Уходя, выключите
включенное и приберите разбросанное. У нас с Володей срочное дело.
Они сбежали по лестнице вниз, уклонились от шумной компании, зазывавшей
их в кафе под полосатым тентом, и зашагали в сад.
- Ну что? - спросил Морозов. - Поговорил с Тоней?
- Нет... То есть разговор был, но... не получился, в общем.
- Эх ты, нескладный человек. Давай-ка расскажи по порядку. В лицах.
Они сели на скамейку, и Володя рассказал "по порядку". Что-то
погрустнел Морозов, слушая его.
- Мне кажется, она меня не любит, - сказал Володя.
Морозов ничего не ответил на горькое признание, и Володя поник головой,
погрузился в невеселые мысли.
Все здесь тайна. Великая загадка рода человеческого... "Королева играла
в башне замка Шопена, и, внимая Шопену, полюбил ее паж..." Герцогиня
Джозиана полюбила безобразного Гуинплена... Ромео и Джульетта... Тристан и
Изольда... Старинные новеллы, оканчивающиеся эпической фразой: "Они жили
долго и любили друг друга и умерли в один день", - прекрасная, наивная
мечта... Древние легенды: бог разделил людей на половинки, разбросал по
свету, и они ищут друг друга...
- Что же такое любовь?
Спрашивая это, Володя был готов к тому, что Морозов примется его
высмеивать. Однако Алеша сидел неподвижно, скрестив руки на груди, и
молчал. Перед ними в густой тени деревьев ходили взад-вперед лунные пятна.
- Мне кажется, - попробовал Володя сформулировать, - это... это - остро
избирательное тяготение полов. Верно, Алеша?
- Отвяжись.
- Нет, позволь, позволь! - Володю вдруг осенило. - В организме человека
нет ни одного элемента, не входящего в таблицу Менделеева. Согласен?
Следовательно... - Он вдумчиво подбирал слова. - Следовательно, любовь...
то есть проявление избирательного тяготения полов... есть результат
биоэлектрохимических процессов в клетках мозга... и, значит, может быть
изучена и моделирована наравне с памятью и наследственностью...
- А дальше что? - воззрился на него Морозов.
- Ну как ты не понимаешь? Эта идея позволяет создать... - Володя
запнулся, - ну, что ли, локатор... нет, анализатор любви... Анализатор,
который обеспечит правильный выбор. - Володя воодушевился: - Да, это
мысль! Анализатор исключит ошибки. Представь себе, Алеша, как он облегчит
страдания влюбленных.
- Представляю! - с неожиданной злостью ответил Морозов, поднимаясь. -
Представляю твой анализатор! Белые шкафы, набитые микромодулями. Ты
встречаешь на улице брюнетку анатомического типа Тони и приглашаешь ее
"анализироваться". Для начала - экспресс-анализ крови и прочего. Вам
надевают манжетки сфигноманометров. Вам бреют головы и мажут их контактной
пастой для датчиков энцефалографа...
- Что с тобой? - озадаченно спросил Володя.
А Морозова несло:
- Вам вкалывают в нервные узлы китайские иглы. Анализатор гудит, мигает
цветными сигналами. Старший оператор говорит: "Молодые люди, посмотрите
друг другу в глаза. Так, а теперь - через гипнофильтр А-27. Благодарю вас.
Жора, отцепляй от них датчики". Блок дешифровки выстреливает голубой бланк
с розовыми амурами: "Не можете любить друг друга". И ты идешь искать
следующую девушку...
Морозов ожесточенно махнул рукой и зашагал к выходу.

Радий Петрович привык командовать людьми и приборами. Он привык ощущать
приборы как продолжение своего зрения и слуха, своей воли. Кроме того, он
привык видеть перед собой за координатной сеткой экрана знакомую картину
звездного неба. _Видеть_ свое положение в Пространстве - без этого лететь
было нельзя.
Теперь, когда корабль оглох и ослеп, Радий Петрович не то чтобы
испугался, а был ошеломлен странным ощущением собственной ненужности и
невозможности управлять ходом событий. Он _перестал быть командиром_, и
это, кажется, было страшнее, чем врезаться в Юпитер. А врезаться могли
каждую секунду.
Оцепенение первых минут прошло. Как мог он, командир, допустить, чтобы
двое мальчишек, впервые вышедших в Пространство...
- Куда?! - крикнул он так, как не кричал еще никогда в жизни. - Куда
направили?
Губы его прыгали, голос сорвался. Он видел их белые лица на мутном фоне
бокового экрана. Заостровцев не оглянулся на окрик. Руки его безжизненно
висели по бокам кресла, взлохмаченная голова лежала на панели управления
двигателями. Как раз под его щекой медленно ползла вправо стрелка
поворотного реактора.
Морозов посмотрел на командира. Лицо его было странно искажено - будто
одна сторона отставала от другой.
- Сейчас, Радий Петрович... Минутку...
Морозов потянулся к переключателям мнемосхемы - самым дальним на
пульте. Перед командиром засветилась масштабная схема: Юпитер, спутники,
кольца их орбит, красная линия пути корабля...
Но ведь это была линия _рассчитанного_ курса, ее не с чем было
сравнить, потому что датчики системы ориентации не подавали на мнемосхему
_истинный_ курс.
Радий Петрович представил себе, как "Апшерон" на выходной кривой
углубляется в Ю-поле - углубляется дальше, чем следует... Кроме того, на
развороте кораблю предстояло пересечь орбиты десятка спутников Юпитера.
Конечно, возможность столкновения практически исключена, но когда
движешься вслепую в полях стохастичных возмущений, то и мелкие спутники -
дико кувыркающиеся в пространстве ледяные и каменные глыбы - кажутся
неправдоподобно близкими.
- Вы не могли рассчитать курс без внешних датчиков, - жестко сказал
командир. - Я запрещаю...
Тут он осекся. Он был командир и мог запретить что угодно, но,
запрещая, он должен был продиктовать свое решение. А решить что-либо в
этой дикой ситуации было невозможно.
Морозов тряс за плечи сидевшего рядом Заостровцева.
- Да очнись ты! - крикнул он ему в ухо. - Вовка, очнись! Что дальше?
Корректировать надо!
В отчаянии он сгреб пятерней Володины волосы, мокрые от пота.
Заостровцев вдруг дернулся, открыл глаза.
- Поправки! - обрадованно закричал Морозов. - Чего уставился, поправки
давай!
Мутные глаза Заостровцева прояснились. Он расправил плечи, потянулся,
на его худом лице появилась улыбка, показавшаяся командиру идиотской.
- Так хорошо, - тихо сказал Заостровцев. - Так не давит...



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [ 13 ] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.