read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com




38
Колчак сказал:
"Порка - это полумера".

39
В Саратовской губернии крестьянские восстания. В двадцати двух волос-
тях введено осадное положение.

40
С начала зимы в республике заболело сыпным тифом полтора миллиона человек.

41
Я объезжаю на лесенке, подкованной колесиками, свои книжные шкафы.
Потрепанная армия! Поредевшие батальоны.
Ольга читает только что полученное письмо от Сергея.
Я восклицаю:
- Ольга, ради наших с вами прожорливейших в мире желудков я совершил
десятимесячный бесславный поход. Я усеял трупами, переплетенными в
сафьян и отмеченными экслибрисами, книжные лавчонки Никитской, Моховой,
Леонтьевского и Камергерского. Выразите же мне, Ольга, сочувствие.
Не отрываясь от письма, она промямливает:
- И не подумаю.
- Вы бессердечны!
Я подъезжаю к флангу, где выстроились остатки моей гвардии - свитки
XV века, клейменные лилиями, кувшинчиками, арфами, ключами с бородками
вверх, четвероконечными крестами; рукописи XVI века" просвечивающие
бычьими головами, бегущими единорогами, скачущими оленями; наконец, фо-
лианты XVII века с жирными свиньями. По заводскому клейму, выставленному
на бумаге, можно определить не только возраст сокровища, но и душу вре-
мени.
Ольга вскрикивает:
- Это замечательно!
У нее дрожат пальцы и блестят глаза - серая пыль стала серебряной.
- Что замечательно?
- Сергей расстрелял Гогу.
Я досадительно кряхчу: у "спасителя родины" были нежные губы обижен-
ной девочки и чудесные пальцы. А у Сергея руки мюнхенского булочника, с
такими руками не стоит жить на свете.

42
В Симбирской, Пензенской, Тамбовскойи Казанской губерниях крестьянские восстания. Волости, уезды, города на
военном положении.

43
Сегодня по купону N 21 продовольственной карточки выдают спички - по одной коробке на человека.

44
Лениным и Цюрупой отправлена на места телеграмма:
"...Москва, Петроград, рабочие центры задыхаются от голода".



45
По сообщению из Версаля, Верховный Совет Антанты держится того взгля-
да, что блокада Советской России должна продолжаться.

46
Туркестанский фронт:
"...после упорного боя нами оставлено Соленое Займище".
"...после упорного боя наши части в 55 верстах юго-западнее Уральска
отведены несколько севернее на новые позиции".
Восточный фронт:
"...на реке Вагай наши части отводятся к реке Ашлик ".
"...севернее Тобольска наши части под давлением противника несколько
отошли вверх по реке Иртышу".

47
Деникин взял Орел.

48
Юденич взял Гатчину.

49
Отдел изобразительных искусств Народного Комиссариата по просвещению
объявляет конкурс на составление проекта постоянного памятника в память
Парижской коммуны семьдесят первого года.

50
Река синяя и холодная. Ее тяжелое тело лежит в каменных берегах, точ-
но в гробу. У столпившихся и склоненных над ней домов трагический вид.
Неосвещенные окна похожи на глаза, потемневшие от горя.
Автомобили скользят по мосту, подобно конькобежцам. Их сегодня
больше, чем обычно. Кажется, что они описывают ненужные, бесцельные кру-
ги вдоль кремлевских зубцов с "гусенками", вдоль тяжелых перил, башен и
полубашен с шатрами и вышками из бутового камня и кирпича полевых сара-
ев, крепленного известью, крухой и мелью-схряцем. Сухаревка уже разнесла
по Москве слухи об убегающих в Сибирь комиссарах о ящиках с драгоценнос-
тями, с золотом, с посудой, с царским "бельишком и меблишкой" которые
они захватывают с собой в тайгу.
Мы идем по стене.
Ветер скрещивает голые прутья деревьев, словно рапиры, качает черные
стволы кленов.
Я вглядываюсь в лица встречные. Веселое занятие! Будто запускаешь ру-
ку в ведро с мелкой рыбешкой. Неуверенная радость, колеблющееся мужест-
во, жиреющее злорадство, ханжеское сочувствие, безглазое беспокойство,
трусливые надежды - моя жалкая добыча.
Я спрашиваю Ольгу:
- А где же любовь к республике?
- Под Тулой и на подступах к Петрограду.
Мы поднимаемся по улице которая когда-то была торговой. Мимо спущен-
ных ставен, заржавевших засовов, замков с потерянными ключами витрин,
вымазанных белилами точно рожи клоунов.
С тех пор как торговцы опять на бутырских нарах рядом с налетчиками и
насилователями малолетних и торговля считается не занятием, а позором и
преступлением - в Москве осталось не более четырех лавок, за прилавками
которых стоят поэты, имеющие все основания через сто лет стать мраморны-
ми, а за кассой - философы, посеребренные сединой и славой.
Мы проходим под веселыми - в пеструю клетку - куполами Василия Бла-
женного Я восторгаюсь выдумкой Бармы и Постника: не каждому взбредет на
ум поставить на голову среди Москвы итальянского арлекина.
Грузовой автомобиль застрял среди площади. Он вроде обезглавленного и
обезноженного верблюда. Горка старых винтовок поблескивает льдистой
сталью. В цейхгаузах республики много свободного места. Винтовкам от
"турецких кампаний" суждено завтра решить судьбу социализма на улицах
Петербурга.
Ольга говорит:
- Сделайте три шага к той стене и прочтите в "Правде", что сегодня
идет в театрах.
С тех пор как у нас стало "все даром", газеты приходится читать, стоя
у забора. Их клеят, как афиши.
- Куда вы хотите пойти?
- Выберите пьесу, которая бы соответствовала нашему героическому мо-
менту.
- Попробую.
Я надеваю пенсне и читаю:
- Большой театр - "Сказка о царе Салтане", Малый - "Венецианский ку-
пец", Художественный - "Царь Федор", Корш - "Джентльмен", Новый Театр -
"Виндзорские проказницы", Никитский - "Иветта", Незлобина - "Царь Иу-
дейский"... сочинения Константина Романова, Камерный - "Саломея"...
- Довольно.
Мы пересекаем площадь.
Может быть, наши шаги ступают как раз по тому месту, где лежал голый
труп Отрепьева.
Любовь к "изящным искусствам, скоморошеству" не довела его до добра.
Мне вспоминается запись очевидца: "Народ, приходя, не переставал ру-
гаться, единые положили ему на брюхо весьма страннообразную маску, най-
денную у Марины Мнишковой, другие, ругаяся его люблению музыки, в рот
ему всунули сопель, а под пазуху положили волынку".
В этой стране ничего не поймешь: Грозного прощает и растерзывает От-
репьева; семьсот лет ведет неудачные войны и покоряет народов больше,
чем Римская империя; не умеет сделать каких-то "фузей" и воздвигает на
болоте город, прекраснейший в мире.
Я говорю:
- Вы не находите, Ольга, что у нас благополучно добирается до цели
только тот, кто идет по канату через пропасть. Попробуй выбрать шоссей-
ную дорогу и непременно сломаешь себе шею. После падения Орла и Гатчины
я начинаю верить в крепость советского строя. Наконец, у меня даже
мелькает мысль, что с помощью вшей, голода и чумных крыс, появившихся в
Астрахани они, чего доброго, построят социализм.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [ 13 ] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.