read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



ягода, похожая на чернику, - гонобобель, или голубика, - и страшно
обрадовался, хотя это было не бог весть какое открытие. Я стал вслух
строить предположения о том, как была убита эта девушка: вероятнее всего,
она вернулась за мной, и немцы с насыпи дали по ней очередь из автомата. Я
сказал ей что-то ласковое, стараясь ее обнадежить, как будто она не была
мертва, безнадежно мертва, с низкими, страдальчески сдвинутыми бровями.
Потом я забыл о ней. Я шел куда-то и болтал, и мне ужасно не
нравилось, что я так странно болтаю. Это был бред, подступивший
удивительно незаметно, с которым я уже не боролся, потому что бороться
нужно было только с одним непреодолимым желанием - отшвырнуть костыли,
натершие мне подмышками водяные мозоли, и опуститься на землю, которая
была покоем и счастьем.
...Должно быть, я ничего не видел вокруг себя задолго до того, как
потерял сознание, - иначе, откуда мог бы появится рядом с моей головой
этот пышный бледно-зеленый кочан капусты? Я лежал в огороде и с восторгом
смотрел на кочан. Вообще все было бы превосходно, если бы пугало в черной
изодранной шляпе не описывало медленные круги надо мной. Ворона, сидевшая
на его плече, кружилась вместе с ним, и я подумал, что если бы не эта
госпожа с плоско мигающим глазом, все на свете действительно было бы
превосходно. Я закричал на нее, но таким беспомощно-хриплым голосом, что
она только посмотрела на меня и равнодушно шевельнула крыльями, точно
пожала плечами.
Да, все было бы превосходно, если бы я мог остановить этот медленно
кружащийся мир. Может быть, тогда мне удалось бы рассмотреть рубленый
некрашеный домик за огородом, крыльцо и во дворе высокую палку колодца. То
темнело, то светлело одно из окон, и, кто знает, может быть, мне удалось
бы увидеть того, кто ходит по дому и тревожно смотрит в окно.
Я встал. До порога было шагов сорок - пустяки в сравнении с тем
расстоянием, которое я прошел накануне. Но дорого достались мне эти сорок
шагов! Без сил упал я на крыльцо, загремев костылями.
Дверь приоткрылась. Мальчик лет двенадцати стоял на одном колене за
табуретом. Лежа на крыльце, я не сразу различил его в глубине темноватой
комнаты с низким потолком и большими двухэтажными нарами, отделенными
ситцевой занавеской. Он целился прямо в меня, даже зажмурил глаз и крепко
прижался щекой к прикладу.
- Вот что, нужно мне помочь, - сказал я, стараясь остановить эту
комнату, которая уже начала вокруг меня свое проклятое медленное движение,
- я раненый летчик из эшелона.
- Кирилл, отставить! - сказал мальчик с ружьем. - Это наш.
Мне показалось, что он раздвоился в эту минуту, потому что еще один
совершенно такой же мальчик осторожно выглянул из-за полога. В руке он
держал финский нож. Он еще пыхтел и моргал от волнения.


Глава десятая
МАЛЬЧИКИ

Я плохо помню то, что было потом, и дни, проведенные у мальчиков,
представляются мне в каких-то клубах пара. Пар был самый реальный, потому
что большой чайник с утра до вечера кипел на таганчике в русской печке. Но
был еще и другой, фантастический пар, от которого я быстро и хрипло дышал
и обливался потом. Иногда он редел, и тогда я видел себя на постели, с
ногой, под которую была подложена гора разноцветных подушек. Это сделали
мальчики, чтобы кровь отлила от ран. Я уже узнал, что их зовут Кира и
Вова, что они сыновья стрелочника Ионы Петровича Лескова, что отец
накануне ушел на станцию, а им приказал запереться и никого не пускать.
Они были близнецами - и это я превосходно знал, но все-таки пугался, когда
видел их вместе: они были совершенно одинаковые, и это снова было похоже
на бред.
...Точно два человека боролись во мне - один веселый, легкий, который
старался припомнить и живо представить себе все самое хорошее в жизни, и
другой - мрачный и мстительный, не забывающий обид, томящийся от
невозможности отплатить за унижение.
То представлялось мне, как высокий бородатый человек, такой
замерзший, что он даже не в силах запереть за собой дверь, входит в избу,
где живем мы с сестрою. Но это не доктор Иван Иваныч. Это я. Без сил я
падаю на крыльцо, дверь распахивается, мальчики целятся в меня, а потом
говорят: "Это наш".
И все мне казалось, что они потому отнеслись ко мне так сердечно, что
когда-то, много лет назад, мы с сестрой помогли доктору, - одинокие,
заброшенные дети в глухой, занесенной снегом деревне.
То видел я себя с оскаленными от злобы зубами, с пистолетом в руке,
под вагоном. Странно раскинув руки, люди лежали вокруг меня. Что же я
сделал, в чем провинился, что пропустил самое важное, самое необходимое в
жизни? Как случилось, что эти люди пришли к нам и осмелились подло
стрелять в раненых, точно не было на свете ни справедливости, ни чести, ни
того, чему я учился в школе, ни того, во что я свято верил и что с детства
привык уважать и любить?
Я старался ответить на этот вопрос и не мог, потому что у меня
пропадало дыхание, и мальчики с беспокойством глядели на меня и все
говорили, что если бы пришел отец, он бы что-то сделал со мной и мне сразу
стало бы лучше.
И отец пришел. Без сомнения, это был он, такой же неуклюжий, как
мальчики, с мрачным лицом и сияющими голубыми глазами. Они сияли в ту
минуту, когда, опустив руки и сгорбившись, он остановился подле постели.
- Десант разбит, - сказал он, - мы окружили их у Щели Новой и
уничтожили всех до одного.
Потом он замолчал, уставясь на меня исподлобья, и я подумал, что,
должно быть, плохи мои дела, если на меня смотрят такими добрыми глазами,
если у меня спрашивают имя и отчество, фамилию и звание и, вздохнув,
прикалывают к стене - чтобы не затерялся - листок бумаги. Но это еще не
беда, пусть прикалывает, все равно я не стану смотреть на этот листок. И,
взяв стрелочника за руку, я начинаю с жаром рассказывать о том, как
встретили меня его сыновья. Может быть, я рассказываю слишком долго и
немного путаюсь и повторяюсь, потому что он кладет мне на лоб что-то
холодное и просит, чтобы я непременно уснул.
- Усните, усните!
Я знаю, что он будет доволен, если мне удастся уснуть, и закрываю
глаза и притворяюсь, что сплю. Но картина, которую я нарисовал перед ним,
остается - где-то в бесконечной перспективе, между раздвинутых стен.
Тысячи маленьких домов представляются мне. Тысячи мальчиков стоят на
коленях перед табуретами, на которых лежат тысячи ружей. Тысячи других
прячутся за ситцевыми занавесками с ножами в руках. На великой Русской
равнине, от горизонта до горизонта, в каждом доме в глубине темноватых
комнат мальчики ждут врага. Ждут, чтобы убить его, когда он войдет.


Глава одиннадцатая
О ЛЮБВИ

Если сравнить, как это делают поэты, жизнь с дорогой, то можно
сказать, что на самых крутых поворотах этой дороги я всегда встречал
регулировщиков, которые указывали мне верное направление. Этот поворот
отличался от других лишь тем, что меня выручил стрелочник, то есть
профессиональный регулировщик.
Двое суток я пролежал в его доме, то приходя в себя, то снова теряя
сознание, и, открывая глаза, неизменно видел этого мрачного человека,
который стоял у моей постели, не отходя ни на шаг, точно не пускал меня в
ту сторону, где дорога срывается в пропасть. Иногда он превращался в
мальчика с такими же удивительно светлыми глазами, и мальчик тоже твердо
стоял на своем месте и держал меня здесь, в этой комнате с маленькими
окнами и низким потолком, и ни за что не пускал туда, где (если верить
газете "Красные соколы") я однажды уже успел побывать.
Замечательно, что ни разу - ни наяву, ни в бреду - я не вспомнил о
Ромашове. Был ли это инстинкт самосохранения? Вероятно, да - это
воспоминание не прибавило бы мне здоровья.
Но когда движение было восстановлено, когда семейство - на дрезине,
без сомнения той самой, до которой не добрались девушки из Станислава, -
доставило меня в Заозерье и, сияя тремя парами голубых глаз, застенчиво
простилось со мной, когда я вновь оказался в ВСП и на этот раз в настоящем
- с ванной, радио и вагоном читальней, - когда, вымытый, перебинтованный,
сытый, с ногой, задранной к потолку по всем правилам медицинской науки, я
проспал всю Среднюю Россию и уже где-то за Кировом, в другом, тыловом мире
показались незатемненные, что было очень странно, окна, - вот когда я
вспомнил и повторил в уме все, что произошло между мною и Ромашовым.
Я вспомнил наш разговор накануне того дня, когда эшелон обстреляли
немецкие танки.
- Сознайся, что у тебя в жизни были подлости, - сказал я, - то есть
подлости с твоей собственной точки зрения.
- Допустим, - хладнокровно отвечал он. - Но что значит подлость? Я
смотрю на жизнь, как на игру. Вот сейчас, например. Разве сама судьба не
сдала нам на руки карты?
Не судьба, а война сдала эти карты. Не война, а отступление, потому
что, если бы не отступление, он никогда не решился бы украсть у меня
пистолет и бумаги и бросить меня в лесу одного.
Точно как на суде, я разобрал его поступок со всех точек зрения, в



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 [ 121 ] 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.