read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



Надя, наш ветеран...
Карналь невольно улыбнулся: производственный отдел существовал чуть
более десяти лет, а уже имел своих ветеранов. Надежда Крикливец,
награжденная орденом Трудовой Славы, для этих мальчишек и девчонок - тетя
Надя, авторитет, образец.
- Что же она?
- Обратилась с заявлением на ваше имя. Я отправил по кольцевой почте.
Карналь пожалел, что не велел Алексею Кирилловичу показывать сегодня
почту. Пока был в отъезде, письма шли к заместителям, с его появлением
кольцевая почта автоматически переключалась на директора.
- О чем заявление?
- Да, сплошной смех. Она пишет так: прошу выделить мне за наличный
расчет машину, и обязательно "Волгу", и обязательно черного цвета. Что вы ей
скажете?
- В черной, пожалуй, жарко летом, - сказал Карналь не то в шутку, не то
всерьез.
До центра города Карналь решил добираться трамваем. Домой не хотелось,
не знал, куда себя девать, вся надежда была на Киев: укрыться в его осеннем
золоте, развихренном сегодняшним диким ветром, постоять на темных парковых
склонах, пройтись по старинным глухим улочкам, заплетенным буйными ветвями
деревьев, как на картинах Маневича.
Дурное настроение бывает только у людей. Но могло показаться, что у
трамвая, в котором ехал Карналь, тоже было дурное настроение. Вагон
дергался, с разгона, точно натыкаясь на камень, останавливался, вновь
срывался и мчался вслепую, раскачиваясь так угрожающе, что, казалось,
вот-вот перевернется. Карналь так и не понял странного поведения трамвая. Не
то ветер, не то переполненность вагона, не то раздражительный вагоновожатый.
Раздражительность сказывается даже на вождении трамвая. А где взять
спокойствие в этом взбудораженном мире? Мелькнуло неожиданно воспоминание о
событии тридцатилетней давности. Незабываемый рассвет, когда они с маленькой
Айгюль, оседлав золотистых ахалтекинцев, ехали на туркменский базар в Мары.
Выехав из усадьбы совхоза, увидели старого туркмена, неподалеку от него
дремало четыре верблюда. Сидел накрытый огромной шапкой-тельпеком,
скрюченный, сухонький, точно неживой, только мудростью светились его глаза.
Когда возвращались через несколько часов, старик все так же сидел, не
шелохнувшись, как воплощение вековечного покоя. Может, и доныне сидит? Ждет?
"Жди меня на краю пустыни, на краю ветра, на краю караванных путей
вечности". Карналь всю жизнь любил стихи. Не сочинять, как это делает
множество людей, с неодинаковым, впрочем, успехом, а читать чужие, настоящие
и хорошие. Началось, пожалуй, с Шевченко и песен, а закончится разве что
вместе с ним самим. Когда-то среди преподавателей техникума возник спор: кто
больше знает стихов - литераторы или математики? Карналь тогда победил всех.
Читал наизусть несколько часов. У поэзии есть общность с математикой: и та,
и другая передают квинтэссенцию жизни. Я приду к себе с голосом ветра на
устах. Тоскую о поцелуе твоих глаз. Стихи или просто тоска по Айгюль? Нет ее
- лишь некое сияние. Как после смерти матери. А теперь - батька. Будущее
опередило тебя, вернулось в прошлое вместе с дорогими тебе людьми, осталось
там с ними. Время как бы пожирает жизнь. Оно всегда включает в себя
катастрофу. Вечное своеволие безответственности и невероятного. Бессилие
ворчливых намерений протеста. Время безжалостно, но Карналь не поддастся.
Они все, с кем ты жил рядом, живут всегда в твоем сердце... Что человечество
выдумало для борьбы со временем? Законы, ограничения, запреты, преграды,
барьеры. Но время проникает повсюду, все заполняет. Разделенными оказываются
люди, но не время. Оно неделимо, как пустота. Бороться с ним - причинять
удары пустоте? А что такое числа? Они тоже не существуют на самом деле, они
только плод воображения, собственно, порождение пустоты, ничего из ничего,
но в то же время числа и соотношения чисел - это творческий принцип бытия. В
них слияние всего: точного, прекрасного, морального. Он посвятил числам свою
жизнь, ибо в числах все: истина, реальность, абсолют, мудрость, опыт,
знания, факт, понятие, всеобщность, утверждение, отрицание, бесконечность.
Время, не подлежа измерениям и числам, неминуемо приобщается к трем
измерениям пространства, придавая бытию четырехмерность, для которой чужды
ограничения, так же, как для человека деятельность. Мир, в котором ты
живешь, мир машин, заводских дымов, зеленой травы, разочарований и надежд -
четырехмерный. А может, следует назвать его пятимерным? Академик Вернадский
считал, что в создаваемую людьми оболочку планеты входит еще личное начало,
названное им "ноосфера" и определяемое по параметру разума и интеллекта. Но,
пожалуй, ближе тебе теория профессора Ухтомского, который принимал во
внимание не одну только мысль, но и все многообразие личностей, каждая из
которых уникальна, неповторима, самоценна. Превращая энергией своих доминант
среду пребывания, они выстраивают в миропорядке особую персоносферу. В
персоносфере могут происходить вещи даже невероятные, человек способен не
только постичь многомерность мира, но и в силах влиять, например, на течение
времени, ибо разве же не об этом свидетельствует рождение кибернетикой
концепции, согласно которой течение времени связано с информационным
содержанием системы? Или вера в возможность извлечения энергии из
информации, превращения информации в производительную силу! Энергия - вечное
блаженство человечества. Хочется верить, что она даст возможность даже
остановить время и воскресить мертвых, как помогла человечеству преодолеть
времена крематориев, атомных угроз, мировых катаклизмов.
Карналь ходил и ходил. На Владимирскую горку, к Историческому музею,
где осенние листья шуршали в темноте по камням фундамента Десятинной церкви,
к площади Богдана Хмельницкого, к Софии. Ночь наступала, огромная, ветреная,
вся в гомоне, в море теплого света, в шепотах и неслышных вздохах. Воды
Днепра, киевские холмы, обрывы, окрестные леса, поля где-то за Выставкой,
протянувшиеся до самого моря, - в этом городе как бы сливались образы воды,
возвышенностей и равнин. Образ моря: беспредельность вод, враждебность
глубин и вечный голос жизни. Образ гор: взлеты, падения, поднебесные
вершины, тихая глубинность долин. Образ пустыни: бесконечность и солнце,
распластанное на земле, как вечный залог жизни. Для Карналя все это
сливалось в образ Киева и было особенно ощутимо в эту ночь, которая могла бы
стать для него наитяжелейшей в жизни, но он уже был уверен, что одолеет ее
на улицах. В Киеве все возможно. Здесь бродят по улицам века, а тысячелетия
плавают в ночных небесах звездными эманациями над соборами и монументами.
Здесь умерло больше, чем когда-либо сможет родиться, и все же рождения
преобладают и пересиливают смерть каждое мгновение.
Вавилон, Фивы, Персеполь, Афины, Рим, Дамаск, Ереван, Каир, Тбилиси,
Царьград, Лютеция, Равенна, Москва - и среди них Киев, и ты стоишь на
просторной площади под темным сиянием золота на тысячелетних куполах и
смотришь сквозь призму неизбежности, которая должна стать для тебя с
сегодняшнего дня как бы свидетельством зрелости душевной и общечеловеческой.
Крики и шепоты, кипы мертвых отбросов цивилизации и триумф новостроек,
первозданное бормотание невежд и могущество человеческой мысли, бесконечные
поля битвы за души людей и в душах людей, которые упорно доискиваются новых
истин и новых ценностей, создают новое общество, - ты среди них не
последний, а из первых! София в дворец "Украина", свидетельство эпох
прошедших и символ нового времени, а между ними тысяча лет, и еще миллионы
лет вне их и над ними, вокруг, навсегда, навеки, беспредельно и бесконечно.
Жизнь! Размах, разбег, разгон! Все сделать! Все охватить! Все совершить! "За
всех скажу. За всех переболею!.."
Когда Карналь наконец вернулся домой, его встретила
испуганно-взволнованная тетя Галя. Обрадованно притрагивалась к Карналю
руками, заглядывала в лицо, словно бы хотела убедиться, что он цел, что с
ним ничего не случилось.
- А я уже сама не своя. Нет тебя и нет. Не знала, что и думать...
- Куда бы я девался?
- Да разве ж от горя человек знает, что с ним творится? А тут еще
ветер. Стонет, плачет, убивается. Я уж плакала, плакала... Так жаль братика
моего, а твоего батька, Петрик...
Карналь горько улыбнулся.
- Вот я и ходил, чтобы дать вам выплакаться. На ветру оно как бы легче.
Нужно нам жить дальше, тетя Галя. Смерть тяжела, но она учит мудрости.
- И тяжела, к страшна. Да еще пугает меня этот телефон. Звонит, а беру
слушать - молчит.
- Может, ветер?
- Да звонит же по-настоящему. Я было подумала: может, то Андрия душа,
а, Петрик?
- Тетя Гадя! Вы же секретарем сельсовета были, а верите в мистику. Да
еще в какую - в телефонизированную!
- Ну, а если оно звонит и молчит? Да еще в такую ночь.
- Может, Кучмиенко?
- Телеграмму прислал. Телеграмм уже много пришло. И этот помощник твой,
Алексей Кириллович, завез еще больше...
Зазвонил телефон. Параллельные аппараты стояли в прихожей и в кабинете.
Карналь снял трубку в прихожей.
- Слушаю, Карналь, - сказал хрипло и как-то словно бы даже испуганно,
хотя и дивился безмерно этому испугу. - Слушаю. Алло! - повторил снова уже
громче, начиная раздражаться.
Телефон молчал. Только за потрескиванием электрических разрядов стонал
ветер, а даль пролегала такая неодолимая - до тоски в сердце.

5
Анастасия окинула взглядом Совинского, осталась довольна его видом:
новый костюм, яркий галстук (полти как у Карналя), темноватые волосы
тщательно причесаны, следы расчески прослеживаются даже неопытным глазом.
Такой же сильный, спокойный, могучий, как горный хребет. Рядом с таким
мужчиной кажешься тоненькой былинкой. Многим женщинам это нравится. А ей?



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 [ 122 ] 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.