read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:


Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



— Смеешься?
— Я серьезно. Он с легкостью перебил кучу народа в саду. Никто до сих пор не поймет, как он мог остаться незамеченным.
Человек отмахнулся, я уловил в жесте тонкой багровой плети полнейшее пренебрежение.
— То были простые перепившиеся мужики. А этот Ричард оказался всего лишь сильнее. Вы же видите, какой он громадный? А если еще и оружием владеет...
Де Леже подал голос:
— Оружием рыцарских сынков учат владеть с колыбели. Против таких в открытом бою не выстоять. Надо бить в спину.
Денифель засмеялся:
— Не обязательно. Куда приятнее бить в грудь, видя, как противник замирает в страхе... и ничего не может поделать. Куда приятнее бить медленно, чтобы эти благородные ощутили боль и поняли, что сейчас подохнут.
Де Леже повторил:
— Но ты уверен?
— Уверен, уверен, — повторил Денифель уже нетерпеливо. — Я любого могу заступить или зарутить так, что корни пустит хоть в землю, хоть в мраморный пол. Будет стоять хоть целый час, пока у меня маны хватит. За это время его можно до смерти забросать хоть столовыми ложками.
— А вдруг у него защита? Есть и такие амулеты. — Денифель отмахнулся:
— На самый крайний случай у меня есть эта бутылочка, ты знаешь. Просто я не представляю такой опасности, чтобы пришлось...
Он умолк с многозначительным видом. Остальные явно подбодрились, а Меккана сказал нетерпеливо:
— Тогда идем? Он уже спит.
Он поднялся из-за стола, я тихонько вытащил меч и приготовился, однако Денифель сказал злым голосом:
— Тихо!.. Бриклайт пообещал хорошую награду, но я знаю, как получить больше. Намного.
Они затихли, начали медленно опускаться на лавку, головы повернуты к Денифелю. Тот сказал раздельно:
— Еще больше ненавидит его Вильд. Я был тогда с Вильдом и видел, как этот Ричард опозорил его на глазах всего отряда. Вильд в ярости, и если ему дать возможность поквитаться самому...
Меккана хмыкнул:
— Что же он тогда не поквитался?
— Ты знаешь чего, — повысил голос Денифель. — Во-первых, народу было много, во-вторых... Вильд не дурак, чтобы драться с равным или тем, кто сильнее. Он бьет тех, кого точно знает, что побьет. А сильному воткнет нож в спину, в этом он целиком наш...
— Ты его заступишь для Вильда?
— Да. Или пущу рут. Чтобы с места не мог сдвинуться. А Вильд может насладиться медленным мщением. Так что давай быстренько беги за Вильдом...
— Я?
— А кто у нас самый шустрый? — Меккана показал на спящего:
— Когда нужно прятаться от драки, то самый шустрый — Дюпон.
Денифель криво улыбнулся:
— Верно.

Спящего растолкали пинками, мне он показался совсем тощим подростком. Вылили ему на голову холодной воды, кое-как объяснили, что должен сделать и что сказать, наконец тот проговорил ломающимся мальчишечьим голосом:
— Да всё запомнил... А где его искать?
— Он обычно гуляет с Барвистой, — объяснил Меккана. — Эта шлюха принимает в последнее время только его одного, Вильд взял ее на содержание.
Багровая фигурка поднялась из-за стола, я видел, как остановилась посреди комнаты в нерешительности.
— А он меня не прибьет... что побеспокою?
— Не прибьет, — сказал Денифель нетерпеливо. — Еще и денег сразу даст за такую новость! Думаю, прямо голым примчится сюда, только бы скорее отомстить...
Я выждал, когда багровая фигура выскользнула из дома, стараясь не хлопнуть дверью. Через пару минут мои настороженные уши уловили лошадиный всхрап, фырканье, лошади не в восторге, когда их будят среди ночи и седлают, а еще через пару минут послышался дробный конский топот.
Когда он удалился, я взял в одну руку молот, в другую — меч, сделал пару глубоких вздохов и хотел было подойти к двери, но вспомнил, что женщины в комнате нет, так чего я размилосердствовался?
Молот вылетел из ладони, как летающий слон. Грохот, дом тряхнуло от крыши до фундамента. Разлетелись щепки, с дверью разнесло половину стены, в дыру можно на конях по трое в ряд, а там в глубине четверо: кто покатился от ударной волны, кто вскочил и прижался к стене, только Денифель остался за столом.
Наши взгляды встретились, он заскрежетал зубами, не успевает ни со ступом, ни с рутом, торопливо выхватил из-за пазухи бутылочку и зубами выдернул пробку.
Из отверстия начал быстро-быстро выстреливаться зловещий дымок. Под самым потолком расплылся в облачко и начал так же стремительно принимать очертания огромной человеческой фигуры с лысой головой, с которой свисает клок наподобие фирменного оселедця запорожцев.
Я оцепенел, а холод смертельной опасности пронзил всё тело. Денифель зловеще оскалился:
— Что побелел, благородный? Вот теперь тебе и...
Я щелкнул пальцами, в комнате возник красный демон. Я сказал ему громко:
— Убьешь всех, кто шевельнется! Даже джинна...
А другой рукой метнул молот в Денифеля. Тот успел лишь открыть рот для вопля, тяжелая стальная болванка пробила грудь, разорвала, словно туда угодил разрывной снаряд. Стены забрызгало кусками красного мяса.
Молот не успел удариться о мою ладонь, как джинн оформился полностью, посмотрел на куски тела хозяина, потом на меня. Огромный рот искривился в жуткой ухмылке.
— Теперь я свободен?
— Полностью, — подтвердил я дрожащим голосом. — Я ведь вообще-то освободитель джиннов! Хожу вот и освобождаю, хожу и освобождаю...
— Спасибо, — ответил джинн. — Мы, джинны моря, помним добро. Я не стану тебя убивать...
— Вот спасибо, — сказал я саркастически, но с облегчением. — Кстати, меня зовут Ричард Длинные Руки. А тебя?
Он покачал огромной головой:
— Не скажу. Кто знает имя джинна, тот становится его хозяином. Прощай!
Он растаял в воздухе, и мой красный демон, не получая команд, растаял тоже. Я сказал громко:
— Эй, де Леже! Ты же благородный, а прячешься под столом, как какой-то... как какой-то простолюдин!
По ту сторону стола поднялся бледный как смерть де Леже, на лбу кровавая царапина. Руки дрожат, как и губы, как и весь он трясся как осиновый лист.
Я перевел взгляд на Суасса и Меккану, оба сидят оглушенные под стеной. Меккана пришел в себя первым, в глазах зажглась ярость. Он сунул руку за пазуху, но Суасс успел придержать, в его глазах тоже злость, но холодная и расчетливая, что гораздо хуже.
— Ну что, — сказал я, — доигрались, гады? Есть Божий Суд, наперсники разврата...
Из дальней комнатки приоткрылась дверь. Полураздетая женщина выглянула в испуге, охнула, дверь с треском захлопнулась. Я слышал, как загремел задвигаемый засов.
Я еще смотрел на дверь, как Меккана прямо из положения сидя ринулся на меня. Я отпрыгнул, отскочил за стол, только он и уцелел в комнате, и тут Суасс и даже трепещущий де Леже бросились на меня, выхватывая ножи.
Но я уже успел выдернуть из ножен меч. Он как бы сам по себе прочертил три косые линии, каждый раз слегка вздрагивая на полпути. В воздух взлетели отрубленные кисти рук, я отпрыгнул и еще несколько раз взмахнул мечом быстро-быстро, пока не стошнило или пока приступ милосердия не взял верх.
В комнате в лужах крови распластались тела, похожие на зарубленных баранов в одежде. Меня еще трясет, ну никак не могу сразу успокоиться, и потому голос мой прозвучал излишне резко:
— Всё кончилось! Вы можете открыть двери! — Из-за двери донесся плачущий голос:
— Не открою! Я вас боюсь...
— Вообще-то правильно, — крикнул я. — Я сейчас сам себя боюсь. Словом, отбываю по делам, служба. Вам советую тоже уйти... собрав всё ценное, что найдете. Сейчас прибудет тот мальчишка, а с ним наверняка Вильд с его бандой. Я не хочу с ними воевать, хотя мог бы. Не мое это дело. Пусть только оставят в покое госпожу Амелию, и всё будет в порядке. Передайте, что и у меня есть зубы.
Из-за двери донеслось:
— Да уж...
— Вот-вот, — согласился я. — Я даже могу ими пользоваться.


Глава 8

Зайчик бродил по двору и, разбивая копытами колоды, вытаскивал из них железные скобы, гвозди, подковы, о которые сосребывают грязь при входе на крыльцо.
— Молодец, — одобрил я. — На земле противника можно всё. Даже насиловать по нашему неотъемлемому общечеловеческому праву победителей. От победителя потомство лучше и крепче, а это выгодно эволюции... Так что, насилуя побежденных, мы совершенствуем род человеческий. Да и вообще... вся цивилизация совершенствуется через насилие, ты прав, прав...
Через полчала навстречу выбежала испуганная Амелия, но не сказала ни слова. Зайчик обнюхал ее, она перехватила повод, удивилась, что после быстрой скачки Зайчик ничуть не вспотел, водить по двору не требуется.
Я вздохнул, когда она повернула в мою сторону бледное лицо с трагически вздернутыми бровями.
— Что-то случилось?
Я красиво помахал рукой, словно полоскал ладонь в солнечном воздухе:
— Восхотелось прогуляться по свежему воздуху... Встретить утро, так сказать, в дикости.
Она смотрела недоверчиво, но смолчала. Я соскочил на землю, поинтересовался:
— Как насчет завтрака? А то прогулка на свежем воздухе весьма способствует аппетиту...
— Сейчас будет готово, — ответила она. — Не успеете пыль отряхнуть...
Она хлопотала и за столом, в комнате только мы и Бобик, я снова поинтересовался, где дети. В своей комнате, объяснила она смущенно. Дети всегда шумят, многие ненавидят детский шум.
Я пожал плечами:
— Я не настолько стар, чтобы раздражаться при виде детской беготни. Пусть завтракают с нами. И обедают. У тебя хорошие дети.
Она покраснела от удовольствия:
— Ну, не всегда, не всегда...
— Дети есть дети, — сказал я благодушно, словно я уже старый дед и не бегал вот так с воплями совсем недавно. — Они и должны... э-э... шуметь. Для общего развития.
Она посмотрела с недоумением, да я и сам не знаю, почему так сказал, просто все так говорили, а я всё-таки еще тот конформист местами.
Другая половинка мозга едва не плавится от попыток понять, как действовать дальше. Магию, конечно, против меня использовать будут и дальше, но не слишком уж явно. Все охотно покупают разные магические штучки, но горожане возмутятся, если среди них вдруг появятся созданные магией твари, пусть даже готовые на все услуги красавицы. Готовых на все услуги хватает и среди местных женщин, но с ними знаешь, чего ожидать, а вот твари...
Так что созданное магией существо очень ограничено в действиях. Открыто на улице появиться не может, это люди ничего не заметят, но шныряющие всюду собаки тут же почуют неладное, поднимут лай, а если тварь не слишком сильна, то и разорвут в клочья. К тому же нечисть чуют лошади, пугаются до дикой дрожи, а лошади здесь бороздят улицы во всех направлениях: извозчики, верховые, конная стража, благородные дворяне...
Так что в первую очередь надо опасаться обычных людей. С обычным или магическим оружием, но всё-таки это лучше, чем что-то выдернутое прямо из ада. Правда, этот обычный может оказаться чернокнижником, умеющим мгновенно призывать демонов, или даже вот таким, как Денифель, которому когда-то повезло обзавестись сосудом с джинном.
А сама драка неизбежна, крутилось в голове. Даже не драка, а настоящая война. И, похоже, дух взаимопомощи под натиском экономических отношений выветрился быстро. Все видят, что банды подонков разоряют земледельцев одного за другим, изгоняют, двоих предварительно сильно избили, но никто даже слова не скажет в защиту...
— Бобик, — сказал я голосом боевого генерала, — благодарю за службу и бдение за время нашего отсутствия! Ты прекрасно справился с задачей. Дети накормлены, носы вытерты, пьяных нет...
Он повилял хвостом, польщенный, но смотрит настороженно, подозревая какую-то пакость. Я вздохнул:
— Но сейчас я отправлюсь в город. Тебя оставляю снова за старшего... Не возражать! На этот раз в помощники даю Зайчика. Так что не ревнуй, а командуй им.
Амелия робко сказала сзади:
— Вам нельзя в город. Теперь и вы стали для них врагом.
Маленькая и до крайности испуганная, она смотрела умоляющими глазами и заламывала руки.
— Надо, — ответил я со злостью на самого себя. — Мало ли кем считают меня Бриклайты! Но они — не городская власть. Да и будь даже властью, им надо в чем-то меня обвинить... и даже предъявить доказательства.
Хоть в чем-то преимущества зачатков демократии, мелькнуло злое. Сеньор в доказательствах не нуждается: захотел — и повесил.
Уже в дверях меня догнал ее горестный вскрик:
— Но... зачем? Зачем вам в город?
— Там люди, — ответил я. — Не может быть, чтобы все были против. Нам нужны союзники.
Деревья медленно уплывают за спину, то ли не хотят выпускать меня из сада, то ли я сам подсознательно затормаживаю шаг перед входом на опасную для меня территорию. А может, просто привык к быстрому шагу Зайчика...
На первом же перекрестке меня окликнули. Голос грубый, наглый, я сразу представил себе громадного мужика, толстого и уверенного в своей несокрушимости. Я стиснул зубы и шел дальше, за спиной послышались шаги, догоняют меня двое или трое. Сильные пальцы ухватили за плечо.
— Стой, тебе ж сказали!
Я развернулся и нанес жесткий удар в лицо. Не в челюсть, я не собирался нокаутировать и ломать при этом пальцы, а ударил в нос. Тонкие хрящи ломаются сразу, кровь брызгает такими мощными струями, что у всякого от шока сразу пропадает охота драться. Мужик в самом деле огромный, толстый, массивный, такие почти не дерутся, привыкли, что им уступают дорогу сразу, только посмотрят на них.
Сразу же я нанес второй удар, ребром ладони. У здоровяка лопнули не только губы, но с легким хрустом провалилась внутрь часть верхней челюсти. Двое его дружков оторопели, всё должно было развиваться иначе, ну как обычно, когда трое на одного, и начинать должны были они, когда восхотят, когда достаточно разогреют себя руганью и оскорблениями.
Не теряя ни секунды, я жестко ударил второго в челюсть, тот отлетел к стене, а третьему сокрушил, как и первому, нос, что-то мне этот удар начинает нравиться. Мне, с моим ростом и весом, он удается хорошо и сразу выводит из строя противника.
В толпе ахнули, двое еще на земле, третий упал на колени и зажимает обеими руками залитое кровью лицо. Гигант, которого я ударил первым, с жалобными стонами поднялся, но в драку не лезет, а жалобно завывает, щупая окровавленными пальцами сломанный нос.
— Ты... искалечил... меня...
— Заживет, — возразил я холодно, — но в другой раз подумай, перед тем как вот так хватать незнакомого человека.
Я намеренно не сказал «благородного», толпа этого не любит, а так я видел одобрительные взгляды, все на стороне того, кто дерется в меньшинстве.
Через толпу протолкались в блестящих доспехах люди с копьями в руках. Капитан Кренкель, начальник городской стражи, люто выкатил глаза.
— Что здесь происходит?
Он сразу нацелился на меня взглядом хищника. Я смущенно развел руками.
— Эти трое пьяных задирают прохожих. Вы не намерены их арестовать?
Он с подозрением посмотрел на меня, перевел взгляд на них.
— Я бы сказал, что это вы их избили. Тогда арестовать придется вас.
Из толпы крикнули:
— Это они на него напали!
— Сэр только защищался!
— Он прав!..
— Так им и надо...
— Это же Комар и Рваное Ухо с каким-то новым ублюдком! Комар вчера устроил драку на рынке, а три дня тому украл в лавке Блюменталя три раковины!
Кренкель морщился, поворачивался из стороны в стороны, наконец рявкнул:
— Тихо! Никого арестовывать не будем.
— Почему? — крикнули из толпы.
— Эти трое свое получили, — вынес он решение. — А вообще расходитесь, расходитесь! Больше трех не собираться!

Я вскинул руки в победном жесте, одновременно приветствуя толпу, что так тепло ко мне отнеслась, там этот жест понравился, мне закричали одобрительно, я раскланялся и двинулся дальше.
Не такой уж и враждебный мне город, как пытались внушить, не такой уж...
У отца Шкреда лицо скорбное, мученическое, он с порога церкви благословлял проходящих мимо горожан и призывал на них милость Божью, а в ответ те смеялись, строили ему рожи, кто-то запустил в старика огрызком яблока.
Я помахал издали обеими руками. Он смотрел с некоторым испугом. Я кивнул в сторону дома на холме.
— Святой отец, можете помолиться за души четверых разбойников. Которые там, на вершине гряды...
Он взглянул снизу вверх с еще большим испугом.
— Вы... оттуда?
— Да, — ответил я. — Оттуда. — Он сказал нерешительно:
— А был ли среди них сам... Денифель?.. — Я кивнул:
— Был.
— Я слышал, — проговорил он нерешительно, глаза его впились в меня неотрывным взглядом, — я слышал... он силен в черной магии.
Я сказал укоризненно:
— Святой отец, любая магия — черная. Попытки разделить на белую и черную, всё равно что одних палачей называть добрыми, а других злыми. Согласен, пример не весьма, но... знаете ли, магия — это магия. Так что я вашему оппортунизму весьма и даже вельми удивлен.
Он не отрывал от меня взгляда.
— Да-да, это просто так говорится. Любая магия — зло... Но всё-таки...
— Что вас интересует? — спросил я любезно. — Почему я здесь? В смысле, цел?
— Ну... вообще-то да. — Я пожал плечами.
— Магией мало интересоваться. Это всё равно что домохозяйке стать каратекой после двух уроков. Магией нужно еще и владеть... профессионально. Мне кажется, Денифель был просто любителем.
Он покачал головой:



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [ 14 ] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.