read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Девушки так и брызнули от колодца в разные стороны - даже
рябая Хивря, так и не успевшая набрать воды и удиравшая - с пустыми
ведрами. Девушки разбежались - Оксана осталась, и пухлая нижняя губа
ее чуть подалась вперед, выдавая решимость:
- Мать сказала... что отдаст меня за тебя. Гринь стоял, не
веря ушам.
- Да, - Оксана тряхнула головой, как бы понукая сама себя. -
Сказала, что отдаст... если ты ведьму свою из дома выгонишь! Если сам
будешь в хате хозяином, а не ведьма и не вражье отродье. Слышал?
Гринь молчал. Из-за боли в ребрах было трудно дышать.
- Тебя хлопцы побили? - спросила Оксана еле слышно. Гринь
молчал. Оксана водила пальцем по старому коромыслу. Чего-то ждала.
- Чего молчишь? Слышал, что я сказала?
Из-за туч проглянуло солнце. Отразилось на неспокойной воде в
деревянных ведрах, легло на Оксанины румяные щеки, блеснуло на белых
зубах, в черных, как сливы, глазах.
- Ты думай, - сказала Оксана нервно. - А то... мать говорит,
что этой зимой точно будут меня отдавать. Вон Касьян собирался сватов
присылать...
- Пойдешь за Касьяна? - спросил Гринь, с трудом разлепив
больные губы.
- И пойду! - Оксана вскинула подбородок. - Лучше за нелюбом
пропасть - чем с ведьмой... в одной хате!
Моя мать не ведьма! - Коли с чертом спуталась...
- Молчи!
Оксана замолчала. Глаза, черные, как сливы, мгновенно
увлажнились. Маленький нос покраснел.
- Не ходи за Касьяна, - сказал Гринь хрипло. - Я свою хату
построю. Отдельно жить станем.
Оксана безнадежно покачала головой:
- Нет. Меня зимой отдадут уже. Не станут ждать. И потом...
все равно ты ведьмин сын.
Всхлипнула. Подцепила на коромысло ведра, побрела прочь,
роняя капли на снег.
На Гриня смотрели. Из-за всех калиток, из-за всех плетней.
Ой, гоп, чики-чики, каблуки зараз стопчу...
Той осенью у Гриня как-то сразу пробились усы.
Он две недели ишачил на попа; света белого не видел - зато
теперь явился на вечерницы, ведя за собой музыкантов.
Пусть народ шепчется, что, мол, чудит парень. Отца
похоронили, в хате шаром покати, а сирота на заработанные денежки
музыку заказывает. Пусть болтают - зато молодежь рада, девушки
переглядываются, а парням завидно!
Музыканты жарят плясовую - а Гринь идет через всю площадь к
девушкам. И без того румяные девичьи щечки вспыхивают ярче, но Гринь
идет и не останавливается и, только оказавшись перед Оксаной,
протягивает руку:
- А пошли танцевать...
И она, смутившись, идет.
Ой, гоп, чики-чики...
Мир красный. Мир желтый, синий, пестрый, летит, кружится,
неподвижным остается только Оксанино лицо - черные влюбленные глаза.
Рвется ожерелье из красной рябины.
Звенят цимбалы, хрипит лира, игриво повизгивает дудка. Гринь
так бьет каблуками о землю, что со старого сапога срывается подкова -
да так и остается лежать в пыли, среди растоптанных рябиновых ягод.
Вода в проруби чернела, как смола. С берега тянулась одинокая
тропка - видно, ходила по воду мельничиха Лышка.
Гринь стоял и смотрел в стылую полынью.
Он был еще мальчонкой, когда зимой утопилась соседская
Килина. Говорят, водилась с заезжим красавцем - кулачным бойцом, вот и
прижила ребеночка, да не стерпела позора, и прыг - в прорубь...
Этого бойца Гринь потом видел на чьей-то свадьбе. Танцевал
он, как бес, мел улицу красными штанами, и бабы шептались, а мужики
хоть и поглядывали хмуро - но ничего, не гнали.
А Килина лежала на возу, вся покрытая льдом. Ее выловили где-
то внизу по реке, прикрыли рогожей и так везли - а мороз был
трескучий, и когда Гринь, верткий и любопытный, пробрался сквозь толпу
на площади перед церковью, а Килинин отец приподнял рогожу... Гринь
успел увидеть запомнил навсегда. Девушка, как живая, с очень длинными
обледенелыми волосами, и вся во льду, вся во льду, и лед в открытых
глазах. Черная вода в проруби подернулась рябью. Гринь плакал.
Вошел как хозяин. Скинул сапоги, уселся на лавке, уперся
руками в колени.
Мать стояла у сундука. Крышка была откинута, на крышке
отдельно лежали праздничные плахта и рубашка, и пояс, и цветной
платок; отдельно развешены были детские сорочечки - тонкого полотна,
еще Гриневы.
- На кладбище был, - сказал Гринь тихо.
Мать посмотрела почти испуганно. Ничего не сказала.
- На кладбище был. У отца на могиле.
Мать тяжело наклонилась. Вытащила из сундука сверток,
встряхнула: полотно для пеленок. Желтоватое, тонкое, много раз
стираное.
Гринь стиснул зубы.
Налететь. Ударить. Схватить за волосы, волоком протащить
через всю комнату, выбросить в сугроб...
Мать перевела дыхание; живот ее явственно выпирал, и Гринь
вдруг с ужасом понял, что он заметно вырос - всего за два дня!
- Когда братишку мне подарите? - спросил Гринь чужим каким-
то, заскорузлым голосом. Мать отвернулась.
- На будущей неделе жди.
- На будущей неделе?!
Мать бережно разбирала старые вещи. Развешивала на крышке
сундука.
- Ох, вражье отродье, - тихо-тихо застонал Гринь. - Быстро же
вы его выносили... Ровно крысенка!
Мать на секунду приостановилась - и снова взялась за дело, и
руки ее двигались ловко, быстро, такие знакомые руки...
- Вражье отродье! - крикнул Гринь, поднимаясь. - В прорубь за
ноги выкину! Коли хотите, чтобы жил ваш ублюдок, - ступайте из
батьковой хаты, чтобы духу здесь...
Занавеска над печью откинулась. Выглянули раскосые, с желтым
блеском глаза; против ожидания, Гринь не испугался. Наоборот - при
виде исчезника, греющего бока на отцовской печи, подступающие слезы
разом высохли:
- Вот как, значит. Значит, так...
Он шагнул к двери, пинком распахнул, впуская в хату
кисловатый запах сеней:
- Вон. Из батькового дома... Пошли вон!
Мать застыла у своего сундука. Скомкала Гриневу детскую
рубашечку, уткнулась в нее лицом.
Исчезник свесил ноги с печи. Он был бос, на правой ноге
четыре пальца, на левой - шесть.
Спрыгнул на пол. Сейчас, при свете, он не казался таким
страшным - Длинные глаза близоруко щурились, черные собачьи губы были
странно поджаты: не то свистнуть собирался исчезник, не то плюнуть.
- Не боюсь! - сказал Гринь, чувствуя, как дерет по шкуре
противный мороз. - В скалу свою забирай ее... В скалу, где сидишь! Там
пусть нянчит пащенка своего!
Рука исчезника протянулась, казалось, через всю комнату.
Четыре длинных пальца ухватили пасынка за горло, и свет для Гриня
померк.
Темнота.
Рио, странствующий герой
Ливень едва прекратился - а тучи сгущались опять, и ясно
было, что нового дождя не миновать.
По улицам бродили подметальщики с метлами из мочала.
Аккуратно очищали мозаику от принесенного водой песка, от жидкой
грязи. Толку в их труде было немного - когда дождь польет снова,
очищенные мозаики вновь затянутся грязью; тем не менее подметальщики с
упорством, заслуживающим лучшего применения, бродили и бродили, мели и
мели...
Несколько часов я потратил на блуждание по городу.
Относительное безлюдье позволяло разглядеть мозаику без помех; я шел,
смотрел попеременно под ноги и по сторонам, добрался до предместий,
миновал несколько кварталов, повернул опять к центру... Мозаика
интересовала меня все меньше и меньше.
Если на улице вам попадется дом, когда-то богатый, а теперь
обедневший, если вы встретите заброшенную кузню или пострадавшую от
пожара лавку - ничего особенного не придет вам в голову, в большом
городе нередки и взлеты, и несчастья. Но вот если разорившиеся дома,
заброшенные мастерские и унылые лица попадаются на каждом шагу - тут
невольно впадешь в меланхолию.
Детали. Я привык обращать внимание на детали: как странно
посмотрела на меня женщина, прогоняющая с улицы играющих детей. Как
вздрогнул мастеровой, у которого я хотел спросить дорогу.
Над городом висела тяжелая темная туча, и чем больше Я гулял,
тем тягостнее становилось на душе. Как будто туча принесла с собой не
только дождь, но и безнадежность и страх.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [ 14 ] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.