read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


Тяжело было с ним. Я часто не понимал, что он мне говорит, он все время
жаловался на кого-то, а иногда вдруг за себя принимался, мол, какая он
недостойная тварь. Но с кокетством ругал себя, так, чтобы я возразил. Я
иногда попадался на удочку и начинал говорить ему, какой он хороший. А он
ловил меня на вранье и обижался смертельно. Он все время на меня обижался,
но чем дальше, тем больше я был ему нужен, и на другой же день после
очередной обиды он разыскивал меня и мирился. Теперь ему совсем не такой
ужасной казалась мысль о нашем дальнем родстве.
Поначалу противно было; я уже и жалел, что связался с дю-А. А потом
привык, начал снова видеть в нем хорошее и даже сам нужду в нем стал
находить. Этот парень был умнее меня, и еще, несмотря на всю сопливость
свою, занудность и замкнутость на своей персоне, он был очень порядочный
человек, точнее, он изо всех сил старался быть очень порядочным, но не
всегда понимал, что для этого нужно.
Все приказы и "рекомендации" он и мне посылал через мемо, иногда в
самой категорической форме - с угрозами и язвительными замечаниями по
поводу моих прошлых промашек. До смешного доходило: возвращаешься от него
после трех-четырех чашек сваренного им кофе (у него талант был варить
кофе), а из меморандо сигнал: "Проверьте лист указаний". И читаешь:
"Фаун-куаферу Л.Массене выражаю свое крайнее неудовольствие не выполненным
на 85% приказом о прослеживании четырех маркированных особей ак-160.
Повторяю приказ: в случае повторного невыполнения последуют санкции, смп.
С. дю-А".
А в разговоры по работе он со мной почти не входил. Постоянно ругал
куаферство. Меня до сих пор от его "вандализмов" подташнивает. Он бедных
"Птичек" жалел, а не людей, которым негде и не на что жить. При всем своем
математическом складе ума он просто не желал понимать, что глобальная
скученность - это не только неудобство, что последствия - гибельные. Он,
наверное, какой-то особенный был слепой - жил на Земле и не видел, как
люди звереют, не вызывали его, наверное, на утренние разборы в полицейских
конференц-залах.
Он говорил - надо по-другому решать проблему и задавал своим
интеллекторам, которые и так-то, в общем, без работы не прохлаждались,
просчитывать свои идеи - вариант за вариантом, сотни. Но интеллекторы
тогда были слабые и многие вещи - например, озлобление - учитывали
неверно, если вообще учитывали. А сейчас есть сильные интеллекторы, но им
такие задачи не ставят. Тот же дю-А и не ставит.
Это меня удивляло в детстве, удивляет и сейчас, когда многие говорили
мне в свое время: "Чему ты удивляешься? Так всегда было". Я не понимаю,
как простая и лично для меня очевидная вещь может быть непонятной человеку
куда более умному, и не потому, что он видит в ней какие-то такие стороны,
которые мне по глупости моей не видны, а просто потому, что он не хочет,
чтобы это было так, как оно есть, а чтобы обязательно по-другому.
Каждый раз, если я начинал с ним спорить, мы увязали в словах и никак
не могли найти общей точки, от которой можно было бы начать поиски, как он
говорил, неверной посылки. Это меня просто потрясает, как люди не могут
понять друг друга. Наверное, и я в чем-то такой же, мне очень было бы
неприятно узнать, что лучшие годы жизни, да в общем-то и всю жизнь, считая
теперешнюю, я посвятил "неверной посылке".
Пробор между тем шел, и шел нормально, хотя, конечно, не так здорово,
как Пятый: фаги оказались-таки даже слишком не стопроцентными. Животные,
которых нужно было оставить на свободе, которые должны были ужиться с
буферной биоструктурой, заболевали, становились вялыми, их приходилось
отлавливать и лечить. Хорошо хоть на фагов у них быстро выработался
иммунитет. Для куаферов это значило - день и ночь на отловах, а порой и на
уничтожениях. Один хищный вид пришлось уничтожить, а потом срочно
подбирать для него замену. Как всегда, когда территорией завладевали
буферники, наша жизнь скоро стала похожей на триллерные стекла, которыми
пичкают публику, стараясь показать, какая мерзость эти куаферы. Отлов
видов, предназначенных к увозу, был на редкость крупным: дань занудным
монологам дю-А и естественной куаферской неприязни к намеренному убийству,
пусть даже фагами. Потом запустили фагов на невымерших буферников, потом
гиеновую команду, потом нас и специалистов, потом пошли вырубки, потом на
дальнем мысе образовался биоценоз, абсолютно нас не устраивающий - полная
генная разболтанность, - и пришлось полетать на "Птичках", поработать
средним звуком, окружить все зверье мыса звуковой стеной и смертельно
испуганных гнать к лагерю, и одна "Птичка" сломалась, и чуть не погибли
Бальцано с Лимиччи (они на этом проборе до странности крепко сдружились),
но все обошлось.
И под конец настал день, когда фагофаги уничтожили фагов и от такой
диеты мутировали в безобидную пассивную микрофлору-краткодневку, когда
специалисты сказали, что можно запускать хищников и открывать береговые
экраны. Каждый подземный, наземный и надземный зверь был учтен и вел себя
так, как ему и полагается вести по интеллекторным предсказаниям. Хищники,
особенно аборигены - бовицефалы, словно почуяли будущую свободу и устроили
в виварии хорошую драку с жуткими воплями. Пробор подходил к
заключительной, совсем нетрудной и предельно надежной фазе.
Но Федер ее отложил, сославшись на дела в Управлении. Он улетел туда,
как улетал каждый раз перед запуском хищников. И тем давал нам знать, что
начинается наше время и что пора нам устроить тайком от него традиционный
пикник.
И я сказал дю-А:
- Поехали с нами?
Он долго не соглашался, он хотел, чтобы его упрашивали, такой был
человек, и я доставил ему это удовольствие, расписал, как все для него
прекрасно складывается, какие о нем слова говорил буквально вчера Федер и
как необходимо присутствие матшефа на таком ответственном мероприятии. Под
конец, в чем я не сомневался, он сказал "да". Прямо как девушку уламывал,
честное слово!
К тому времени бойкот закончился сам собою, и ребята уже начали
вступать с матшефом в нерабочие разговоры, и уже не шпыняли меня за дружбу
с ним - все проходит, в том числе и бойкоты, да и не хотел никто с самого
начала доводить дело до ненужных истерик. Считалось, что дю-А "получил
свое" (Гвазимальдо), что это "послужит ему уроком" (Кхолле Кхокк). Тем
более что с антикуистскими речами он больше не вылезал - оставлял эту
радость для меня лично. Так что никого участие дю-А в предстоящем пикнике
сильно не удивило, хотя Элерия сыграл нам целый спектакль на тему "Матшеф
на пикнике".
Готовились мы задолго, еще с буферных времен начали подбирать место. В
конце концов решили остановиться на том самом мысе, откуда гнали через
весь лес неудавшийся биоценоз. Там была такая полянка: с одной стороны
море, с другой - невысокие скалы. Такая полянка с высокой красной травой,
большая, как целый стадион.
Рано утром назначенного дня Федер отбыл в свое Управление ("в общем,
ребята, чтобы не как в прошлый раз"), мы вытащили "телегу" - огромный,
мало на что пригодный вездеходище, - украсили ее флажками и надписями,
которые не для женщин; на зависть всем спецам, которые свой пикник
проводили тихо, умыкнули у Гджигу его любимого Новака, настроили свои
меморандо на звукосинтез и, оглашая новый, еще до конца не родившийся мир
дикой музыкой и дикими песнями, поехали его освящать. Дю-А принужденно
улыбался, его наша вольность немножко коробила, но пел вместе со всеми (за
два дня до этого я застал его дома за интересным занятием - он разучивал
наши песни и репетировал перед зеркалом самые разнузданные, самые
разболтанные позы, какие только можно увидеть в теперешних антикуистских
стеклах).
Публику учат, что мы все планеты причесывали под одну гребенку, что
после пробора любой мир похож на любой другой обработанный. Неправда!
Каждый может в этом убедиться, достаточно съездить туда, где нам дали
приложить руку. Или хотя бы порасспросить тамошних колонистов: они вам
скажут, что их планета единственная в своем роде. Но лучше всего об этом
знают куаферы, потому что именно они создавали и сходства, и отличия,
потому что именно они первыми знакомились с новой природой, и такой вот
пикник, хотя он ничего общего не имел с куаферскими обязанностями, был все
же частью нашей работы - говоря суконным языком деятелей вроде моего
подзащитного друга дю-А, приемкой объекта. Мы уничтожили вонь, мы украсили
корневые клубни, свойственные галлинским деревьям, разноцветными грибными
семействами, по которым ползали огромные желтые гусеницы, мы засадили
остров земными, инопланетными и искусственно созданными цветами, мы дали
Галлине птичий мир, какого нет нигде, - очень редкая подсистема Ацтеки, мы
создали гибрид галлинского дерева-исполина с уальским папоротником
(огромные зеленые полотнища листьев складками опускались до самой земли),
мы... нам очень нравилось то, что мы сделали.
- А ты говорил, что пробор зверский! - сказал Лимиччи.
Дю-А даже не понял сначала, что обращаются к нему. Он посмотрел на
Лимиччи и вопросительно растянул губы (он так и не научился правильно
улыбаться).
- Ты что, не помнишь, как Ацтеку на собрании клял? Вот она, смотри,
какая твоя Ацтека! Твой план, гордись.
- Ну что вы! - сказал дю-А. - Моя доля не так уж...
И замолчал. И расслабленно огляделся. Ему нравилось то, что мы сделали
с островом.
- Художнику, художнику нужно больше воли давать! - возразил я. - Тогда
еще лучше было бы.
- Вечно ты про художника. Это прямо у тебя пунктик какой-то! - весело
огрызнулся Элерия, которому пару раз попадало от меня за шуточки с Мартой.
Но тут разговор прервался. Одновременно из трех мемо грянула... я не
знаю как назвать... музыка?.. И мы заорали, загорланили, зарыдали
очередную дичь, полную эмоций и совершенно лишенную смысла, которую
принято сейчас называть куаферским песенным фольклором. Мы сделали остров
и теперь ехали развлекаться.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [ 15 ] 16 17 18 19 20 21
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2024г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.