read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



И еще надо... Надо продержаться следующий день. Но если будет то же самое,
что в прошедшем дне, нам на плацдарме не усидеть. Первого сомнут в оврагах
Щуся с его почти уже дотрепанным батальоном".

Но немцы прекратили активные действия. С утра еще гоношились, местами
атаковали, однако вяло, без большой охоты и огня, потеснили еще дальше к
реке пехоту полковника Бескапустина, загнали уж в самую глушь оврагов
передовой батальон Щуся.
Из штаба дивизии потребовали восстановить положение и вообще вести себя
поактивней. Но чем, как проявлять ту активность? Прекратив атаки на
плацдарме, немцы блокировали реку и берег реки, били, не переставая, по
всему, что плыло и могло плыть, по любой чурке, доске, бревну всю ночь, не
глядя на плохую, вроде бы нелетную погоду, над рекой гудели самолеты и
спускали долго тлеющие фонари. Сами же самолеты трассирующими очередями
указывали цели, и с земли расстреливалось все, что обозначалось на реке или
возле нее.
На исходе сил, с последними боеприпасами, надеясь в основном на
поддержку артиллерии и реактивных минометов, полковник Бескапустин решил
контратаковать противника.

Припоздалое бабье лето выдало еще одно звонкое утро. Иней повсюду
искрился, солнце было сплошь простреляно синими стрелами, взлетающими от
земли и ломающимися в его настойчивом свете, соломой пылали лучи солнца,
крошась, осыпались вниз. Берег, хрустально сверкающий, сплошь испятнан
следами крыс, ворон и чаек: крысы, объевшиеся человечиной, никого и ничего
уже не страшащиеся, плотной чередой сидели по урезу реки, время от времени
припадая к воде, поднимали сатанинские драки, с визгом свивались в грязный
клубок, заваливались в воду и, мокрые, скулили за камнями, облизывали себя,
напропалую лезли в обогретые людьми норы.
Неспокойное течение покачивало у приплесков и в уловах черную шубу
мухоты, которая и по берегу лежала слоями осыпавшейся смородины, сонно
ползала трупная тварь по чуть уже пригретому яру, пыталась сушить крылья,
залезала в норки, клеилась, липла к теплым лицам. К полудню все эти мухи
обыгаются, высушатся, закружат, залетают над трупами, питаясь ими и
размножаясь в них несметно.
Громко орали, зло ругались чины из штаба полка, собирая по берегу
людей. Финифатьев едва растолкал Булдакова:
-- Олеха! Олеха! Пора тебе итить на бой. Патрули вон за ноги цельных-то
людей из берегу тащат, прикладами бьют, на подвиги призывают.
Булдаков патрулей лаял, пинался. Недопивший, недоспавший, Олеха был
шибко лютой: "Сказано, сам приду, ко времени",
-- Олех, Олех! Пора тебе, брат, пора...
-- Туда, где за тучей темнеет гор-р-ра-а-ааа, -- заорал из земли
Булдаков и, царапаясь, вылез на волю, зажмурился от яркого солнца, зевая,
пялил на ноги заскорузлые полукирзовые ботинки. За ночь ноги отекли, каждая
косточка болела. -- И где та лахудра, чего она не плывет? -- ярился
Булдаков, прихватывая бечевочками маломерные ботинки. Он видел: Финифатьеву
за ночь стало еще хуже, сержант нехорошо разрумянился, глаза его ярко
светились, кашель бил в грудь из нутра так, будто в рельсу колотили при
пожаре в каком-нибудь таежном селе. Дед сказал, что нет в нем отягу и
пояснил редкое и такое емкое слово: силы сопротивляемости, мощи духа.
Булдаков понимал: Нельку с лодкой не пустит за реку немец -- кончилась
обедня, возросла бдительность, -- измором решили взять Иванов фашисты, но
все равно ругался на нее распоследними словами.
-- Ох, не ко времени переводят меня с берега, дед, не ко времени. Не
глянешься ты мне седня.
-- Дак че сделаш, Олеха. Служба.
-- Не знаю, как с тобой быть? На кого оставить?
-- Ступай давай, ступай. В котелок водицы черпни и ступай. Потом
придешь. Придешь ведь, Олексей?
-- Рази я брошу, -- набирая в ручье водицы, успокаивая дружка своего,
Булдаков и себя успокаивал. Но в груди томилось-куталось в клубок нехорошее:
"Ах, притворяйся не притворяйся, лукавь не лукавь -- у деда начинается
горячка. Во что бы то ни стало надо его переправлять в санбат".
-- Под Сталинградом, сказывали ребята, раненых привяжут к бревну -- оне
и плывут вниз по Волге-реке...
Уходить бы надо Булдакову, однако он топчется. Из подкопанного яра
вылезли пленные, жмурятся на солнце, дрожа от холода, тепла ждут. Вальтер
сердито заговорил, поминая "гер майора", значит, снопа требуют пленные
исполнить обещанное командованием -- переправить их на другую сторону реки и
определить в лагерь для военнопленных или обратиться по радио в Красный
Крест.
-- Ну дак и плыви! -- мрачно буркнул Булдаков наседающему на него
ефрейтору, за короткое время покрывшемуся густым, колючим волосом и
болячками. -- Скидавай штаны и валяй саженками, -- и кивнул на посиневшего
Зигфрида, съежившегося под яром, покорно ожидающего решения своей участи, --
на горб себе посади! Он тощой, не задавит. Гутен морген! -- натужился
Булдаков, вспоминая школьные познания в немецком языке. Горестно покачав
головой, немцы поползли к реке умываться, пинали крыс, бросали в них
камнями. Врассыпную разбегаются твари, сукотая, волокущая по камням брюхо
крысища ощерилась. Напослед произошел разговор, которого раньше сержант себе
не позволял. С закоренелой мужицкой тоской говорил сержант о том, что отдал
родной партии, почитай, всю жизнь, а она вот его ни разу ни от чего не
уберегла, ничем ему не помогла, бросила вот на берегу, как распоследнюю
собачонку, и никому до боевого ее соратника нет дела. А ведь Мусенок поручил
ему быть на плацдарме младшим политруком, вести в роте
воспитательно-патриотическую работу.
-- Видно, стишок про шелково ало знамя, шчо он вчерась по телефону
продиктовал, разучивать с ранеными надо... -- Губы сержанта мелко-мелко
дрожали. Из-под воющих мин сыпанули от уреза воды к яру люди, если их еще
можно назвать людьми, -- выбирали они за ночь глушеную рыбешку и принесенное
водой добро. Густо плавали начавшие раскисать в воде трупы с выклеванными
глазами, с пенящимися, будто намыленными, лицами, разорванные, разбитые
снарядами, минами, изрешеченные пулями. Дурно пахло от реки. Но приторно-
сладкий дух жареного человечьего мяса слоем крыл всякие запахи, плавая под
яром в устойчивом месте. Саперы, посланные вытаскивать трупы из воды и
захоранивать их, с работой не справлялись -- слишком много было убито
народу. Зажимая пилотками носы, крючками стаскивали они покойников в воду,
но трупы никуда не уплывали, упрямо кружась, прилипали к берегу, бились о
камни, от иного раскисшего трупа крючком отрывало руку или ногу, и ее
швыряли в воду. Проклятое место, сдохший мир. За ухвостьем головешкой
чернеющего острова не было течения, кружили там улова, иногда относя
изуродованный труп до омута, на стрежь, там труп подхватывало, ставило на
ноги, и, взняв руки, вертясь в мертвом танце, он погружался в сонную глубь.
-- Я знаю, знаю, чево имя надо, -- продолжал Финифатьев, глядя на левую
сторону реки, пылающую дорогами, дымящую кухнями, явственно в это утро
освещенную,-- оне в партию народ записывают для того, чтобы численность
погибших коммунистов все возрастала. Честь и слава партии! Вон она, родимая,
как горит в огне. Вон она какие потери несет оттого, что завсегда впереди,
завсегда грудью народ заслоняет, завсегда готова за него пострадать...
-- Да что ты, дед! -- испугался Булдаков, озираясь вокруг. -- Ты чего
несешь-то?
-- А все, Олексей, все. За жись-то тут сколько накипело, -- постукал
себя в грудь Финифатьев, -- надо ж когда-то ослобониться. Оне нас с тобой в
последних гадин презренных превратили. Теперича из нас мясо делают, вшам и
крысам скармливают...
-- Да ну тя, дед! Че ты в самом-то деле? Ну стукачи, ну и что? Я врал
завсегда, и оне от меня отвязались.
-- Ты вот врал, а я вот ей, партие-то, честно служил. И ох, скоко на
мне, Олешенька, сраму-то, скоко слез, скоко горя сиротского... Знал бы ты
черну душу мою, дак и не вожгался бы со мной. Гад я распоследний, и смерть
мне гадская от Бога назначена, оттого что комсомольчиком плевал я в лик Его,
иконы в костер бросал, кресты с Перхурьевской церкви веревкой сдергивал,
золоту справу в центры отправлял... Вон она, позолота, святая, русская, на
погоны пошла, нехристей украсила...
-- Один ты, што ли, такой?
-- Счас, Олешенька, считай, один. Бог и я. Прощенья у Ево день и ночь
прошу, но Он меня не слышит.
-- Ты че, помирать собрался?
-- Помирать -- не помирать, но чует мое ретивое: видимся мы с тобой в
остатный раз... Не такую бы беседу мне с тобой вести -- в бой идешь... Ну,
да шче уж... прости, ежели шче не так было...
-- Да дед, да ебуттвою мать, да ты че?!
-- Бежи, бежи, милай, бежи, опоздашь к бою, дак свои же и пристрелят.
Бежи, милай... -- Понурясь, забросив винтовку на плечо, будто дубину, Леха
Булдаков побрел. Финифатьев сыпал мелконькие слезы на обросшее лицо,
распухшими пальцами, не складывающимися в щепоть, неуверенно крестил его
вослед.



x x x


В апатию впавшим Вальтеру и Зигфриду жутко было слушать хохот, пение,
присказки, доносившиеся из соседней, глубоко вырытой норки. Уже не
чувствующий боли, коробящей сердце, безвольно уходил Павел Терентьевич в мир



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 [ 145 ] 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.