read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



сих пор нравится.
- Ну да, так вы учитель!
- О, пожалуйста! Если вы хотите быть учителем, это очень хорошо. Но
многие думают, что труд учителя самый неприятный. Это, конечно, чепуха.
Всякий труд очень приятная вещь. Вот вы увидите.
- Попробую, - сказал Игорь и снова поднялся.
- Попробуйте. Вам здесь помогут. У нас хорошие ребята.
- Спасибо, Николай Иванович.
- Все-таки, когда вы можете начать подготовку?
- С первого июня?
- Хорошо. Давайте с первого июня. Я вас запишу.
Игорь поклонился Николаю Ивановичу. Николай Иванович радушно,
внимательно ему ответил. Володи Бегунка здесь не было, и некому было
скалить зубы по поводу обычной вежливости двух воспитанных людей.
Игорь шел по двору и беспомощно оглядывался. Ему захотелось, до зарезу
хотелось встретить что-нибудь такое, что его возмутило бы, вызвало бы
злобу, протест, или хотя бы такое, над чем подмывало бы пошутить. Нельзя
же в самом деле: с утра, с самого утра он был предоставлен самому себе, а
против него стояла непонятная, уверенная и вежливая сила. В пять часов он
будет принят бригадой. Неужели и бригада с таким же спокойствием будет его
обрабатывать?


18. РАЗГОВОР, НЕ ДЛЯ ВСЕХ ПРИЯТНЫЙ

В пять часов в "тихий" клуб пришел Воленко в сопровождении высокого
массивного юноши с лицом чрезвычайно добродушным, какие бывают только у
очень мягких, покладистых людей.
Воленко сказал:
- Товарищ Чернявин! Это твой бригадир Нестеренко.
Только теперь Воленко позволил себе некоторую шутливость тона и
движения. Он немного иронически повел рукой и взглядом:
- Сдаю его в полном порядке: остриженный, чистый и вполне
оборудованный. Спецовка вот лежит. Парадный костюм заказан. Пожалуйста!
Видимо, Воленко надоело уже возиться с Чернявиным, и он с облегчением
передавал новичка бригадиру. Бригадир, понимая это, с такой же сдержанной
игрой склонился перед дежурным:
- Очень благодарен, товарищ дежурный. Вы понимаете, следующий раз и я
вам приготовлю.
Воленко отдал салют и удалился.
В этой церемонии, торжественной и чуть-чуит шутливой, Игорь
почувствовал большую теплоту. Не вызывало сомнений, что Воленкол и
Нестеренко были очень дружны между собой, а сейчас в шутливых, чуть-чуть
церемонных поклонах они что-то играючи подчеркивали. Нестеренко в этой
игре вовсе не казался уже таким добродушным. У него был симпатичный голос,
мягкого баритонного оттенка, но слышно было, что этим голосом он умеет
владеть. В его обращении был небольшой привкус замедленного, украинского
юмора. Но ту выправку, какая была у Воленко, Игорь заметил и у Нестеренко.
Впрочем, как только ушел Воленко, Нестеренко оставил всякую игру.
- Ты назначен в восьмую бригаду. Бригада сейчас в сборе. Пойдем.
Он направился к двери. Игорь остановил его:
- Товарищ бригадир!
- Что такое?
Игорь взял в руки свою спецовку, так же, как и во дворе, беспомощно
оглянулся на окна, не вытерпел, растянул в улыбку свой ехидный рот:
- Товарищ бригадир, вы учитесь?
- В школе?
- Да, в школе учитесь?
- Во-первых, учусь в десятом классе. А во-вторых, не называй меня на
вы, товарищем бригадиром. Это у нас не нужно. Меня зовут Васей.
- Разве? А я слышал, как обращаются к Воленко: товарищ дежурный
бригадир!
- Это другое дело. Дежурный бригадир - у нас большая власть. Он ведет
день. Если он в повязке, с ним без салюта нельзя разговаривать.
- А зачем это нужно?
- Видишь ли? Вот с тобой сколько он сегодня повозился? Ты заметил?
Сколько у него дела! Если каждый будет с ним рассусоливать, так он ничего
не успеет. А кроме того... какие же могут быть споры с дежурным?
- А с тобой можно спорить?
Нестеренко пожал плечами:
- Со мной, конечно, можно. Только у нас это не в моде.
- К тебе не нужно с салютом?
- Иногда нужно. Потом узнаешь. Идем, бригада ждет.
Они прошли мимо часового (стоял уже другой) и поднялись по лестнице
между цветов. На втором этаже проходил такой же светлый коридор, только
здесь на полу был не кафель, а паркет, он так же блестел, как и в "тихом"
клубе. Они остановились у двери, на табличке которой было написано:
8-я бригада
Нестеренко взялся за ручку двери, но раньше, чем открыть ее, он
обьяснил:
- У нас две спальни по восемь человек. Вторая спальня рядом.
Спальня была большая. В ней стояло восемь кроватей, красивых,
окрашенных розовато-желтой краской. На кроватях лежали одеяла вишневого
цвета. Все постели находились в идеальном порядке. На кроватях никто не
сидел, никто даже не стоял рядом. Больше десятка мальчиков собралось
вокруг большого стола. У стены Игорь заметил диван, очень длинный и тоже,
видимо, имеющий претензию быть бесконечным, - очевидно, такие диваны в
колонии любили.
При входе Игоря и Нестерненко все повернули к ним головы. Нестеренко
остановился у дверей и сказал несколько торжественным голосом, в котором
Игорь все же услышал оттенок сдержанной шутливости:
- Принимайте нового товарища. Рекомендую: Игорь Чернявин.
Все задвигали стульями, но не встали, а еще плотнее уселись за столом,
заботливо оставлля рядом два места для вошедших. Нестеренко сел на один
стул, хлопнул рукой по другому, приглашая Игоря:
- Садись.
Все вдруг притихли и с интересом ожидали, что будет дальше. Глаза у
Нестеренко вспыхивали иронически:
- У нас такой обычай: когда приходит новенький, вся бригада собирается
и бригадир знакомит. Так у нас в колонии пошло издавна, годков пять тому
будет. И в это время бригадир должен всю правду сказать о товарищах, как
он думает, брехать нельзя. Когда и ты, Чернявин, будешь бригадиром, тоже
так будешь делать. Так вот видишь, они на меня и смотрят, потому знают:
пощады не будет.
Все это Нестеренко говорил не спеша, добродушно, чуть-чуть окая и
растягивая слова.
- Да начинай уже. Василь, довольно мучить!
Это сказал самый младший в бригаде, беленький мальчик лет четырнадцати,
с тем аккуратным, чистеньким и умным лицом, какие часто бывают у природных
отличников по учебе.
- Рогову невтерпеж, знает, что ругать буду.
- Ругай, только пожалуйста, скорее.
- И еще у нас обычай, никто не должен спорить и обижаться. Какое бы
слово не сказал бригадир - каюк! А новенький, вот, скажем, ты, Чернявин,
не должен воображать, а должен учиться, как правду говорить и как правду
слушать нужно. Понимаешь?
Игорь Чернявин даже рот приоткрыл, и его лицо потеряло последнее
выражение остроумной ехидности&17.
Нестеренко начал. Он показал на взрослого юношу, которому было не
меньше восемнадцати лет. У него был низкий лоб и жесткие волосы, не
признающие никакого пробора. Лицо расплывчатое, губошлепистое, а в то же
время и энергичное в движении, боевое.
- Это Миша Гонтарь, слесарь по ремонту, хороший слесарь, только в школе
учиться не хочет. Дошел до пятого класса, а теперь выдумал, что он уже
ученый. Сдурел, приходится силой заставлять. Товарищ он хороший, прямо
скажу, хоть бы и все были такие товарищи, а только неряха - никакого
спасения. Куда ни повернется, или поломает что-нибудь, или набросает,
пойдет и забудет. Ему каждый день бриться нужно, а он три дня не брился. А
живет в детской колонии... Через него наша бригада по чистоте никак не
может на хорошее место выйти, а бригада хорошая. Он как наденет спецовку с
утра, да еще в цехе задержится, известно - слесарь по ремонту, так и в
столовую в спецовке прется, а там, конечно, ДЧСК скандал устраивает, и все
на бригаду. Видишь? Если Миша дежурит по бригаде, так мы к нему буксир
назначаем, как к маленькому. Еще у него недостаток: строя не любит, в ногу
ходить не умеет, да и костюм парадный на нем сидит, как на сундуке. Это
нам, всей бригаде, конечно, очень грустно, потому что, собственно говоря,
пустяк, а он никак не справится. А слесарь он хороший и товарищ тоже.
Добрый и работать любит, самые пустяки остались, чтобы человеком стать. Он
хочет шофером стать, а каждый шофер образованный человек должен быть. А
теперь у него новая напасть: влюбился. Как же ему можно влюбляться, когда
прическу ему всей бригадой делаем - сделать не можем.
Нестерненко все это проговорил сочно, основательно, поглядывая на
товарищей, а товарищи смотрели на Мишу. Очевидно было, что в
характеристике Миши все с бригадиром согласны, пожалуй, согласен и сам
Миша. Он даже не протестовал против информации о влюбленности.
- Теперь дальше: Петр Акулин.
Петр Акулин не улыбнулся. Как сидел боком, так и остался сидеть. У него
было худое простецкое лицо, покрытое густым деревенским румянцем.
Казалось, что лицо это не способно к улыбке.
- Акулин у нас лучший токарь в колонии и в восьмом классе лучше всех



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [ 16 ] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.