read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
l7.trade
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО
l7.trade

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com


- Для вас - не слишком? - она все еще ждала ответа.
- И для меня - слишком.
- Да вы не волнуйтесь так, - с готовностью рассмеялась девушка. - Никто
не собирается вонзать клыки в вашу семейную жизнь.
Никита перехватил цепкий взгляд Джанго, устремленный на его слегка
потертую, слегка сморщившуюся от потерь обручалку.
"А никто и не волнуется, дорогая, никто особенно и не волнуется... Разве
что твой взгляд настораживает - из их придонного карего ила так и прет едва
заметная желтизна: почти такая же, какая была в глазах у псины, которую ты
приручила..."
- Никто и не волнуется, - пробухтел Никита, слегка притормаживая у
указателя на пришедшую в упадок усадьбу Олениных.
Этот обветшалый литературный памятник был знаменит тем, что в нем (по
словам настоянного на коньяке пушкиноведа-любителя Левитаса) великий русский
поэт дважды по пьяни падал в местный пруд и трижды - опять же по пьяни -
овладевал дочкой хозяина у ныне спиленного дуба, трухлявые останки которого
были обнесены невысокой оградкой. На пруд они ездили с Ингой за три месяца
до появления на свет Никиты-младшего... А ведь он почти забыл об этом, надо
же...
Об их поездке сюда, на пруды... Тогда они кишели мальчишками и любителями
пива, а Никита, как привязанный, ходил за Ингиным застенчиво округлившимся
животом. Как привязанный...
- И как? - Джанго вовсе не собиралась от него отставать.
- Что - как?
- Как молодые? Дружно живут?...
- Мне бы не хотелось это обсуждать...
- Мне тоже. Это я так спросила, разговор поддержать...
- Можно и не поддерживать. Я не обижусь.
Разговор и вправду увял сам собой. И возобновился только в растянувшейся
на сотню метров пробке у шлагбаума перед въездом в город.
- Где вас высадить? - поинтересовался Никита.
- Где хотите...
- Я доброшу, куда нужно... Мне не трудно.
- Это в Коломягах...
Коломяги! Ничего себе крюк!... Северо-западная окраина города, смешанный
брак нескольких навороченных коттеджных деревенек для самых новых русских и
пролетарски-унылых многоэтажек. Судя по затрапезной футболочке Джанго, по
ней плачет одна из таких многоэтажек - с неработающим мусоропроводом и
надписями на стенах. Что-то вроде "Спартак - мясо". Или - "Зенит - чемпион".
А впрочем, какое это имеет значение? Ему, Никите, какое дело?
Но дело было.
Дело было в самой Джанго.
По мере того как чертовы Коломяги приближались, Никита увязал в своей
неожиданной пассажирке все больше. И вряд ли это было связано с тем, что
Инга в лучшие времена их жизни, смеясь, называла "мужское-женское". Скорее,
это можно было назвать собачьим. Песьим. Псоголовым. То ли жаркое дыхание
Джека-потрошителя все еще преследовало Никиту, то ли его смутила собачья
желтизна в глазах Джанго, то ли озадачило ее имя, похожее на породистую
кличку.
Даже Мариночка не вызывала у Никиты такой оторопи. Со всей ее наглостью,
надменностью и цинизмом, со всеми ее запахами, со всей дурной кровью. В
любом случае, Мариночку можно было понять, если уж очень постараться; во
всяком случае - объяснить. Понять Джанго не представлялось никакой
возможности. Она была - другое.
"Иное" - как любила выражаться Инга в лучшие времена их жизни.
И, несмотря на это "иное", Джанго кого-то отчаянно напоминала Никите. Вот
только кого? Не сурового кавказца же, в самом деле!...
Никита промучался воспоминаниями до самых Коломяг, до ничем не приметного
шоссе, утыканного редкими зубцами лесопарка. Здесь Джанго попросила его
остановиться.
- Спасибо, - сказала она. - Вы очень любезны.
- Не за что... - Никита вдруг почувствовал сожаление оттого, что ему
придется расстаться с обладательницей такого интригующего имени. - Может
быть...
- Я и правда приехала. Было приятно с вами познакомиться.
- Взаимно.
Что за светская чушь, черт возьми?... Надо бы сказать что-нибудь
этакое... Что-нибудь, что непременно ее заинтересует. Ведь когда-то он умел
цеплять за жабры понравившихся ему женщин-Черт, черт, черт! Женщин - да, а
вот таких обворожительных животных... Большой вопрос.
- Может быть, пригласите на чашку кофе? - ляпнул он первое, что пришло в
голову.
- Кофе в доме не держу, - снисходительно улыбнулась девушка.
Кофе - нет, а вот сырое мясо - наверняка.
- Жаль...
Сожаления были адресованы уже спине Джанго, покинувшей машину в срочном
порядке. Она свернула на маленькую аллейку и через секунду скрылась. А
Никита, проводив глазами черную футболку, вдруг понял, кого она так смутно
ему напомнила.
Оку Алексеевича Корабельникоffа, отца-основателя, благодетеля и
кормильца. У главы пивной империи была точно такая же мягкая хватка. И точно
такая же жесткая спина. Никита даже не удивился бы, если б неведомая ему
Джанго вдруг оказалась дочерью Корабельникоffа. Вряд ли - законной и
наверняка не очень любимой. Никаких упоминаний о Джанго ни в квартире, ни в
жизни Корабельникоffа не было. Хотя старая эсэсовка-осведомительница Нонна
Багратионовна и намекала на первую жену патрона.
На жену, но не дочь.
И что делала Джанго в особняке Корабельникoffa, и как она вообще туда
попала? Ведь не к Толяну же завернула, в самом деле, - только дуры убиваются
по мешку, туго набитому первосортными мускулами! А вариант случайного
знакомства Никита отмел сразу. Сразу же, как только почувствовал легкий укол
в сердце. Поначалу он сдуру решил, что это покалывание началось из-за
Джанго, но потом выяснилось, что причиной всему - Гийом Нормандский.
Свернутый в трубку, он до сих пор лежал во внутреннем кармане куртки, и
стоило Никите неудачно облокотится на руль, как "Вопросы культурологии"
сразу же напомнили о себе, упираясь верхним жестким краем прямо в сердце.
Никита вытащил журнал и бросил его в бардачок.
Чтобы спустя час торжественно преподнести пропажу Нонне Багратионовне.
Но, вопреки ожиданиям, секретарша совершенно не обрадовалась столь
счастливому возвращению Гийома с Микушевичем. Сдержанно поблагодарила,
только и всего.
- Это не мой журнал... - сказала она Никите. - Не мой. Но все равно,
спасибо за хлопоты. Вы запомнили, я польщена. Кстати, где вы умудрились его
достать?
Вопрос был совершенно невинным, заданным вскользь, но по щекам Нонны
Багратионовны почему-то расползлись красные пятна. И принялись отчаянно
семафорить Никите: плевать мне на то, где ты его взял, мы оба знаем, где ты
его взял, так что не будь дураком, придумай версию поделикатнее...
- Купил, - после секундного раздумья произнес Никита. - В ларьке на
Нарвской. Увидел, вспомнил и купил.
- Да? Вообще-то он распространяется только по подписке... Сколько я вам
должна?
- В смысле?
- Сколько вы за него заплатили?
- А-а... неважно. Считайте, что это подарок...

***
...Следующим подарком стало исчезновение Толяна и Джека. Они испарились
из особняка на Горной, никому и слова не прорычав. До Никиты донеслись лишь
отголоски этой странной истории, бегло пересказанной Корабельникоffым между
двумя телефонными звонками - Мариночке во Всеволожск и потенциальным
инвесторам в Мюнхен. Именно Мариночка и сообщила муженьку, что нашла дом
пустым. Ни собаки, ни охранника. Вещи на месте. И Толяна, и хозяйские. В
какой-то мере Kopaбeльникoffым повезло - из особняка ничего не пропало, хотя
входная дверь была открыта, окна в кухне распахнуты настежь и лишь калитка
закрыта - и то только благодаря примитивному английскому замку.
После двух звонков Корабельникоff сделал третий - в службу собственной
безопасности компании, ее начальнику с сомнительной для северных широт
фамилией Джаффаров. Именно Джаф-фаров нанимал на работу Толяна, с него и
спрос.
Чем закончилось внутреннее расследование, Никита так и не узнал, но Толян
на горизонте больше не появился. По словам вездесущей Нины Багратионовны,
его сменили два ублюдочного вида качка с винчестерами. А место Джека в
вольере заняла такая же ублюдочная восточноевропейская овчарка. Ни качков,
ни овчарки Никита до сих пор не видел - повода наведаться во Всеволожск не
было. Да и Джанго, некоторое время плотно занимавшая скучное, как пустыня,
воображение Никиты отодвинулась на задний план, а потом и вовсе исчезла. И
уже нельзя было с точностью сказать: была ли она на самом деле или не была.
И свидетелей не осталось - ни человека, ни собаки. Они как будто испарились,
рухнули в бездну ее желтоватых диких глаз...

***
...Вечеринка в честь дня рождения Мариночки больше смахивала на банкет по
случаю тезоименитства отпрыска королевской фамилии. Никите, растворившемуся
в толпе одноразовых официантов с позабытым бокалом шампанского в руке,
оставалось только пялиться на VIP-гостей особняка; с тем же успехом он мог
пялиться в экран телевизора - физиономии присутствующих были достаточно
примелькавшимися, взятыми напрокат из светского сборника "Кто есть кто в



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [ 16 ] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2018г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.