read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



по собственному желанию, и он его подписывает. За подпись Ивкина вы
получаете сто тысяч.
- Почему бы нам не рассмотреть другой вариант? Весь спор с Ивкиным вышел
из-за заправки. Я отдаю вам заправку, Ивкин остается на работе.
- Это невозможно, Валерий Игоревич.
- Почему?
Васючиц улыбнулся одними губами.
- Он слишком плохой руководитель. Наша цель - поднять аэропорт. С Ивкиным
это сделать нельзя.
- Если ваша цель - поднять аэропорт, - спросил в упор Сазан, - почему вы
забодали план строительства к нему удобной дороги?
Васючиц слегка побледнел, но тут же оправился.
- Мы тут ни при чем, - сказал он, - видите ли, другие порты - Внуково,
Шереметьево - не хотят конкурента. И на тот момент... влияние их
возобладало. Но я вас уверяю, что, как только мы заберем Рыкове у
бессовестного менеджера, строительство дороги начнется. Так как насчет
сотрудничества? Сто тысяч - неплохой заработок за два дня.
Сазан покачал головой.
- Двести тысяч.
- Нет.
- Двести пятьдесят.
- Черт побери, Валерий Игоревич! Триста тысяч - это последнее, что я
уполномочен предложить.
Сазан хищно улыбнулся.
- Пуля стоит дешевле, - сказал Васючиц.
- Да. Шесть долларов и пятьдесят центов.
- Что?
- Полуоболочечная пуля, которой стреляли в двух школьников, стоит шесть
долларов и пятьдесят центов.
- При чем тут они?
Сазан встал, с грохотом отодвигая стул.
- При том, что я не люблю, когда стреляют в детей.
Васючиц, побледнев, смотрел вслед Сазану.
С квадратного лица бюрократа вдруг разом сошел весь лоск: и если бы Сазан
оглянулся в ту минуту, он наверняка принял бы Васючица за своего
брата-уголовника.
* * *
Алексей Юрьевич Глуза задержался в аэропорту до поздней ночи. Уже давно
погасли все лампы в соседних с директорским кабинетах, а Алексей Юрьевич все
трудился над различными бумагами, истребляя в процессе труда грусть и тоску.
Но грусть и тоска не истреблялись: удивительное дело! Алексей Юрьевич сидел
в директорском кабинете, кабинете, который уже третий год он вожделел так же
страстно, как петух вожделеет курицу или первокурсник - Наоми Кемпбелл, и
вот теперь, в самый момент обладания кабинетом, ничто, даже процесс излияния
чернил на девственную утробу фирменного бланка, не радовало Алексея
Юрьевича.Даже личный туалет, расположенный за комнатой отдыха, главная
примета, коей начальник отличается от не начальника, и тот не прибавлял
радости, а служил напоминанием невиданного дневного унижения.
Глуза вздохнул, отложил ручку и вышел из кабинета.
Кабинет был на втором этаже - этаж кончался - балкончиком, а с балкончика
лестница вела на поле. Глуза спустился с лестницы, горько вдохнул ночной
воздух и пошел по влажно поблескивающему в ночи бетону.
Глуза мучительно думал.
Он не был особенно плохим человеком, а может, и даже лучше многих: он
никогда не обманывал партнеров, если это не было очень выгодно, и он бы,
несомненно, оставался верен Ивкину, если бы не обстоятельства.
Но обстоятельства складывались против генерального директора. Как и все
прочие предприятия постсоциалистической России, авиакомпания "Рыково-АВИА"
была устроена на манер решета: все деньги, пролившиеся на это решето,
проходили через ячеи и скапливались в разных незначительных фирмочках,
занимавшихся текущим ремонтом, поставкой бортпитания и прочими вещами, за
которые "Рыково-АВИА" немилосердно переплачивала. Благодаря этой нехитрой
затее все убытки приходились на долю "Рыково-АВИА", которая принадлежала
государству, а все прибыли - на долю фирмочек, принадлежавших частным лицам.
Сам господин Глуза заведовал наиболее сочной частью операции, а именно
продажей авиабилетов. Билеты продавала особая фирма, сидевшая тут же, в
здании аэропорта. Контрольный пакет фирмы формально принадлежал Глузе, а
прибыли фирмы регулировались двумя простыми фактами: во-первых, она получала
с авиапассажиров живые деньги - через секунду после продажи билета.
Во-вторых, она перечисляла эти живые деньги на счет аэропорта - спустя
шесть-семь месяцев.
Кроме того, Глуза владел контрольным пакетом "Рыково-ремонта", который
чинил и обслуживал рыковские самолеты. Но тут было сложнее - на самом деле
половина акций Глузы принадлежала Ивкину, и они были записаны на Глузу, с
тем чтобы Ивкин не очень подставлялся.
Надобно сказать, что все эти маленькие хитрости были устроены не от одной
дурной жажды наживы, но и просто для того, чтобы государство не ободрало
аэропорт, как липку, своими чрезмерными налогами. В былые времена
гендиректор Ивкин строго следил за тем, чтобы пользы от этой системы
аэропорту было больше, чем вреда, и особо зарываться своим замам не давал.
Но в том-то и дело, что с появлением на горизонте Службы транспортного
контроля система пошла вразнос: каждый из замов Ивкина стремился набить
защечные мешки перед тем, как новый хозяин его выгонит, а сам Ивкин, в свою
очередь, не мог этому препятствовать, опасаясь, что в противном случае его
замы сдадут его с потрохами, подобно сообщникам Пугачева, без зазрения
совести и в надежде на помилование выдавшим предводителя екатерининским
войскам.
Так вот, господин Васючиц, зам. главы Службы транспортного контроля, дал
понять Глузе, что в случае перехода Глузы на сторону Службы он вполне может
сохранить свои маленькие концессии - как билеты, так и ремонт. Более того,
ему были даны гарантии, что ничто не мешает ему загрести под себя долю
Ивкина в авиаремонтном бизнесе, - и это обещание основательно поколебало
верность Глузы.
Иудой себя Глуза не чувствовал - рыба ищет, где глубже, а человек - где
выгоднее.
Это была обычная сделка; и даже тогда, когда машину Ивкина расстреляли на
шоссе, Глуза плюнул и про себя подумал: "Слишком часто ты, Витя, давал в
долг!"
Да что там! Он постарался убедить себя, что этого не может быть, потому
что этого не может быть никогда, он не мог допустить в душе, что люди,
стрелявшие - пусть случайно - в его Лерочку, были те самые люди, с которыми
он обменивался взаимными обещаниями.
Но этот Нестеренко, ни с того ни с сего обрушившийся на аэропорт, как
тропический ураган на сонные острова, сказал страшные слова и раскопал, что
патруль, якобы случайно остановивший Шило на шоссе, заранее знал адрес его
любовницы, - и как после этого было жить?
Только что все происходящее точь-в-точь походило на цивилизованную смену
руководства: Ивкин уходил, он, Глуза, оставался с новыми начальниками. Да,
он был человек из старой команды, но он имел все шансы уцелеть и процветать
- должен же кто-то быть из старой команды, просто чтобы объяснить Кагасову,
в каком ящике лежат скрепки, а в каком - бумага.
Но люди, которые стреляли в Ивкина?
Люди, которые так изящно сделали крутого авторитета?
Нестеренко прав. Зачем им Глуза? Они играют в свои игры по своим
правилам. Таким не нужны готовые к компромиссам профессионалы старой
команды. Таким нужны свои люди, даже если эти люди не отличат ЯК от ИЛа.
Они выкинут Глузу с его билетами и с его ремонтом.
"Хуже того - они убьют меня", - с ужасом подумал и. о. генерального
директора.
Глуза вздохнул, зашевелился и тут увидел, что он тоскует не один - в тени
ремонтного ангара, упираясь взглядом в вечернее небо, сидел какой-; то
человек. Глуза внимательнее пригляделся: это был Голем, друг и наследник
владений покойного Шила.
- Чего, директор, не спится? - спросил Голем.
- В гробу отосплюсь, - горько сказал Глуза. - Господи, что за жизнь!
Грыземся, как крысы в банке, и еще только этого Нестеренко не хватало для
полного винигрета!
- Сволочь он, - сказал Голем. - Не, ну шо за дела? Всюду ходит и
ввинчивается, ввинчивается своим поганым языком. Ему за гнилой базар яйца
повыдирать мало! Он что говорит: я - заказал Шило. Я!
Пошел, догадался проверить - не спрашивал ли, мол, патруль, куда побежал
Шило. А раз не спрашивали, значит, знали заранее. Ну я и сам вижу, что это
так. Ну не допер я ребят послать спрашивать, а он допер! Ну, может, я не
такой умный, как он. Я купился, а он нет! Что теперь - всем неумным в гроб
пора? И теперь ходит и говорит: это я замочил Шило. И вот ребятам капает в
уши и капает. А я не знаю, что делать! Правда! Мне Шило всегда говорил: "Ты,
Голем, дурак, у тебя все мозги мускулами заплыли". Ну и заплыли. Зато я не
такой сволочь, как умные. Я когда кого продавал, как эти умники, у которых
мозга за мозгу залезает? А теперь этот ходит и ходит...
- И того хуже, - сказал Глуза.
- А?
- Ты подумай, зачем ему аэропорт?
- В каком смысле зачем? "Крышей" быть.
- Ты знаешь, он чья "крыша"? У него три банка под "крышей", у него вилла
в Ницце, за границей счета, он с Лешим дружит. Ты керосин имеешь с
аэропорта. Ты ему керосин отдашь?
- Нет.
- Тогда зачем ему аэропорт? Какой ему с Рыкова навар?
Голем задумчиво поскреб огромной пятерней шею. - Ну как, - сказал Голем,
- это как девка: всегда приятней взять, чем не взять.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [ 16 ] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2020г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.