read_book
Более 7000 книг и свыше 500 авторов. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

Литература
РАЗДЕЛЫ БИБЛИОТЕКИ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ КНИГ

АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ АВТОРОВ

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Поиск по фамилии автора:

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Ðåéòèíã@Mail.ru liveinternet.ru: ïîêàçàíî ÷èñëî ïðîñìîòðîâ è ïîñåòèòåëåé çà 24 ÷àñà ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ
По всем вопросам писать на allbooks2004(собака)gmail.com



тыла, незаметно вытащил из кармана детскую игрушку - пистолет
и, направив в спину солдата, громко крикнул:
- Руки вверх!
Никто не успел ни охнуть, ни засмеяться, как солдат
мгновенно, полупригнувшись, повернулся через левое плечо и
ударил Вакуленко прикладом в челюсть. Бедный Вакула
распластался между рельсами с пистолетом в правой руке, с
холщевой сумкой в левой. Из сумки высыпались пряники, яблоки,
конфеты... Гостинцы нес детям с получки.
Осознав, повидимому, что перед ним не диверсант и ни
составу, ни его жизни ничто не угрожает, солдат крикнул в
сторону ждущих перехода людей:
- Эй, мужики! Ну-ка, заберите его отсюда. Вакуле помогли
подняться. Собрали высыпавшиеся из сумки гостинцы. После такого
удара он стал, вроде, еще пьянее, шел, как будто перед собой
ничего не видел. И пистолет в руке.
Нет, с властью лучше не связываться. А человек в форме -
это власть.
10
В школу Колька ходить любил. Не понятно было, как это
пацаны убегают с уроков - "мотают"? Переживаешь, конечно, если
плохо выучен или совсем не выучен урок, молишь Бога про себя,
чтобы не вызвали... Но такие случаи были редки, и он с
удовольствием ходил на занятия. Его любимыми учителями были
Нина Васильевна Морякова (ее любили все) и директор Петр
Александрович, оба преподаватели истории. В школе было много
учителей, которых уважали: физик Ольга Александровна, математик
Евгений Иванович, преподаватель военного дела Михаил
Михайлович, искренне любили ребята библиотекаря Надежду
Алексеевну. Из молодых нравилась преподавательница химии Лидия
Ивановна. Она помимо своих уроков отвечала в школе за
художественную самодеятельность, даже сама участвовала в
концертных прогаммах. Колька в самодеятельности читал стихи,
вел конферанс, и кроме этого он занимался в драматическом
кружке у старой актрисы Анны Антоновны Соболевой. Играл разные
роли: школьников, Зайку-зазнайку, жандармского пристава,
Артемку. На роль Артемки с него даже снимали пробу в Ленфильме,
гримировали, мазали чем- то волосы, губкой делали веснушки на
лице... Но выбрали для съемки более подходящего паренька.
До восьмого класса русский язык и литературу вела
Валентина Ивановна Сучилина, замечательный человек и педагог.
Она очень любила свой предмет и эту любовь прививала своим
ученикам.
Были и такие учителя, кого не любили. А не любили и
боялись, напрмер, завуча ( тоже преподавала русский язык). Она
была зла даже по внешнему виду и ехидна в замечаниях. Иногда
отвлекшегося ученика била линейкой по рукам. Между собой
ученики звали ее "Вобла". До нее заведовал учебной частью
Николай Никифорович Никифоров, математик по специальности. Его
выгнали из завучей за пьянство и грубость. Приземистый, с
бесцветными глазами, он носил голову так, будто всматривался и
вслушивался одновременно. А руки держал за спиной. Его называли
Бульдогом. Вкрадчивой походкой он подходил к курящему в
туалете школьнику и тихо говорил:
- Оставь...
Поскольку "своих" пацаны знали не только в лицо, но и по
голосу, ответ был незамедлительный и, несмотря на остолбенелые
лица товарищей, окружающих курившего, дерзкий:
- Иди на фик, своих шакалов много.
После такого диалога, извиваясь и сдерживая вой, со
слезами на глазах незадачливый курилка следовал на цыпочках за
Бульдогом, так как ухо его находилось в цепких бульдожьих
пальцах. Бульдожья хватка была мертвой.
Бульдог, также, как и Вобла, бил ребят(в основном,
пятиклассников) линейкой по рукам. А иногда и по голове. К
семиклассникам отношение было другое. Видно, потому, что
семиклассники взрослее, серьезнее, меньше шалили. А может быть
просто могли дать сдачи. Бульдога тоже не любили и боялись.
Не боялись, но и не любили, к немалому удивлению Кольки,
Дору Яковлевну Лисовецкую, учительницу ботаники, зоологии и
анатомии человека. Она любила свое дело, на ее уроках не было
скучно. Уроки ботаники проходили на пришкольном участке. Но вот
нужного контакта с учениками у Доры Яковлевны не получалось.
Наиболее шпанистые передразнивали ее голос, походку, облепляли
ее юбку сзади репейниками. На уроках анатомии скелет всегда
стоял с папиросой между челюстями. Таких пацанов было немного,
но те, кто их осуждал, Доре их не закладывали. Ябеда был вне
закона. Этот нравственный принцип соблюдался свято.
Шумновато было и на уроках рисования (черчения). Эти
предметы вел интересный человек Иван Григорьевич Дурасов.
Высокого, около двух метров, роста, он ходил, не сутулясь,
говорил с ярко выраженным украинским акцентом. Кто-нибудь из
пацанов на задних партах начинает тихонько копировать его
говор, остальные бесшумно хохочут. Но что значит "бесшумно",
если прыск и сдавленный хохот слышны всему классу? Вот и
сейчас:
- Ну тыхо, тыхо, шо там, на Камчатке, загыкалы? Чертить
бы учились нормально, а не гыкать... Полтавский, расскажи нам,
шо тебя так рассмешило. Может мы вместе похохочем?
Боря Полтавский встает и смущенно молчит.
- Ну не таись, скажи... Ну, ну... Говорит Полтава.
Говорит Полтава...
Снова хохот.
- Тыхо! Вы ж такие большие диты. Вот вы придете после
школы на завод. Старые рабочие встретят вас и спросят: "А чему
вы, диты, научились в школе?" А диты чертят, как курица лапой.
На задних партах вновь прыснули.
- Ну шо еще там? Измайлов, шо вы там рассказываете?
Витька встал и сказал:
- Они спросят: "И кто вас, дети, этому научил?"
Тут уж хохот всего класса. Иван Григорьевич в этот раз
"полез в карман за словом". Он пробормотал, что тоже был
маленький, на что Витька Измайлов, понимая разговор учителя с
классом, как разговор с собой, выразил вслух свое сомнение:
- Но верится с трудом...
Действительно, трудно было представить маленьким такого
большого человека. За рост и в соответствии с профессией Ивана
Григорьевича звали Штрих-пунктиром.
Другие учителя для ребят были обычными и какой-либо
любовью или нелюбовью у них не пользовались.
Все педагоги обратили внимание, что за последние три года
ребята стали меньше выкидывать детских фортелей, глупых штучек,
стали собраннее, взрослее, но об улучшении дисциплины говорить
не приходилось. Подобного, что происходило на уроках Ивана
Григорьевича и Доры Яковлевны, раньше не случалось. Все
связывали с появлением девочек. Началось совместное обучение, и
мальчишки, с одной стороны, стали больше следить за собой, а с
другой - надо же было повыкаблучиваться перед девчонками. Надо
сказать, что особенно выкаблучиваться не приходилось. Среди
девочек были переростки, из тех, кому война помешала в свое
время учиться. Зарвавшихся одноклассников, старше которых они
были на четыре-пять лет, одергивали и быстро ставили на место.
После семилетки эти девочки поступали в медицинское училище или
шли работать.
11
Несомненно, девчонки влияли на пацанов положительно. Если
бы не они, мальчишек на танцы палкой было бы не загнать. А
тут... Не все, правда, но несколько пацанов всегда крутились
около танцплощадки. И одеты поприличней, чем всегда,
аккуратнее. Некоторые даже пытались танцевать вместе со
взрослыми, но мало кто. Девчонки, те, не стесняясь, составляли
пары между собой, и вздернув носики, кружились по деревянному
настилу, только юбчонки взлетали, оголяя их еще совсем детские
ноги. Мальчишки больше проводили время около площадки,
покуривали, лихо цыкая слюной через зубы, пускали дым из носа.
А если танцевали, то чаще друг с другом, дурачась и пародируя
других танцующих. Они не знали, как себя вести. Облегченно
чувствовали себя те, кто состоял в помощниках у Яши, был вроде
бы, как при деле.
Колька с Мастюком наблюдали за танцующими. Большинство из
них просто ходили под музыку, но некоторые танцевали красиво,
хотелось смотреть и смотреть. Музыка была самая разная. Звучали
отрывки из опер и оперетт, популярные песенки. Вот отец и дочь
Утесовы: "Все хорошо, прекрасная маркиза", затем Утесов-старший
один: "Я ковал тебя железными подковами". А вот Марк Бернес



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [ 17 ] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЯ

главная | новости библиотеки | карта библиотеки | реклама в библиотеке | контакты | добавить книгу | ссылки

СЛУЧАЙНАЯ КНИГА
Copyright © 2004 - 2022г.
Библиотека "ВсеКниги". При использовании материалов - ссылка обязательна.